Милан. Том 8 - Arladaar

восемь оборотов в либеле, потом ухватил себя за лезвие и начал вращаться в кольце. Сделав шесть оборотов, отпустил лезвие, вышел из вращения и плавными движениями покатил к левому короткому борту: началась дорожка шагов. Петя прошёл её эффектно, делая очень плавные движения руками и ногами. Насколько Люда заметила, у Гумова была очень хорошая хореографическая выучка, близкая к балетной. По-видимому, очень много времени проводил за хореографическим станком, на занятиях с каким-нибудь знаменитым балетмейстером. Особенно восхищали плавные изящные движения рук, которые очень редко встречались у мужчин-фигуристов.

Дорожка проходила под медленную вальсовую музыку, и всю её Петя отыгрывал и словно пропускал через себя. Прошёл он дорожку шагов мастерски, не допустив ни одной ошибки, и можно было не сомневаться, что судьи поставят максимальный, четвёртый уровень, да ещё с большими GOE.

Доехав до правого короткого борта, Петя развернулся задними перебежками, прижал руки к голове, словно обуреваемый какими-то крайне негативными мыслями, и стал разгоняться к левому короткому борту, у которого раскрутился пируэтами, сделал риттбергерную тройку и прыгнул комбинацию: четверной сальхов — двойной аксель — двойной аксель. Чисто! Дорогущий каскад из трёх прыжков, да ещё исполненный уже во второй части программы! Публика взорвалась аплодисментами, и люди начали вставать со своих мест, они уже не могли сидеть на месте, глядя, как у них перед глазами, возможно, творится история.

На выезд с каскада пришёлся яркий музыкальный акцент в виде пистолетного выстрела. Петя резко замер на месте, словно поражённый пулей, сделал несколько рваных движений, потом разогнался, встал в кораблик и с него прыгнул тройной аксель. Чисто! Публика уже стояла и непрерывно аплодировала фигуристу.

Люда посмотрела на борт, у которого находилась калитка выхода на лёд. Рядом с ней стояла тренер Гумова, Виктория Дайнеко, с очень бледным лицом, которая, держа обеими руками куртку Гумова, не отрывая глаз, наблюдала за его прокатом. Казалось, между ней и воспитанником пролетают какие-то флюиды мощной энергии. Тут же Люда обратила внимание, что примерно в 5 метрах от Виктории стоит корейский фигурист Чжун Хван Ча, который должен был выступать после Гумова. Кореец, тоже не отрывая взгляд, наблюдал за прокатом соперника, который, возможно, сейчас шёл на мировой рекорд.

Гумов не собирался останавливаться на сделанном. Выехав из тройного акселя в короткую дугу, разогнался по направлению к правому короткому борту и прыгнул каскад тройной лутц — тройной риттбергер. Чисто! Это уже точно был нокаут! Единственный элемент с тройными прыжками, да и то из такой породы, который в мире прыгали тоже единицы, так высока была вероятность завалить его. Однако Гумов прыгал его в самом конце программы и, по-видимому, ничего не боялся.

Трибуны, к этому времени стоявшие и ритмично хлопавшие в ладоши, взорвались более громкими аплодисментами и восхищёнными выкриками.

Люда посмотрела на информационное табло: после того как Петя прыгнул каскад, там горела техническая оценка в 112 баллов, а ведь ему ещё предстояло исполнить три элемента! И Петя их исполнил!

Выехав в короткую арабеску, приступил к вращению со сменой ноги. Прыжком вошёл в либелу, потом сменил положение на волчок, переменил ногу, начал вращаться в сложном волчке, потом поднялся и исполнил четыре оборота во флажке, взявшись за левое лезвие левой рукой.

Выехав из вращения, приступил к исполнению хореографической дорожки: исполнил прыжок в шпагат, потом проехал в кантилевере. После дорожки исполнил последнее вращение: либелу. Вошёл в неё прыжком, сделав восемь оборотов, опустился в волчок, сделав четыре оборота в котором, поднялся и закончил вращение в лёгком заклоне, взявшись левой рукой за лезвие левого конька. Потом закончил вращаться, остановился, раскинул руки в стороны и словно кому-то поклонился. Финал. Музыка прекратилась.

Когда Гумов закончил кататься, на табло горела громадная сумма технической оценки в 124 балла. Это было что-то запредельное по сложности, и люди это понимали. Весь зал уже стоял. Подарки грудами полетели на лёд. Цветочные девочки выпрыгнули и принялись их собирать.

Петя вышел из финальной позы, подъехал к центру арены и начал раскланиваться, прижимая правую руку к сердцу, а левую красиво отставляя в сторону. Поклонившись в четыре части арены, покатил к калитке. В это время к нему подъехала одна из цветочных девчонок, видать, специально посланная кем-то из фанатов. В одной руке она держала традиционный чёрный цилиндр, в другой руке мягкую игрушку, изображавшую самого Петра в костюме из «Онегина».

Петя улыбнулся, обнял девчонку за плечи, взял у неё цилиндр, надел на голову, после этого ещё раз помахал руками трибунам, и, улыбающийся, покатил к калитке, где его встретила тренер. Виктория обняла, что-то сказала и вручила чехлы от лезвий. Потом все вместе отправились в кисс-энд-край дожидаться оценок. Пока шли, болельщики кричали слова поддержки и благодарности. Тренер с воспитанником постоянно оборачивались в направлении криков, махали руками в ответ. С трибуны прямо под ноги упали ещё несколько игрушек и два чёрных цилиндра. Виктория подобрала один, надела на голову и помахала рукой болельщикам.

Волонтёр открыл калитку, и на лёд вышел разминаться корейский фигурист Чжун Хван Ча, которому сейчас было ох как непросто при виде такого феноменального проката своего соперника и его громадным полученным баллам. Сейчас нужно приложить колоссальные усилия, чтобы взять себя в руки и настроиться на рабочий лад. А как взять себя в руки, если катясь по арене, постоянно приходится уворачиваться от игрушек, лежавших на льду, и от девчонок, которые их собирали? Всё указывало: только что катался чемпион!

На мониторе в замедленном темпе начали показывать элементы, которые исполнил Петя, и Людмила ещё раз насладилась их красотой. Правда, попутно увидела, что на четверном лутце, четверном и тройном риттбергерах были явно видны недокруты. Техническая оценка должна была неизбежно снизиться.

А тем временем восхищённые зрители всё ещё стояли и благодарили фигуриста за феноменальный прокат. Обстановка на ледовой арене сложилась такая, как будто сейчас не рядовой этап Гран-при, и впереди ещё весь сезон, а проходит чемпионат мира, причём катается последний участник, мастеровитый чемпион, который сейчас гарантированно возьмёт золото, эпично завершив таким образом весь сезон, поставив в нём яркую жирную точку.

Люда сейчас очень внимательно, как профессионал, смотрела программу и была вынуждена признать: откатал Гумов очень достойно. Программа сама по себе была красивая, по-видимому, поставленная знаменитым хореографом или постановщиком, технически очень сложная, обладающая максимальной сложностью из всех, что Люда видела в этом времени, пожалуй, за исключением той программы, что катал Илья Малинин. Вдобавок, в большой плюс играла хореографическая выучка Пети: ни одного пустого места в постановке не было. Он постоянно