Небесный всадник - Кирико Кири

Осторожно протиснувшись в раскрытую пасть, я присел и подхватил тело. Поднатужился и резко поднял, сдёрнув девчонку с зуба. В ответ раздались нечленораздельные стоны. Значит, жива, уже хорошие новости.

Отойдя подальше от засранца во всех смыслах слова, я положил девушку на траву и первым же делом снял с неё шлем. И… да, я знал её. Не помню точно имени, но видел её уже. Такая тихая, будто всегда напуганная и замкнутая девушка, которая в моём присутствии ваще ни разу не проронила ни слова. Правда, тогда она была чуть более живой, а сейчас мёртво-бледной. Настолько мёртво-бледной, что можно было бы принять за труп, если бы не её частое дыхание.

Так, так-так-так… в ноге дырка сквозная прямо через броню, ещё и в доспехе несколько дыр с окровавленными краями. Левая рука у неё была, мягко скажем, страшно выглядящей — по ней явно прошлись зубом. Другая как будто вообще просто болталась на коже. Жива она была лишь благодаря тому, что сама всадница куда живучее обычного человека. Но сейчас она была не более чем будущим трупом.

— Так, ладно, спокойно, сейчас всё исправим…

Насколько тут всё можно исправить ещё неизвестно, но главное, что девушка была в доспехах. Это значит, что она была дежурной, типа пожарника или медика, который в любую секунду готов вылететь. Короче, во всеоружии. А у небесных всадниц в этом случае всегда есть подсумок, в котором помимо всяких интересных вещей есть, как, например, бутылёк для лечения. И если Бегемот его не проглотил…

— Открывай пасть! Давай, открывай, ты, летающий кусок дури! — я вновь схватился за пасть, пытаясь показать, что мне от него нужно, и дракон пусть нехотя, но распахнул её.

Господи, хоть бы он не проглотил его…

Не проглотил. Подсумок нашёлся здесь же, под языком. А ещё здесь же нашёлся расколотый на кучу фрагментов меч и посох, который превратился в труху. И вот по посоху я уже вспомнил, кто был передо мной.

В группе всадниц было всего четыре магистрины, их всех мне перечисляла Серафина. Двух я знал прямо лично — это Лорейн и Мелисса. Ещё одна была Рондо, я её видел и запомнил очень хорошо, потому что имя запоминающееся. Последней была Юринь Круп… та самая, которая измочаленной сейчас лежала под деревом на последнем издыхании, готовая отойти в мир иной. И за то, что я лишил всадниц одного из ключевых членов, меня точно по голове теперь не погладят…

Глава 23

— Так, ладненько… — вздохнул я, глядя на девушку. Я-то думал, что у меня всё плохо, но сейчас, глядя на неё, понимаю, что могло быть и гораздо хуже. — Посмотрим, чё сделать можно…

А сделать можно было немного. Только вливать зелье и молиться, чтобы она не померла. Если, конечно, помрёт, вряд ли что-то кардинально изменится для меня, однако, если выживет, смогу, может, и откупиться. Ну или, на крайний случай, этим доказать, что я тут вообще ни при чём и зла никому не желал, а это всё дракон. Но перед этим я стянул с неё доспехи, чтобы сделать самое важное — остановить кровотечение.

Под металлом всё выглядело чуть лучше. Не в тех местах, где её пожевали, а в целом. Из сквозных ран я заметил разве что на ноге, на животе и на левой руке. Ну вот прямо как будто мечом туда ткнули. А вот правая, как я и говорил, болталась на коже и была измочалена так, будто её под трактор положили.

Всё, где я только мог, перетянул, хотя, признаться честно, истекала кровью девушка и не так обильно, явно особенность небесной всадницы сказывалась. И лишь после того, как она не рисковала окочуриться от потери крови, я достал зелье.

Осторожно приподняв её голову, я зубами вырвал пробку и уже собирался влить содержимое ей в рот, но остановился. Она же должна проглотить это, верно? А если не проглотит? Девушка ведь лежит без сознания. Или проглотит? Затечёт само?

Эх, жалко, у меня нет медицинского образования, чтобы точно ответить на этот вопрос. Вроде в фильмах и показывают, что надо заливать, но как бы когда у тебя реально на руках чья-то жизнь, такое мало канает. Хочется конкретики, правильно или нет, потому что ценой такой ошибки станет ошибка.

Так, пофиг, подойдём к вопросу иначе.

— Эй, Юринь, ты меня слышишь? Юри-инь? Ау?

Кажется, она в отключке. Я где-то слышал, что можно привести человека в сознание болью. И мне не пришло ничего в голову лучше, чем засунуть ей в рану на ноге несколько пальцев да пошерудить там чуть-чуть.

Эффект был мгновенным.

Распахнув глаза так, будто узнала, сколько стоит однушка в Москве, Юринь шумно вдохнула воздух и… стиснула зубы, тихо замычав. Из глаз прыснули слёзы.

Ну вот, теперь она в сознании.

— Ты меня слышишь? Эй? Открывай рот, — я легонько похлопал её по щекам. — Давай, открывай, я залью тебе зелье.

Сквозь слёзы всадница смотрела на меня, и я всё никак не мог понять, она способна вообще осознавать происходящее вокруг. Ну типа реагировать-то реагирует, а насколько адекватно воспринимает реальность? Понимает, что ей помогают, или думает, что завалить хотят?

— Давай, открывай рот, я помогу тебе, — я приподнял её голову и настойчиво прижал к губам горлышко бутылька. — Да блин, ты или сдохнешь, или выпьешь его, ты понимаешь? Чё ты борешься со мной?

И что⁈ Юринь начала сопротивляться, мычала, и, тем не менее, мне удалось запихнуть ей в рот горлышко и силой влить содержимое. Она смотрела на меня таким щенячьим взглядом, что мне аж неловко стало. И тем не менее миссия была выполнена.

— Ну вот, всё, теперь тебе будет полегче, — вздохнул я. — Не так уж и страшно, верно? Больше сопротивлялась.

— Это… — её небольшие пухленькие губы задрожали, когда тихий, очень тонкий голосок донёсся из неё. Я в первый раз его слышал. — Это было… не зелье лечения…

Чё? В смысле?

Я посмотрел на бутылёк. Да нет же, вот буковка «Л», а ими, как мне говорили, помечают именно зелье лечения. Я же не идиот заливать, не взглянув, что именно лью. И тем не менее моя уверенность поубавилась.

— Как это, не зелье лечения? А что тогда?

— Слабительное…

— Как это? Тут же написано…

И тут я как понял! Я вновь принялся разглядывать бутылёк, но уже более пристально, и… сука… точно…

Короче, в чём проблема: бутыльки обычно помечены буквами.