Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Граф Громов, прошу следовать за мной, — голос одного из бойцов вырвал меня из размышлений.

Я отвернулся от зеленой стены, подхватил сумку и зашагал следом за сопровождающими.

Мы вошли вглубь территории передового гарнизона. Классическая военная база, которую можно было увидеть в кино, живущая по своим законам и расписаниям. Под ногами хрустел гравий, перемешанный с утрамбованной грязью. Слева тянулись ряды бетонных ДОТов с узкими бойницами, направленными в сторону леса. По периметру возвышались наблюдательные вышки с установленными на них крупнокалиберными пулеметами и прожекторами.

Мимо нас то и дело проходили хмурые патрульные в полной выкладке. Оружие у всех находилось в положении «на ремень», но пальцы лежали рядом со спусковыми скобами. Возле длинных приземистых зданий казарм суетились техники, а со стороны кинологического блока доносился хриплый лай служебных овчарок.

Бойцы довели меня до двухэтажного бетонного здания с железными дверями и антеннами на крыше.

— Сюда, — озвучил боец. — Тут штаб.

Внутри царила деловая суета. Работали радиостанции, офицеры с папками перемещались из кабинета в кабинет, из одной из дверей донесся звук «морзянки», от которой я едва не поднял брови. Пройдя по коридору, меня пропустили в следующий дверной проем справа.

Я вошел в просторный кабинет, стены которого были увешаны подробными топографическими картами сектора. И первым человеком… вернее, существом, которого я здесь увидел, была Шая.

Она стояла у стола, опираясь на него руками, и изучала какую-то распечатку. Заметив меня, она выпрямилась. Я не смог скрыть легкого удивления. Выглядела эльфийка так, словно провела ночь не в дороге, а в хорошем отеле. Форма отглажена, ни синяков под глазами, ни признаков усталости. В отличие от меня, который после всех этих автобусов, поездов и гостиниц чувствовал себя переваренной макарошкой. Видимо, империя доставило ее сюда каким-то более гуманным и скоростным транспортом.

— Привет, — коротко кивнула она, подходя ближе.

— Привет. Как добралась?

— Быстрее, чем ты, — уголок ее губ едва заметно дрогнул.

Из-за соседнего стола, заваленного документами, поднялся плотный мужчина лет пятидесяти в полевой форме. Обветренное лицо, короткий ежик седых волос и цепкий взгляд. Хотя, как мне казалось, работать в такой местности и не обладать подобным взглядом было просто невозможно.

— Командир гарнизона, полковник Пелевин Василий Игнатьевич, — представила его Шая.

Пелевин обошел стол и протянул мне руку.

— Граф Громов, — обратился он, — Сочувствую, что ваш брат оказался в подобном положении, — произнес он густым басом, пожимая мне ладонь. — Мы не были в курсе, что Дмитрий Андреевич находится в плену в нашем секторе. Эльфы не подавали на него списки, не выходили на наши частоты с запросом об обмене, как это происходит обычно при захвате. Поэтому мы считали его… пропавшим без вести, ведь тела тоже не было.

— Все в порядке, Василий Игнатьевич, не нужно переживать по этому поводу, — ровно ответил я. — Я уже здесь, и дальше мы с этим разберемся сами.

Я повернулся к эльфийке.

— Бойцы прибыли?

— Да, — кивнула Шая. — Они разместились в казарме. Сейчас отдыхают с дороги, приводят в порядок снаряжение. Завтра утром готовы выступать.

— Это хорошо, — констатировал я.

— Касательно вашего выхода, — снова взял слово командир гарнизона. Пелевин подошел к большой карте, висящей на стене, и поманил нас пальцем. — Эти радикалы вышли вчера на связь по резервному каналу. Передали координаты для встречи. Без понятия откуда они знают, что вы сюда прибудете. По-видимому, у них есть крот или связной, что наблюдал.

Он взял красный маркер и обвел небольшую точку в глубине зеленого массива на карте.

— Вот здесь. Это стандартная точка, которую они иногда используют для обмена пленными или выкупа. Глухой распадок, со всех сторон окружен холмами. Место простреливается с возвышенностей как на ладони. Я уже передал эти координаты техническому отделу, они прямо сейчас заливают их в навигаторы ваших бойцов.

— Понял. Спасибо за содействие, полковник, — сказал я, изучая рельеф на бумаге.

— Мои люди проводят вас до комнаты, — Пелевин кивнул на дверь. — Располагайтесь.

Один из штабных вывел меня из здания и проводил до соседнего одноэтажного строения. Условия здесь были истинно спартанскими. Мне выделили небольшую, пропахшую хлоркой и старой краской комнату. Узкая железная койка, деревянная тумбочка, знавшая лучшие времена, металлическая настольная лампа да окно с решеткой. Душевая и туалет — общие, в конце длинного коридора.

Я вздохнул. Армия на то и армия, что тут не до роскоши.

Бросив сумку на скрипнувшую койку, я расстегнул молнию, собираясь достать сменную футболку. Дверь за моей спиной приоткрылась.

Шая вошла без стука, прикрыв за собой створку. Она посмотрела на мои скромные пожитки, разложенные на тумбочке.

— Расположился? — спросила она.

— Вполне. Мне тут не зимовать, — я помолчал. — Надеюсь.

— Пошли пообедаем. Столовая работает, — предложила эльфийка, кивнув в сторону коридора.

Желудок мгновенно отреагировал на слово «пообедаем» приглушенным урчанием. Это он мне, видимо, решил напомнить про некупленный беляш на вокзале.

Мы пересекли плац и зашли в здание столовой. Внутри было немноголюдно. Пахло жареным луком, гречкой и компотом. Судя по всему, здесь не было четкого расписания приема пищи для всех разом. Я наблюдал, как вояки приходили поесть кто как, возвращаясь с патрулей или караулов, в отличие от привычной мне «режимной» кормежки, когда взвод пришел, облизал тарелки и ушел.

Мы подошли к линии раздачи. За питание здесь обычно высчитывали из жалованья, но руководство СБРИ, видимо, похлопотало, потому что повариха, сверившись с каким-то списком, молча выдала мне поднос с горячей порцией без лишних вопросов.

Мы заняли свободный стол у окна, подальше от группы связистов, оживленно обсуждавших что-то над своими тарелками.

Еда была простой, но сытной. Настоящая армейская классика: борщ с чайной ложкой сметаны, кусочек мяса, гречневая каша с тушенкой и стакан сладкого чая.

— Ну что, готов? — спросила Шая, отламывая кусок черного хлеба.

— Сомневаюсь, что к этому можно хоть когда-нибудь приготовиться, — честно отозвался я, размешивая борщ ложкой.

Она хмыкнула, прожевав хлеб.

— Думаешь, когда меня заволокли в Феодосии в подвал и собирались разделать, как поросенка, я тоже была готова?

— Ну, лицо у тебя тогда было именно такое, — я не удержался и негромко хохотнул, вспомнив ее взгляд тем вечером, когда ее разложили на алтаре и занесли нож для удара.

Она несильно, но ощутимо толкнула меня кулаком в плечо, и сама тоже тихо рассмеялась.

— Мне кажется, что никогда нельзя быть готовым на сто процентов, — уже серьезнее произнесла Шая, обхватив стакан с чаем обеими руками. — Когда мы выходили на разные оперативные мероприятия, всегда ощущается мандраж. Даже если я знаю