"Фантастика 2025-34". Компиляция. Книги 1-26 - Алиса Бодлер

Лианг очень хорошо говорил по-индийски, но определенные вещи в его речи цепляли слух, да и эта микропауза для подбора слова явно показывала, что этот язык ему все-таки не родной.

Тем не менее, намек на клан был более чем понятен. К тому же Лакшти единственный из нас четверых был магом четвертого ранга, и это тоже не могло не играть роли. Личная сила определяет многое. И если есть выбор, разговаривают обычно с сильнейшим, во всех смыслах.

Однако Лакшти и не подумал отступить. Более того, эту микрозаминку из-за чужого языка он попытался сразу обратить себе на пользу.

— Если желаете, я готов общаться на китайском языке, — предложил он.

Аргус бросил на Лакшти настороженный взгляд, а Лианг посмотрел на меня. Я же просто ждал его решения.

Китайский — очень сложный язык, его мало кто хорошо знает даже среди постоянных партнеров Поднебесной. Таковых среди нас не было, и наследник великого клана не мог этого не знать. Так что желание Лакшти замкнуть переговоры только на себя было очевидным, и мне было интересно, как отреагирует Лианг.

К тому же, китайцы были явно заинтересованы во мне задолго до этой встречи, так что оказаться выключенным из разговора я практически не опасался.

— Боюсь, вынужден отклонить ваше предложение, — покачал головой Лианг.

— Тогда я вынужден повторить свой вопрос, — спокойно произнес Лакшти. — Зачем вы здесь? Я понял, что вы искали встречи с кем-то из полноцветных магов. Мы перед вами. И мы вас слушаем.

Лианг обвел нас взглядом и показательно вздохнул.

— Знаете, в моей стране очень ценится сплоченность, — издалека начал он. — Полноцветные маги — национальное достояние, мы — посланцы богов. Да, я знаю, что в вашей стране боги забыты, у нас с этим тоже не все хорошо. Именно мы, полноцветные маги, стали символом возрождения веры. Грядут перемены, и это будут страшные времена. В Поднебесной это самое страшное проклятие: чтоб ты жил в эпоху перемен.

Он тоже из нашей эпохи, похоже. По крайней мере, это китайское ругательство я знал еще по прошлой жизни.

Не то чтобы мне требовалось подтверждение, что он — наш современник, но информация никогда не бывает лишней, так что такие детали я привык подмечать.

— И мне очень грустно видеть отсутствие сплоченности среди вас, — закончил Лианг. — Вы не используете свою силу на благо людей, вы тянете каждый в свою сторону.

Я едва сдержался, чтобы не фыркнуть. Что-то я не вижу на его людях полноцветных защитных артефактов. Те полноцветные щиты, которые вспыхивали в бою, ставил он сам, с рук, сейчас это уже очевидно. И где его работа на благо людей?

— Вижу, вы не согласны со мной, господин Раджат? — заинтересовался Лианг.

— Я предпочитаю не форсировать события, — с легкой улыбкой ответил я. — Скажите, сколько в вашей стране полноцветных магов?

— Трое.

— И остальные двое по статусу куда ниже вас, — понимающе улыбнулся я.

— Верно, — отразил мою улыбку Лианг. — Однако вы забываете, что моя нация в целом куда более… упорядоченная. Например, у вас, насколько я знаю, нет аналога Триады.

В этом он прав.

В Поднебесной Триадой называют союз трех великих кланов. У нас великие кланы — самостоятельные центры сил, вокруг них собирается множество сторонников уровнем пониже. Но союзов между самими великими кланами я действительно не помню.

Китай, по сути, поделен надвое. Триада представляет один полюс силы, императорский клан — второй.

Индия же в этом смысле напоминает лоскутное одеяло: множество центров сил, и у каждой из них свои интересы. В чем-то разные силы могут сотрудничать, а за что-то готовы воевать. И по каждому вопросу политический расклад будет не похож на другой.

— Верно, мы разные, — кивнул я.

— Я понимаю ваши трудности, — вздохнул Лианг. — Однако мне сложно будет вести переговоры сразу с несколькими силами. Особенно когда мы представляем разные страны. Я очень хотел бы, чтобы у вас был единый лидер. Хотя бы для взаимодействия с нами.

Разумно. И неизбежно, пожалуй.

Это внутри мы можем грызться как угодно, но в случае внешней угрозы любые аристо отложат все свои противоречия и выступят единым фронтом. Так было и будет всегда. Во все времена и во всех странах.

— Разумеется, я ни в ком случае не смею настаивать, — слегка улыбнулся Лианг. — Однако я готов пообещать вам свое невмешательство в вашу войну с Непалом. Это слово я могу дать от имени своего клана. А также я могу дать слово, что максимально широко освещу свою позицию в своей стране. Среди моих союзников и сторонников не найдется никого, кто примкнет к вашему врагу.

Нейтралитет второй половины Китая — это сильно.

Их император официально вмешиваться в чужую войну не будет, слишком напряженные у Индии с Китаем отношения. И даже при войне на два фронта Китаю сложно будет победить. Зато эта война потреплет обе страны очень основательно, и итог здесь непредсказуем. У каждого из нас не только в своем регионе есть враги, тут и до очередной мировой войны рукой подать.

В общем, гарантия клана Сей-Сун — это гарантия нейтралитета всей страны, по сути.

И, уверен, Лакшти вцепится в эту возможность всеми конечностями. Заявить нейтралитет Поднебесной как собственное дипломатическое достижение — это очень круто. Такой шанс поднять свой авторитет в стране представляется далеко не в каждом поколении.

— Разумеется, это будет только в том случае, если вы представите мне своего лидера, — подкинул ложку дегтя китаец.

— А какова цель наших будущих переговоров? — спросил Аргус.

— Полноцветные маги Поднебесной империи предлагают полноцветным магам Индии объединить усилия в восстановлении энергетического равновесия Мира, — пафосно объявил китаец.

— Достойная цель, — склонил голову Аргус.

Бросив взгляд на нас с Лакшти, он произнес:

— Если у господина Сей-Сун есть возможность дать нам пару часов на общение, то мы дадим ответ на часть ваших вопросов сегодня же.

— Благодарю, — кивнул Лианг. — Мы разобьем лагерь здесь.

Он махнул рукой в сторону своего отряда.

Мы раскланялись с китайцем на прощание и молчаливой группой двинулись в сторону своих людей.

По сути, нам даже лагерь не нужен. Достаточно уединенной поляны, вокруг которой можно поставить оцепление в виде сплошной живой стены из наших бойцов. Ну и соберемся мы там всей шестеркой древних, разумеется.

Остальное — дело техники. Уверен, не только я могу поставить вокруг нас магический полог, который скроет все звуки.

* * *

— Ну что, господа, — насмешливо бросил Лакшти, как только нас накрыл серый купол изоляции. — У нас нет вариантов, придется мне принять лидерство в нашем… недобровольном союзе. Нам однозначно понадобится помощь и прикрытие Империи, а мой род как раз скоро станет имперским. Да и без этого, ни у кого из вас и близко нет тех отношений с императором, какие есть у моего рода. Плюс статус вечного рода, плюс наши связи, плюс сила и влияние. Никто, кроме меня, не сможет говорить с Лиангом Сей-Сун на равных.

Я слушал Лакшти и сжимал зубы. Формально он прав, и, будь он сам другим человеком, я бы согласился.

А сейчас я смотрел на него и понимал, что даже если на одной чаше весов будет полномасштабная война с китайцами, а на другой хоть малейшая капля власти Лакшти надо мной — мой выбор очевиден.

И мне в кои-то веки плевать на последствия.

— Ты не будешь лидером полноцветных магов Индии, — холодно бросил я.

Лакшти медленно повернулся ко мне и впился бешеным взглядом.

— Ты хоть понимаешь, от чего отказываешься? — прошипел он. — Хочешь войны еще и с китайцами?

— Ты подменяешь понятия, — ровно сказал я. — Лидером ты не будешь, и это все, что я сказал. Про китайцев речи не было. Равно как и про отказ от договора с ними.

Лакшти уже открыл было рот, но сдержался. Он явно хотел рявкнуть что-то в духе: «или я, или никто», — но он был аристократом до мозга костей. После такого заявления он не смог бы отступить, и мы реально получили бы войну с китайцами. Поэтому он и сдержался.

Правда, с трудом. Видно было, что его все еще подмывает что-нибудь ляпнуть на эмоциях, и он продолжает сдерживать себя каждую секунду.

— Что ты предлагаешь? — спросил Аргус, глядя мне в глаза.

Глава 2

* * *

— Нас тут шестеро, — спокойно пожал плечами я. — И в качестве лидера