Фантастика 2026-149 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

— Черт возьми!

Дальше, незнакомец на экране положил перед Селенджером листок бумаги и ручку. Спецагент, словно завороженный, заторможено принялся писать на нем что-то. Бабка в восторге прямо взвизгнула.

— Эк он вас обошел! Красавчик!

— О чем она говорит?

— Я не понимаю. По-моему хвалит.

Селенджер отложив в сторону ручку, подошел к окну. Повернув ручку, открыл его настежь. Не оборачиваясь, взгромоздился на подоконник и не останавливаясь, без позывов на раздумья, как поступил бы обычный самоубийца, шагнул на улицу. Все это время гость сидел в кресле. После того, как Селенджер выпрыгнул из окна, он забрав бумагу и ручку, покинул квартиру. Запись прервалась.

— Сэр! Я же говорил вам, что это гипноз! — эмоционально высказал мысль Джеррард.

Бабка перевела тяжелый взгляд на него и здоровый мужик вдруг упал на четвереньки, и пытаясь уподобиться лошади, стал неумело скачками нарезать круги по большому помещению кабинета, создавая шум сродни слону в посудной лавке.

— Достаточно? — задала вопрос старуха.

Генрих перевел.

— Пусть прекратит свои эксперименты, — решил Ван Альтен, не отрывавшийся от демонстрации ведьмой своей силы. — Достаточно.

Непонимающего происходящего Джеррарда, хватавшего запаленными легкими воздух глотками, удалили за дверь. Теперь наемник с уважением воспринимал старушку, тем более в силу знания русского языка, он мог общаться с ней без посредника. Вот Ван Альтен потребовал объяснений.

— А чего тут не понятного? Волк пришел к Тимохе под видом знакомца. Тот его допустил в квартиру. Когда попытался добиться от него чего-то нужного ему, сработала защита тайн, поставленная на родине умельцем. Но он не глупый. Ох, не глупый! Он сразу раскусил, что ваш человек умрет, а не расскажет желаемого. Вот и придумал, как ему обойти блокировку. Ничего Тимофею говорить не пришлось, он все написал на бумаге. Теперь, пан, жди гостя у себя.

Генрих все перевел.

— Когда ждать? — спросил Ван Альтен.

— В самом скором времени. Ему с тобой долго чикаться никакого резону нет. Волк почуял запах добычи, ежели не помешать ему, порвет и схарчит. Но, каков выродок! А?

Глава 10

Чувство страха и чувство опасности относиться к разным сферам. Первое к сфере инстинктов. Второе к сфере рассудка. Первое надо подавлять, второе развивать.

И. Шевелев.

— Коль охота знать, слушай. Только не перебивай, не люблю. Вопросы ежели появятся потом задашь. — Чуть задумавшись, скорей всего собираясь с мыслями, бабка начала свой рассказ. — Издревле народ наш славянский обладал ведическим знанием, мало того, умел ним пользоваться во благо себе. И смерти, в отличии от вас, потомков варваров с холодной кровью, никогда не страшились. Ты спрашиваешь про русского, которого видели на экране? Да он именно такого поля ягода. А почему ваши службы ничего о них не знают, я тебе милок сущую правду скажу. Знают, еще и как знают. Только поделать ничего не могут. Потому и все о таких людях засекретили. А так проще жить. Ха-ха! А эти, ну про которых ты спрашиваешь, они живыми в руки не упадут, так что даже подставлять не мылься. А ежели кто и обмишулится, все едино вывернется. А смерти они не боятся, знают, ежели погибнут, то в свой Рай попадут, Ирием прозываемый. Посему при любом раскладе предпочитают умереть славно, чем предать и гнусно жить. Ибо умершего на поле брани Перуница приведет к деду Перуну, а он свово хорта покажет прадеду Сварогу. После чего погибший за Род из кона в кон переступит. Мудрено говорю? Ну это уж как выходит. Вам чужакам многого не понять, оттого среди вас таких воинов нет, и никогда не было. Рази что, у скандинавов пошукать. Так и там они были, только несколько отличные от наших. Слыхала переводили их долго. Перевели ли до конца, не ведаю. Ваши бойцы все больше приземленные, ослепленные себялюбием, о бренном теле пекутся, предпочитают таблетки глотать, не замечая как погружаются в тревогу, беспокойство и мирские заботы о завтрашнем дне. Ведьмам с таким материалом работать просто, но совершенно не интересно. Человек вашего племени с малых ногтей испытывает страх и вражду к себе подобным, ко всякой живности. Боится потерять близких. Боится смерти. Мучается, будучи не в силах насытить свои желания, вечно зависит от мнения других, от случая, успеха или неудачи. Прости меня пан, но вы американцы, большей мерой сами на стадо похожи, хоть и величаете нас дикарями про меж себя. Землю на которой живете, загадили. А земля ведь тоже живое существо, но для вас она мачехой стала. В ближнем своем, врага видите. Ежели связь не подкреплена монетой и бумажкой с подписью, то друг дружку по любому кинете, и при этом считать будете, что благое дело сотворили. Срамота! Заметил, как последнее время на планете стихии разыгрались? Народец пачками в небытие валит? Ваша работа. А для таких как тот хлопец, что по твою душу придет, природа, она мать родная и нежная. Он попросит, она поможет. Дикие звери их не тронут, стихия отступит, а духов бестелесных могут к себе на службу поставить. Вот так. Ты наверное понять не можешь, почему я все это тебе рассказываю, а сама на твоей стороне выступаю. Ха-ха! Подвох в мыслях шукаешь? Не шукай, нет его. Мы с твоим врагом в разных варнах находимся. Не знаешь, что такое варна? Ага! Ну, тебе понятней будет слово каста. Так вот, твой враг из бояр, а я из ругов. Сколь уж лет минуло! Уже и родные боги не хотят откликаться, а с берегов средиземноморья иной бог на Руси утвердился, а меж нами нет мира. Все потому, что такие вот как он галдовники, в свое время изгнали нас ведьм из запорожских земель. Такое простить нельзя. Отвлеклась? Прости, наболело. Про него рассказывать? Именно о нем, сейчас сказать толком ничего не могу, но о подобных ему, это пожалуйста. Так вот, рассказывала мне моя прабабка, а ей в свою очередь, ее, да и то, что мы совместно наблюдали, тому подтверждение, бояре могут на людей туман насылать и сон навевать. Могут в хортов оборачиваться, в речке переливаться, из воды сухими, а из огня мокрыми выходить, мысли людские читать и их замыслы ведать. Думаешь, сказку бабка кажет? Ха-ха! Может и сказку! Только что в ней правда, а что вымысел, скоро узнаем. Ну, теперь задавай свои вопросы.

Ван Альтен посмотрел на Генриха, добросовестно переводившего бабкин бред, задал отстраненный от темы вопрос:

— Спроси, она что, и как медиум, будущее предсказать