Фантастика 2026-75 - Валерий Кобозев

невозможно, но мы предлагали беспроигрышный для них вариант, которым невозможно было не заинтересоваться. Мы заверили, что готовы принимать жидкие отходы любой токсичности, лишь бы тара была герметичной и целой. «Отвозите отходы в определённый район, мы их забираем и утилизируем – отходы исчезают. После этого вы оплачиваете наш гонорар» – таковы были условия нашего сотрудничества.

Для начала договорились о партии в тысячу тонн с территории Франции. Вика была в ударе! Арендовали склад с погрузчиками в глухой провинции. Заказчик завёз в него семь тысяч бочек по полторы сотни килограммов каждая. Восемнадцать грузовиков с прицепами сделали по два рейса – возили целый день. На этом складе мы установили вакуумную камеру на сотню бочек: ровно на один грузовик. Сделали из неё вертикальную трубу в двадцать метров высотой – типа для выхода газов от утилизации отходов. Подвели к трубе газовые горелки для нагрева «отходов утилизации», а на самом деле – обычного воздуха. Рабочая легенда по принципу работы установок была в использовании плазмы – шаровой молнии, которая мгновенно превращала отходы в безобидные газы.

Откровенно говоря, времени на изготовление вакуумной камеры у нас просто не было. Но мы решили эту проблему переброской мусора в два этапа. Вначале из арендованного склада перекидывали его на каменистую площадку в тундре на Таймыре, а уже оттуда отправляли в космос. Хлопок в открытом пространстве был практически не слышен при объёме камеры в шестьдесят кубометров. Тем более, чтобы не выбрасывать воздух с Земли в космос, вначале мы плавно перемещали площадку другим окном портала на высоту восемь километров. Основной воздух удалялся в атмосфере Земли, а там мы перехватывали груз «космическим» окном портала. В камеру погрузчиками завозили сотню бочек, закрывали дверь, перекидывали бочки на полигон, включали окно портала на заданной орбите. Бочки вылетали туда, некоторые взрывались от избыточного давления, и осколки летели по направлению к Солнцу. За сутки очистили склад полностью и выставили счёт на оплату в пятьсот тысяч евро, что было ниже цены чёрного рынка в два раза.

Сначала нам банально не поверили. Приехали с контролем – бочек не обнаружили. Взяли пробы воздуха вокруг нашего местоположения, всё оказалось в норме. Попросили ещё неделю на контроль – мы согласились: мол, контролируйте сколько угодно, а мы уже готовы обработать следующую партию. Через неделю нам передали сумку с миллионом евро и договорились об отправке следующей удвоенной партии.

У нас был большой праздник: мы заработали свой первый миллион евро!

– Запомните эту дату, – улыбаясь, говорил довольный отец, глядя на наши ликующие лица. – Двадцатое июля две тысячи двадцать пятого года. Это дата создания нашей империи!

Мы выдали девочкам премию по сто тысяч евро, парням – по десять тысяч, пускай впредь шустрее шевелят мозгами. Надо было видеть, как наши дамы расправили плечи! Ни дать, ни взять – графини. Нанимать им прислугу мы отказались из соображений секретности, но обещали потом ни в чём их не ограничивать.

Следующие партии отходов во Франции пошли ежедневно – по две тысячи тонн. Мы были искренне рады очистить планету от токсичных отходов. Чтобы не засветиться перед властями Франции, мы договорились с нашими клиентами, что будем сами забирать отходы с их складов, потому что трудно скрыть круглосуточный поток из тридцати пяти трейлеров в одном и том же месте.

Пришлось ввести в курс технологии портала Рене Корфуа – одного из «мусорных» королей чёрного рынка токсичных отходов Франции. Он должен был организовать тишину вокруг нашей деятельности и обеспечить загрузку «печи». Опасаясь мошенничества, Рене ещё при заключении контракта попросил разрешения понаблюдать за её работой. Мы согласились. На его глазах через каждые две минуты двери в “печь” открывались и в неё завозилась очередная порция отходов в пятнадцать тонн. Когда двери открывались и погрузчик ввозил следующую порцию, от прежней не оставалось и следов.

Через полгода мы предложили ему войти к нам компаньоном без права выхода, если мы раскроем ему секреты нашего бизнеса. Но если не хочешь – не входи, можно было спокойно отказаться. Рене думал недолго – нас он не опасался, так что ответил согласием.

Принцип работы «печи» ему объяснили довольно просто:

– Если не веришь, что мы уничтожаем отходы с помощью плазмы – шаровой молнии, тогда считай, что у нас есть маг-волшебник, который по нашей просьбе и за оплату отправляет этот мусор на Солнце. Если проболтаешься – тебя тоже туда отправят.

В плазму он не верил, а вот на волшебника купился с лёгкостью. Рене реально был готов с нами работать, тем более что ему самому это было очень выгодно. Он договаривался с другими деятелями черного рынка, и в согласованное время, обычно ночью, мы с помощью порталов переносили бочки с отходами со складов клиентов на наши склады.

Рене не просто вошёл в наш бизнес, но и начал активно расширять его. Он умудрился легализовать вакуумную камеру как «печь» по утилизации опасных отходов, организовал её сертификацию – разумеется, изрядно “подмазав” кому надо.

К этому времени мы сделали настоящую вакуумную камеру, из которой сначала выкачивали воздух, открывая портал на высоте восемь километров, а затем перебрасывали отходы в космос. Это позволило привлечь клиентов с серого рынка токсичных отходов, которые засветились перед властями. Им нужны были документы о сдаче этих отходов на утилизацию от сертифицированной фирмы.

Схема работы на чёрном рынке была проще: “У тебя есть токсичные отходы, ты показываешь, на каком складе они хранятся. Договариваемся, что ты снимаешь охрану на ночь и отключаешь все видеокамеры – после чего мои люди вывозят отходы. Затем ты платишь нам деньги. Не заплатишь – вывалим все отходы рядом с твоим складом”.

Рене зарабатывал на «транспортировке» отходов до «печи» и ещё получал от нас комиссионные в размере десять процентов. Он расширил географию работы: наладил связи с итальянскими дельцами, а также с немцами и австрийцами. Пришлось нам дополнительно поставить ещё четыре «печи», и суточная выручка вмиг увеличилась до четырёх миллионов евро. Надо было начинать легализировать наши доходы – их стало слишком много, чтобы они оставались незаметными.

Для хранения денег мы арендовали ячейки в банках разных стран и хранили их там. Для оперативного управления капиталами открыли несколько оффшорных компаний в разных зонах: на них поступала выручка от «серых» клиентов, как плата за использования ноу-хау «печей». Походы за деньгами в хранилище к коррупционеру нас больше не интересовали, и мы вернули в него «занятые» деньги. После этого организовали утечку информации в СМИ и