"Фантастика 2025-2". Компиляция. Книги 1-26 - Владимир Брайт

– Хозяин, должна напомнить, что ее высочество Луанар эл’Азарис ожидает вас в библиотеке, вы желали побеседовать с ней.

– Потом, все потом…

– Таким образом, господа, я считаю эти новые поправки к плану необходимыми. Ваши мнения?

Не все высшие офицеры присутствовали в закрытом и намертво экранированном от любых способов подслушивания кабинете: Николетта Инрекфельце, например, отвечала за обучение агентов и молодняка баллистрадуму и редко участвовала в боевых операциях иначе как снайпер высшего класса; Герберт Ивасама давно оставил позади боевые будни и прочно утвердился в административном аппарате. Остальные же главы подразделений боевого крыла Имперры явились со всей поспешностью. Конрад Кирхе, возглавлявший «Жернова» и «Косу»; Горе Ультвельт, командир штурмовых бригад «Плуга»; Адольф Дорэ, который хоть и служил моим телохранителем последнее время, все еще являлся главой диверсионно-ликвидационного подразделения «Серп».

– Разрешите говорить начистоту, мой тан?

– А иначе никак, Конрад, мне от вас нужна лишь искренность.

– В таком случае все это чистой воды авантюра, мой тан! Даже первоначальный план операции был весьма необычен, однако с новыми поправками его структура и вовсе потеряла стабильность. Слишком многое держится на «если».

– Ваши предложения?

– К сожалению, у меня их нет, мой тан! Вы – наш стратег, и я буду действовать в соответствии с вашими указаниями! Просто посчитал своим долгом высказаться.

– Я вас услышал. Еще кто-нибудь?

Ультвельт дернул ухом, показывая, что возражений не имеет. Дорэ задумчиво подкрутил ус.

– Да сделаем мы все, шеф, и не такое проворачивали! – заявил он наконец с простецкой улыбкой. – Свои не подведут, я на чужих положиться боюсь.

Из всех присутствовавших предоставленные мной сведения оказали наибольшее воздействие на Форхафа. Викарн утратил часть своей превосходной выдержки, неосознанно выпустил когти и испортил лакированную столешницу. В его голубых глазах плескалась гремучая смесь неверия и гнева, уши прижались к черепу, из глотки доносилось тихое гудение.

– Как такое может быть? – спросил он, наконец поднимая взгляд. – Как?!

– Безумие и мания величия из любого могут сделать чудовище. Форхаф, я сдержал свое слово, закончил расследование. Успех завтрашней операции во многом зависит от вас. Вы поможете разоблачить заговор и наказать виновных?

Он долго не отвечал, сомневался. В случае моей ошибки или злонамеренного введения в заблуждение его помощь могла стать форменным предательством Родины.

– Мы устроим проверку, дабы знать наверняка, лишь после чего перейдем к действию. Вы с нами, Форхаф?

Тигр шумно вздохнул.

– Что конкретно от меня требуется?

– Немногое. Я уже послал анонимное сообщение в редакции всех крупных газет, доводя до их сведения, что завтра в полдень Великий Дознаватель привезет на площадь Святой Луны самого Грюммеля и разоблачит террориста прилюдно, явив миру его истинное лицо.

Все присутствовавшие повернули головы к комплекту экипировки, захваченному на базе технократов среди прочих трофеев. Точно такой носил стальной пророк: плащ с низким капюшоном, символом Братства, маска-череп и так далее. Не хватало лишь агрегата на спине и металлических перчаток, но это было не так важно.

– Король узнает об этом заранее и обратится к своему коронеру за подтверждением.

– А я отвечу, что информация подлинная и что Грюммель был схвачен Имперрой. Без подробностей.

– Повремените чуть-чуть, дабы не вызвать подозрений быстрым ответом. На этом обязательная часть вашего содействия завершится, дальнейшие решения принимайте сами, в зависимости от ситуации. Мы, в свою очередь, выведем на площадь ряженого и посмотрим, чем это закончится. Итак, я могу на вас положиться, Форхаф?

Что я точно мог сделать в тот момент – это рассеять его сомнения, однако решил отказаться от этого метода. Истинно надежный союзник – тот, кто действует по собственной воле, а завтра мне понадобятся лишь самые надежные.

– Я сделаю все.

Еще час ушел на дополнительные уточнения, после чего офицеры покинули посольство. Оказалось, что время было далеко за полночь, снаружи моросил неприятный теплый дождь, а город в кои-то веки затих, словно испуганный зверь в преддверии новой грозы. Я сидел в кабинете, выключив свет, и глядел в окно, за которым было почти так же темно, как и вокруг меня. Все было решено, все приказы разошлись по адресатам, и теперь оставалось лишь ждать, позволяя профессионалам заниматься своим делом.

Как часто бывало со мной в последнее время, контроль над чувством времени ослаб, и я не знал, сколько часов просидел так, когда дверь отворилась и в кабинет проник посторонний. Крадущиеся шаги, едва слышный звук воздуха, расступающегося перед телом, спокойное дыхание. Я выбросил в ладонь баллистический нож и хотел было выстрелить клинком в приближавшийся источник эмоций, но тут ощутил запах и остановил руку.

– Ты же знаешь, что не стоит подкрадываться ко мне. Я существо трусливое, привык сначала бить, а потом спрашивать. Вот что было бы, метни я сейчас нож?

– Ты избавил бы меня от крайне обременительной штуки, которую я называю существованием.

Бель скинула на ковер свой китель и уселась на меня, обхватив шею руками. От нее пахло потом, усталостью и жизнью. Дивный букет. А еще была скорбь, был гнев и страх.

– Как прошел твой день, дорогая?

– Ужасно.

Некоторое время я наслаждался ее теплом, ее менявшимися эмоциями, тяжестью ее тела. Бель дышала, и это невозможно было переоценить.

– Прости, что не был рядом, терять подопечных очень тяжело.

Она нащупала в темноте мои губы и коротко поцеловала.

– Ты сделал более чем достаточно. Спасибо, что послал дирижабли, чтобы скорее привезти в город выживших. Многие были ранены, неизвестно, сколькие из них добрались бы по воде. Остатки эскадры с минимальным необходимым экипажем дойдут до залива лишь через…

– Какие дирижабли?

– А? Четыре «Наместника» и десяток пассажирских. Они перевезли сюда несколько тысяч выживших матросов, только расположить их оказалось негде: город напичкан разумными до упора. Власти смогли предложить только Унгаратский бастион. Якобы после ремонта эта развалина стала более пригодна для жизни. Сначала я устроила в Адмиралтействе грандиозный скандал, но потом… постой, сладкий, если не ты, то кто послал эти дирижабли?

– Мир не без добрых разумных существ, но я узнаю, если хочешь. Хм, а те раненые, которых вчера перевезли на «Голоде», тоже определены в Унгаратский бастион?

– Да, – ответила она устало.

– Но ведь я забрал самых тяжелых, долго ли они проживут без необходимого ухода?

– О, не волнуйся, мой мягкосердечный муж, власти сработали быстро и превратили старую крепость в неплохой госпиталь. Там есть и оборудование, и персонал, и лекарства.

– Надо же.

– Да. Наверное, король боится обвинений в наплевательстве ото всех стран, чьи матросы оказались на его попечении.

– Хм. Для этого тэнкриса нет ничего святого, надеюсь, он хоть чего-то боится.

Говорил я через силу – присутствие Бели опьяняло, одновременно наполняя меня кипучей