Небесный всадник - Кирико Кири

class="p1">Правду говорили, эти сучки те ещё сучки. Ты вроде и помочь им можешь, и спасти, но ничего не будет мешать им тебя кокнуть просто потому, что так надо или им показалось это хорошей идеей. Я там краем уха слышал о какой-то стычке на юге, так они, млять, там деревню с жителями пожгли! Им пожгли, и они пожгли. Дети, старики, беременные женщины — всех в топку! С одной стороны — зуб за зуб, а с другой — понимаешь их отношение к людям.

Я настолько охренел, что даже ругаться или злиться не мог. У меня был только один вопрос:

— Ты чё творишь, дура?

Мой голос прозвучал в абсолютной темноте, но даже несмотря на неё я мог поклясться, что девушка… покраснела. Да, типа она реально покраснела! Блин, так если тебе стыдно за этот поступок, нахера ты это делаешь⁈

Только ответить Юринь не могла, у неё во рту меч был. Ну или то, что от оружия осталось. Однако останавливаться она тоже не собиралась. Блин, честно скажу, мне даже было интересно на это посмотреть.

Несмотря на то, что её руки болтались плетью, Юринь бросилась на меня. Сорвалась с места с каким-то пугающим проворством, двигаясь зигзагом из стороны в сторону, будто пытаясь сбить меня с толку, после чего рывок…

И моя ладонь упёрлась ей в лицо, останавливая на расстоянии вытянутой руки.

— Ну допустим, а дальше-то ты что…

Ладно, каюсь, я слишком поверил в себя, и Юринь не упустила момента пнуть меня прямо в голень. Будь я ближе, ей бы не составило труда и ногу сломать, а так очень, сука, больно прилетело, из-за чего меня нехило подкосило.

Воспользовавшись моментом, она вновь бросилась на меня, замахнулась корпусом и резко наклонилась боком. Клинок прошёлся у меня буквально рядом с лицом, чиркнув острым краем по щеке.

Я дёрнулся назад, запнулся обо что-то и упал. Юринь, не теряя инициативы, прыгнула сверху, пытаясь загнать осколок клинка в меня, и у неё это почти получилось, если бы я не выставил вперёд руки, буквально поймав её, после чего швырнув в сторону, ненароком увидев всё, что девушка так хотела скрыть. Может, Юринь и была сильной, но вес оставался прежним.

Вскочив одновременно с ней, я даже слова не успел сказать, как она вновь бросилась на меня…

Не, ну а херли? Я просто взял, замахнулся и влепил ей правый хук, отправив сразу на землю.

Меч свой Юринь потеряла сразу, пусть скажет спасибо, что не вместе с зубами, однако даже моего удара не хватило, чтобы вырубить засранку. Тряхнув головой, она попыталась встать, но её звёздный час уже был упущен — сверху на неё сел уже я.

Ну что хочу сказать — я дебил, а она молодец. Даже без грёбаных рук какая-то девчонка-скромница чуть едва не завалила меня. И, честно, я и предположить не мог, что такое в принципе возможно. Ну то есть, если ты не можешь предположить, то и подготовиться к этому не можешь!

Мы несколько минут смотрели друг другу в глаза. И как бы она ни пыталась выглядеть, в глазах отчётливо читался страх. Ну то есть завалить меня в ночи ей страшно не было, а вот сейчас страшно? Ещё более выраженно страх проявился, когда я задумчиво провёл пальцами по её лицу.

Блин, кожа супернежная, её даже описать сложно. Как будто девчонка никогда не знала суровых реалий мира. И глаза большие, яркие, красивые…

Она смотрела на меня как на извращенца, который будет её сейчас драть во все дыры. А я мог. Ну то есть у неё руки не двигаются. А ноги можно связать и всё, она разве что прокатиться по мне сможет. Однако…

Моя ладонь легла ей на губы. Юринь ещё не понимала, что её ждёт, однако… другая рука зажала ей нос, и тут до девушки дошло.

Лес огласило громкое мычание. Она забилась так подо мной, что я будто на аттракционе, где надо на механическом быке удержаться, оказался. Пришлось навалиться всем телом, чтобы удержать хрупкую на вид девчонку.

Борьба продолжалась не больше тридцати секунд, после чего всё стихло. И нет, она не задохнулась — просто сдалась, глядя на меня большими, опять заплаканными и обречёнными глазами.

Чёт ты не плакала, когда меня завалить хотела!

— Я повторю это всего один раз, — негромко произнёс я, стараясь выглядеть максимально суровым. — Ещё один такой фокус, и я не посмотрю на то, что мы с тобой соратники. Просто убью. И перед смертью, ты поверь мне, я сделаю с тобой такие вещи, что ты сама захочешь помереть. Тебе ясно?

Я специально сказал «соратники», чтобы между делом намекнуть ей, что смерти ей не хочу и до сих пор считаю союзником. По крайней мере я очень надеялся, что Юринь это услышала и поняла, так как она быстро кивнула, став сразу понятливой.

Я ещё пару секунд держал руки на её лице, после чего убрал, позволив той судорожно вздохнуть.

Чуть не убила меня, погань этакая…

Выбросив нахрен осколок меча, которым она меня пыталась заколоть, я тем не менее спросил:

— Ты нахрена это устроила? — всё-таки интересно же, что на идиотку нашло.

— Ты… ты видел меня голой… это вопрос моей чести… — прошептала Юринь.

— Вопрос… чего⁈ Я ж тебя даже не видел!

Захотелось её придушить обратно, но, боюсь, она была моим возможным билетом к свободе или хотя бы к тому, что меня не попытаются выловить и запинать до смерти. Или попытаются. Короче, я надеялся налучшее, ожидая взаимности, а там как карта ляжет.

— Тебе натянуть штаны или так и будешь с голой задницей щеголять? — поинтересовался я.

Опять плача, Юринь закивала головой.

— Ты помнишь, что я тебе сказал? Любая глупость, и мы станем врагами, — предупредил я, подбирая её бельё.

Вновь закивала головой, роняя слёзы.

Ну, надеюсь, что на этом наше противостояние и закончится. Хотя подошёл я к ней всё же со спины, чтобы она не попыталась мне с колена залететь. Гордость, честь и достоинство — это всё очень хорошо ровно до того момента, пока остаются свидетели, которые могли бы потом рассказать о гнилом поступке.

Одев её обратно, я не поленился связать Юринь для собственной же безопасности верёвками по рукам и ногам из её подсумка, который удалось спастись. Всё это время она плакала, не прекращая.

— Да ладно тебе… — вздохнул я. — Не всё так и плохо же.

— Ты… ты видел меня голой… — пискнула девушка в слезах.