Приключения Благородного Дика. Первый сезон - Елена Крыжановская

До нас доходят невероятные слухи о твоих приключениях! Сестрицу Келлерлису ты балуешь своим присутствием чаще, а нас с Феолиндой, бедных, совсем забыл! Признавайся, что такое случилось, что тебе срочно нужна новая рубашка?

— Откуда знаете, госпожа? — слегка отстранился Дик.

Прекрасная фея Соленого родника рассмеялась:

— Когда всё в порядке ты не застегнут под горло, как перед боем!

— Келлерлиса! — с досадой хмыкнул Дик. — Успела предупредить!

— Мы виделись в магическом зеркале, — весело призналась Меролинда. — И сестра велела непременно спросить об одежде, хотя я ничего в ваших тайнах не понимаю. Но теперь вижу, она угадала. Ты оставил здесь смену рубашек, потому что можешь заглянуть к нам в любой момент, через переход или напрямик. Мы надеялись, хоть так ты вынужден будешь иногда навещать своих крестных. А ты не являешься! Что же такое случилось? Не отдам, пока не узнаю!

— Нечестно, — с улыбкой заметил Дик. — Они мои. Если за хранение имущества требуете оплату, то предупреждайте заранее, свои вещи у вас бы не оставлял!

— Конечно, мы требуем плату! — подхватила Меролинда. — Кто не слышал о коварстве и жадности жителей леса! Вы что думали, рыцарь, Три великих принцессы нанимались сторожить ваше имущество даром? Новую рубашку получишь при одном условии: честно скажешь, сколько их уже сгорело на твоих плечах.

— Шесть. — Дик мечтательно вздохнул, вспоминая былую наивность: — Когда Трим купил мне костюм и принес целую дюжину рубашек, я никак не понимал, для чего так много? Вполне можно обойтись двумя, а если рядом есть вода, то надолго хватает одной. Трим на это ответил, что они "горят", поэтому меньше чем по дюжине редко кто покупает. Обычный комплект, которого с натяжкой хватает на полгода дороги.

— Но у тебя остались нетронутыми одиннадцать. Расскажи, где ты брал замену?

— Это уже второе условие! — воспротивился Дик. — Ладно… — он принялся старательно загибать пальцы, неприкрыто хвастаясь перед крестной: — Первая куплена на золотой самородок из сильварского поселения у реки. Они отблагодарили меня за то, что избавил их от соседства с драконом. Вторая — на компенсацию, когда меня выпустили из тюрьмы в Келлборе. После Огненного круга одежда не то что не сгорела, а вся стала как новенькая, можно ли это считать третьей?.. Одну пожаловала мне ее королевская милость принцесса Каталина, в честь спасения ее жизни… Ещё одну получил милостью его светлейшего высочества принца Велеслава за спасение его жизни. А последний спасенный отобрал у меня рубашку "на счастье"! Так что, не будь вынужден оставить в лесной стране одну хищную кошечку, снова бы выкрутился. Взял бы золотой из награбленного бандитами, только меня и видели!

— Что ж не взял? — подзадорила Меролинда. — Всё-таки соскучился по своим бедным крестным? Неужели ты думаешь, мы не умеем считать? — она вздохнула всерьез. — Или, никто не видел тебя в лесном озере, когда ты резал лечебную траву для ран?

— Так зачем спрашиваете? — тоже всерьез помрачнел Дик. На скулах его дернулись твердые мускулы. — В том-то и дело, что всё видите, но никогда не вмешиваетесь! Как на нас тигрица шла, тоже видели?

— Кто бы иначе послал на поляну сову? — отвела взгляд лесная принцесса.

— Только после того, как воззвал к лесу, не раньше! — недовольно заметил Дик.

— Мы не имеем права вмешиваться в дела людей… Что бы те ни творили. Это закон, благодаря которому лес живет. Мы слишком много знаем и видим, но не в силах ничего сделать без прямой просьбы о помощи. Или, пока не нарушен закон.

— И на том спасибо. Что ж, мне пора.

— Останься. Я обещала задержать тебя хоть на несколько дней. Что я скажу сестрам?

Крестная готовилась к долгим уговорам, но Дик сдался сразу:

— Ладно. Останусь, пока не надоест или пока не прогоните, — в его тоне Меролинде почудилась печаль и усталость. Она больше ничего не спрашивала в тот день, только постаралась вкусно накормить гостя и уложить в мягкую постель с пологом из цветущих лесных лиан.

Время в лесной стране бежало как угодно ее повелителям, никто из гостей не мог уследить за ним. Промелькнуло три дня, а Дику они показались часом. Уходить не хотелось. Только чрезмерная забота крестной и любопытство лесных жителей раздражали.

"То, что ты спас лес от войны с огнем и уладил спор Целиста с Тором нам хорошо известно. Но слухи о драконах и принцессах невероятны! Правда ли это?"

"Не знаешь, случайно, куда с Севера делась великая колдунья Моргана, и почему тебя видели в окне ее башни?"

И ещё множество шутливых фраз в таком роде, стоило Меролинде собрать к обеду гостей. На второй день Дик поставил условие, что либо его оставят в покое, либо ноги его не будет по эту сторону границы лесной страны!

Это очень рассмешило Меролинду, напомнив, как всего три неполных месяца назад Дик со скандалом рвался в лесную страну именно потому, что его не пускали через границу. Но, видя, что юный крестник в самом деле стремится к тишине, вместо развлечений и веселья, Меролинда забеспокоилась. Переступив порог ее дома, Дик оставил меч в своей комнате и больше не брал его, гуляя по лесу. Однажды вечером он застал Меролинду перед домом на скамье-качелях, сплетенных из лозы, как корзина, и увитых живыми цветами.

Она легонько раскачивалась и держала на коленях Тореллинг, задумчиво разглядывая меч, словно искала у него ответа.

— Не бойся сказать мне правду, Дик. Ты жалеешь? Мне часто кажется, что этот меч слишком тяжел для тебя, и мы зря поддались на уговоры. Ты был бы свободен…

— Не более, чем сейчас. Всё равно стал бы сыном дороги, вольным бродягой. И, наверное, со мной бы случалось всё то же самое. Только нечем было бы защититься. И защищать. Да, жалею. Всякий раз, когда сталкиваюсь с тем, кого надо остановить, вижу, что работы мне хватит на тысячу лет вперед. Но не жалею, что эта работа — моя.

— Нам, твоим крестным, страшно от того, что мы в ответе за твою дорогу. К. е рождения как нового рь кого надо остановить, мне жаль, что работы мне хватит на тысячу лет вперед. уда она ведет тебя? К неминуемой смерти в неравном бою?

Дик с недоумением пожал плечами:

— Вперед. Всего лишь хочу идти. Всегда. День и ночь. Дальше. Мне это не надоест. Но мне постоянно мешают. Сталкиваясь с очередным препятствием, если не могу пройти мимо, должен с ним что-нибудь делать?

— Значит, не ты ищешь подвиги и приключения, а они находят тебя? — недоверчиво заметила Меролинда. — В это трудно поверить,