Шолох - Антонина Крейн

– Давай, – милостиво кивнула я Голден-Халле. – Жги, пока Морган ищет нам комнаты и спрашивает, не приходил ли всё-таки Хегола Тофф. Порази меня своей неординарной эрудицией. Заставь оцепенеть в восторге перед твоей интеллектуальной мощью. Благословляю!

– Ой, да ну вас, – отмахнулся Берти. – Не цените вы меня.

Он обиженно надулся, но надолго его не хватило: уже тридцать секунд спустя Голден-Халлу прорвало, и он буквально зачирикал, сам вдохновлённый тем, что рассказывает.

– В древние времена соолы были шаманами, поклоняющимися драконам. Но когда наши милые ящеры уснули, расстроенные уходом богов-хранителей, соолы тоже расстроились. Ещё бы! Молишься там кому-то, ваяешь статуи, сил не жалея – а он берёт и заваливается спать. И никакой больше обратной связи. Никаких тебе «спасибо, какой ты молодец, что сложил мне этот миленький алтарь!». И тогда соолы сменили адресата своих молитв: теперь они выказывали глубочайшее уважение лосям…

Я присвистнула, заводя лошадь в конюшню при постоялом дворе.

– Как-то глобально они понизили планку! От дракона к обычному…

– Тс-с-с! – Берти перебил меня, прижав палец к губам. – Не смей говорить такое вслух – ещё услышат и оскорбятся. Короче, выбрав лосей объектом своего нового поклонения, соолы решили стать максимально «лесными» ребятами. Вот и селятся исключительно в тёплых зонах да строят дома в обнимку с деревьями.

– Одобряю! – вставила я.

– И обязательно всюду приделывают рога. – Голден-Халла кивнул на стену конюшни, где действительно их было немало. – А ещё они регулярно и очень красиво возносят молитвы лосям. Говорят, те выходят из леса и слушают. И последний интересный факт – их традиционным народным развлечением является катание на так называемых травяных санях. Это что-то вроде низкой платформы на подвижных колёсиках и с рогами впереди – если крепко держаться за них и лихо наклоняться в процессе поездки, то можно маневрировать.

– Класс! – восхитилась я. – А мы будем на них кататься?

– Ну а почему, как ты думаешь, я проложил наш маршрут именно через эту деревню? – риторически-лукаво спросил Голден-Халла.

Мы вышли из конюшни в прохладный вечер Сонного Облака, а уже несколько шагов спустя нырнули в пропитанную запахами брусничного пирога и белого чая таверну.

* * *

Да, никакие чужаки, кроме нас, сегодня не приходили в деревню, и никакие почтовые белки не спешили ко мне с запиской в стиле: «Мчу со всех ног. Опаздываю. Князь Нежити».

Бедных белок, признаться, я откровенно третировала: после ужина упрямо ходила вокруг Сонного Облака и хищно выглядывала всех рыжих обитателей деревьев, надеясь обнаружить на их лапах колбочки с недоставленными письмами.

У одной белки мне почудилась такая, и поэтому я внаглую попробовала её поймать. Она улепётывала, я догоняла. Наша гонка закончилась на крыльце древесного дома, находившегося в нескольких метрах над землёй: в колбе действительно было письмо, но адресованное не мне, а некой прекрасной соолке. Отправитель предлагал ей сбежать вдвоём и говорил, что уже даже подготовил весь план: деньги спрятаны в старом пне, смена одежды – в дупле, а за фальшивыми документами надо будет зайти к гному-кузнецу. Ничего себе квест. Я засунула письмо обратно и снова закрепила на лапке белки, сразу улепетнувшей.

– Что ж, всё-таки нам придётся снова связываться с Нив, – вздохнула я, задумчиво опираясь на верёвочные перила.

Интересно, что, по мнению леди Фионы, случится, если Силграс не сможет провести ритуал именно в ближайшее полнолуние?.. Возможно, альва надеется, что сейчас сил Авалати всё-таки хватит на то, чтобы расколдовать деревню без раскола звезды?.. Хотя тогда она бы не говорила с нами таким похоронным тоном.

Или мы что-то неправильно понимаем? Что, если план Силграса вообще не подразумевает взрыва, и он сам собирается… умереть в момент после прочтения заклинания? И Фионе больно именно из-за этого: её друг твёрдо решил расплатиться собственной жизнью за прошлые грехи. И именно с этим – а не с масштабным магическим бедствием – она готова смириться.

«Я не собираюсь ни обсуждать его, ни осуждать».

Боги, это звучит гораздо, гораздо логичнее в случае, если Силграс принял решение только насчёт своей судьбы!..

Меня прошиб холодный пот при понимании того, что мы зря наклеветали на Авалати. Что, по сути, обвинили его в преступном безразличии к будущему Седых гор, хотя он с самого начала собирался пожертвовать лишь собой.

С каких пор я первым делом начала подозревать в людях худшее, а не лучшее? Да и вообще: судить их на основе собственных пустых домыслов – не потрудившись разобраться хорошенько?

Меня душили стыд, грусть и желание немедленно всё исправить. Хотелось вскочить на лошадь и мчать в Долину, и извиняться перед Авалати за дурные мысли о нём – хотя какая ему разница, что подумали какие-то чужестранцы… Если кому-то и нужен будет такой разговор, то только мне.

Видимо, к следующему полнолунию силы Авалати совсем истощатся, и Фиона думает, что он просто не сможет расколдовать Долину. Прочитает заклинание – умрёт, – но не достигнет успеха.

– Прах, – пробормотала я, запуская руки в волосы. – Мы-то точно успеем приехать в Долину вовремя, у нас ещё четверо суток. А вот Хегола…

Между тем к колодцу на площади внизу вышел какой-то мальчишка лет двенадцати. Он шуганул вьющихся рядом феечек и начал набирать воду, а потом, будто почуяв что-то, оглянулся на темноту между древесными домами и вдруг возмущённо заорал:

– Эй! Вы чего?! Куда поволокли?! А ну стоять!

Я уже приготовилась броситься в погоню за неведомыми ворами, как мальчишке ответил… голос Берти.

– А-а-а, так это твоё? Ура! Скажи, можно мы это ненадолго возьмём? Я готов заплатить – конфетами, деньгами или магией – что тебе больше нравится?

Из темноты появился Голден-Халла, тянущий за собой нечто, похожее на диковинный торговый прилавок на колёсиках с огромными лосиными рогами вместо штурвала. Внутри, к моему изумлению, флегматично сидел Морган Гарвус.

– О боги! Это что, те самые травяные сани?! – воскликнула я, перевешиваясь через верёвочные перила.

– Вот ты где, Тинави! – живо обернулся ко мне Берти. – Да! Пойдём кататься? Мы как раз собирались тебя искать.

– Я хочу оплату деньгами! – меж тем решил мальчик.

– Отлично, – теперь Голден-Халла, как флюгер, обернулся к нему. – Норшвайнскими, асеринскими или лесными?

– Ух ты-ы-ы… – Глаза парнишки, уже забывшего о ведре с водой, наполнились восторгом. – А можно всеми?

– А у тебя губа не дура, – рассмеялся Берти и стал выворачивать карманы.

Вскоре счастливый мальчишка ушел, позвякивая монетками, а я рассказала ребятам о своих свежих догадках. Берти оценивающе посмотрел на тёмное небо.

– Чтобы связаться с Нив, нам потребуется зеркальная магия, – протянул он. – А для неё, в свою очередь, нужны