Фантастика 2026-173 - Александр Вольт

— Понимаю, — я покивал, зацепив вилкой тушенку. — Думаю, что парни из спецназа с тобой полностью согласятся и подпишутся под каждым пунктом. Им-то это вообще, считай, приходится повторять постоянно. Множество раз, и каждый выход — как впервые. Привыкнуть к тому, что в тебя могут выстрелить из кустов, невозможно, а напряжение, сосредоточенность и паранойя рано или поздно доводят до ручки.

Она молча кивнула, глядя в свою тарелку.

Мы доели без лишних разговоров. Оставив подносы на специальном стеллаже, вышли на улицу. Осенний ветер здесь, на открытом пространстве гарнизона, казался более резким, чем в столице, но куда чище.

Шая остановилась возле железной урны у крыльца столовой, достала из кармана сигареты и щелкнула зажигалкой. Я постоял рядом, ожидая, пока она сделает несколько затяжек. Она курила молча, щурясь от дыма и глядя на верхушки деревьев за периметром базы. Затушив окурок о край урны, она кивнула в сторону казарм.

Группу мы нашли в одном из жилых блоков, отведенных специально для прибывших оперативников. Бойцы не спали. Кто-то чистил оружие, кто-то проверял крепления разгрузки или подгонял ремни шлемов. Огромный инквизитор сидел на заправленной койке, методично перебирая какие-то свои детали экипировки.

Когда мы с Шаей вошли, разговоры стихли. Старший группы поднялся навстречу.

Я прошел вдоль коек, лично поздоровавшись за руку с каждым бойцом.

— Рад всех видеть, парни, — сказал я, останавливаясь в центре помещения, чтобы меня было хорошо слышно всем. — Командование гарнизона передало нам координаты точки обмена. Данные уже должны быть в ваших навигаторах.

Бойцы утвердительно кивнули.

— Давайте еще раз пройдемся по плану и вариантам развития событий, — я обвел взглядом серьезные лица оперативников. — Идеальный вариант: мы выходим на точку. Я с сумкой на виду, вы идете под двойной маскировкой. Происходит визуальный контакт с радикалами. Вы берете их в кольцо. Происходит обмен, мы забираем Дмитрия, и инквизитор вместе с вами проводит молниеносный силовой захват. Идеально, если мы забираем заложника и эвакуируемся без единой капли крови с нашей стороны. Все шито-крыто.

Я сделал паузу, понимая, что идеальные планы живут только до первого выстрела.

— Вариант приемлемый: все то же самое, мы забираем Дмитрия, захватываем или уничтожаем радикалов, но у нас появляются раненые в ходе огневого контакта.

Лица бойцов остались непроницаемыми. Каждый понимал, что этот вариант куда более вероятный, но получить пулю или тем более стрелу, которая разворотит мышцы или внутренности хотелось меньше всего.

— Вариант неприемлемый, — я прочистил горло. — Нас встречают подготовленной засадой до точки обмена, которую мы по какой-либо причине не смогли обнаружить. Кольцо сжимается, нас начинают отстреливать, и маскировка падает. В таком случае, если ситуация становится критической и группа несет невосполнимые потери, ваша приоритетная задача меняется. Вы бросаете все попытки спасти заложника. Группа должна попытаться эвакуироваться полным составом, раненых не бросаем. Заложник вторичен перед угрозой ликвидации всей группы.

Было очень тихо. Все присутствующие прекрасно понимали, какой именно уровень угрозы нас ждет и поэтому никто не строил иллюзий. Несмотря на то, что мы проработали алгоритм множество раз в стерильных условиях полигона, и симуляции под конец показывали стабильно положительные результаты, реальность всегда вносила свои коррективы. В лесу нет датчиков, фиксирующих попадания условных пуль, и нет кнопки экстренной остановки симуляции. И смерть там, к огромному сожалению, будет реальной. Никаких перезапусков.

— Хорошо, — сказал я, подводя итоги брифинга и глядя на командира группы. — Тогда сейчас отдыхаем. Копите силы. Завтра выдвигаемся на рассвете.

Перед сном я не стал ни молиться высшим силам, ни общаться с гримуарами. Мне была нужна тишина и хотя бы несколько часов покоя. Я просто скинул ботинки, выключил настольную лампу и лег на койку, уставившись в темный потолок.

Но сон, разумеется, не пришел.

Человеческий мозг — удивительно паскудная штука. Стоит только оказаться в тишине и закрыть глаза перед важным событием, как он тут же начинает работать в режиме кризисного аналитика, у которого сорвало тормоза. Я лежал и прокручивал в голове наш завтрашний выход. Снова и снова, и снова, и снова. От момента пересечения периметра до точки обмена.

И, естественно, подсознание подкидывало мне самые нелицеприятные исходы. В мыслях оптический камуфляж спецназа давал сбой от утренней росы. Энергетические нити рвались из-за того, что я спотыкался о корень. Засада радикалов оказывалась не в распадке, а ждала нас прямо на опушке. Заложником оказывался не Дмитрий, а кукла со взрывчаткой. Я мысленно умирал десятками разных способов, перебирая в голове тактические ошибки и случайности, которые невозможно просчитать.

Я ворочался с боку на бок, пытаясь заставить себя думать о чем-то отвлеченном, но мысли неизменно возвращались к лесу и поджидающим там эльфам.

Так или иначе, а накопившаяся за последние дни колоссальная усталость взяла верх. Организм просто отключился, провалившись во тьму.

И что было во сне?

Правильно, все то же самое. Бесконечное бегство по темному лесу, свист пуль и ни единой живой души бойцов вокруг.

Утром я проснулся с ощущением, будто всю ночь разгружал вагоны: голова гудела, во рту пересохло, футболка прилипла к телу, а если ее снять, то хоть отжимай.

Поднявшись с койки, я первым делом направился в общую душевую. Ледяная вода, заставила судорожно выдохнуть, но зато мгновенно выбила из головы остатки ночного бреда. Я постоял так, наверное, минут пять, чувствуя, как уходит напряжение, а дурман в голове вымывается прочь.

Следом я направился просто на улицу, чтобы подышать и проветриться. Воздух здесь был сырым, холодным и отдавал хвоей, что не удивительно. База не спала: гудели двигатели бронетехники, перекликались патрульные, лязгали металлические ворота ангаров. Я глубоко подышал, прогоняя из легких спертый воздух казармы, и направился в столовую, где быстро закинул в себя гречку с парой сосисок и кофе.

Вернувшись в комнату, я переоделся в тактическую форму, затянул шнурки на высоких ботинках и направился к точке сбора.

Бойцы и инквизитор уже ждали меня возле оружейной комнаты. Когда я подошел, старший группы молча кивнул прапорщику за решеткой, и тот выложил на стойку тяжелый бронежилет и шлем.

— Шестой класс защиты. Керамические плиты тут, — он постучал по бронику. — И сталь тут, — его рука легла на шлем. — Идеальное сочетание, которое позволяет сохранять мобильность, но при этом обеспечивает выживаемость. Да, тяжеловато, но-о-о-о… — он пожал плечами, мол все и так было очевидно.

Я не стал спорить или строить из себя неуязвимого мага. Геройство геройством, а защита важнее. Магия душ