Фантастика 2026-133 - Хелена Руэлли

Четвёрка молодых ребят-кондотьеров переглядывалась между собой. Лезть под горячую дровскую руку им не хотелось, но позорить славную кондотту Квэддо тоже было нельзя.

Откуда-то сбоку появился сынок кабатчика и радостно заголосил:

– Дара Элина пожаловала! Отец, отец, дара Элина здесь!

Этот звонкий голосок услышали внутри. Грохот затих. Элину эта тишина напугала больше звона бьющейся посуды.

– Я войду первой, а вы за мной. Подстрахуете, если что, – тихо сказала она Квэддо.

Капитан заметно встревожился.

– Эли, – он коснулся её руки, – может, не надо так рисковать? Я не хочу, чтобы с тобой…

– Кто, если не мы? – криво усмехнулась Элина и громко крикнула, чтобы её услышали внутри кабака. – Я захожу!

Сделав несколько шагов вперёд, женщина глубоко вздохнула и потянула на себя дверь. Внутри было жарко натоплено, а на запах перегара можно было повесить боевой гномий топор. Столы, стулья и скамьи валялись перевёрнутые, многое было разломано. Под ногами хрустели черепки. Кабатчик прятался за стойкой, как за бруствером, время от времени высовываясь оттуда, чтобы увещевать разъярённого дроу. Судя по разгрому, уговоры цели не достигли.

Глава 49

Рэйшен высился среди этого кавардака огромной тёмной башней. Волосы его были растрёпаны, глаза налились кровью (в сочетании с фиолетовой радужкой эффект был ужасающий!), а в руке дроу сжимал сломанный дубовый табурет. Взгляд Элины невольно уцепился за этот предмет. Костяшки у Рэйшена оказались сбиты. "Наверное, сбил, когда дрался с вышибалой", – мелькнула мысль.

Рэйшен злобно уставился на Элину. Она внутренне сжалась, представив, как тяжёлый табурет опустится ей на голову. Кабатчик высунул нос из-за стойки. Ждал, небось, того же, стервец.

– Рэйшен, что ты тут устроил? – спросила Элина, стараясь, чтобы голос не дрогнул.

Ни Квэддо с Харленом, ни четверо молодых кондотьеров порог кабака не переступили. "Вот так группа поддержки!" – сердито подумала Элина, чувствуя, как по спине от самой шеи до ягодиц бегут струйки пота.

Рэйшен с грохотом отшвырнул табурет и растянул губы в такой улыбке, что Элина с перепугу примёрзла к месту. Громкий шёпот Харлена откуда-то из-за порога тоже не добавлял оптимизма:

– Никогда его таким не видел…

Дроу, всё ещё жутко ухмыляясь, быстро шагнул к Элине и схватил её за грудки, приподняв так, что воротник куртки передавил горло. Женщина, не сопротивляясь, висела в его мощных руках тряпичной куклой. Рэйшен склонился к её лицу, близко, словно для поцелуя, но только гневно прошипел:

– Предательница! – и отшвырнул свою добычу в сторону.

Элина отлетела к стене, пребольно ударившись чем только можно, и сползла на пол, усыпанный битой посудой. Слышно было, как в один голос ахнули и кабатчик, и Элинина храбрая "группа поддержки", и даже, кажется, сам Рэйшен.

– Убил, что ль? – испуганно спросил сын кабатчика, выразив общие опасения.

Рэйшен же, будто в нём что-то сломалось, весь поник, опустился на захламленный пол и схватился за голову, не обращая внимания на то, что его прекрасные светлые волосы пачкаются.

Элина уже смогла перевести дыхание. На голове вырастала здоровенная шишка, а копчик болел так, будто туда загнали раскалённый кол. Слёзы полились из глаз ручьями. Было ужасно больно и обидно… Ещё и предательницей обозвал, мерзкий негодяй!

Квэддо, кабатчик и мальчишка хлопотали вокруг Элины. Обида вытекла вместе со слезами, и её место заняла холодная злость.

– Помогите мне встать, – приказала Элина кабатчику и Квэддо. – Э, нет, братцы, нечего меня лапать, я просто обопрусь о ваши руки.

Охая, она поднялась на ноги. В голове стучало. Ох, как бы не сотрясение! Это было бы очень некстати.

– Эй, Харлен, где ты там? – резко сказала Элина. – Пусть двое твоих храбрецов забирают Рэйшена…

– А куда его, хозяйка? – нерешительно осведомился один из "храбрецов".

– Лейтенант Харлен знает, он тебе и покажет. Остальные двое… Эй, где этот паразит-кабатчик? А, вот ты где. Покажи вещи дара Рэйшена и не вздумай что-нибудь присвоить! Вы двое забираете вещи.

Зеваки на улице не спешили расходиться по домам. Вначале они с боязливым интересом наблюдал, как рослый дроу, устало опираясь на двух парней, плетётся к Военной Слободке. Ещё два парня были нагружены потёртыми кожаными сумками, заплечным мешком и одеялом-скаткой.

Харлен и Квэддо хлопотали вокруг Элины. Но она, злая, словно демон из Бездны, огрызалась:

– Отойдите от меня! Вы просто трусы! Как можно с вами планировать большие дела?! Отвалите оба, я сама пойду!

Глава 50

Элина шла с трудом, держась за ушибленную голову и подволакивая ноги. В Слободке быстро нашли Малену, а уж та напичкала хозяйку порошками и каким-то горьким отваром. После них Элине полегчало. Прибежала Полянка, а за ней, разумеется, Гри. Увидев Элину, молодой бард совершенно расстроился:

– Ну как же так? Как он мог?!

– За что он тебя? – спросила Полянка.

– Было бы за что – вообще убил бы, наверное, – мрачно пошутила в ответ Элина.

– Надо было не этих бестолковых дурней с собой брать, а нас, – серьёзно сказала Малена. – Меня, Полянку и Гри…

Элина на миг задумалась. Да, это трио ворвалось бы в кабак прямо за ней.

– Нет, ваше присутствие его не остановило бы. А если бы кто-то из вас пострадал, как бы я потом себя чувствовала, а?

– Да неужто он девушек бы тронул? – не поверил Гри. – И меня он знает, он бы не стал…

– Гри, милый, меня он тоже знает, – невесело фыркнула Элина. – Всё, хватит обсуждений, я что-то устала. И вам отдохнуть не помешает.

Но отдохнуть и выспаться как следует Элине не дали. Рано утром, когда только рассвело, на крыльце послышались чьи-то торопливые шаги.

– Дара Элина! Хозяйка! Я вот тут, на крылечке, оставлю тебе… – прозвенел знакомый мальчишеский голос. – Это от отца! За вчерашнее!

И парнишка убежал. Спросонья Элине подумалось, что кабатчик решил оплатить её труды. Однако, поднявшись с постели, женщина обнаружила на крыльце перед входной дверью… счёт! Счёт на крупную сумму! Смекалистый кабатчик ничего не забыл, всё перечислил: битую посуду, сломанную мебель, выбитые окна (и, кажется, зубы вышибалы!)…

– Почему, ну почему это приносят именно мне? – простонала Элина, вдыхая холодный утренний воздух. – Ведь не