Второй шанс: найти дракона в академии - Мария Боталова

— Но зато видно, что ты не нападал намеренно. А что подлил яд — это еще нужно доказать. Думаешь, ректор поверит? Не запрет тебя? Ох, Рейв. — Я остановилась посреди улицы. — Что, если тебя посадят под замок?! Без тебя мне точно не справиться. Тем более с ядом. Мы можем сделать только хуже. А может, придем к нему накануне? Заодно принесем подслушивающий артефакт — пусть узнает, что принц и принцесса упоминают некий яд. Пусть они говорят, что собираются подлить его дракону, но…

— Нет, Майла, — оборвал Рейв. — Не получится. Если мы переполошим руководство академии накануне, то они будут слишком взволнованы, возможно, отменят бал. Все пойдет не по плану. А если меня где-нибудь запрут — я вырвусь. Как раз к нужному времени, чтобы вместе с тобой успеть залить противоядие. Если все-таки удастся убедить ректора не действовать спонтанно — ему нужно дать время, чтобы заполучить нужный артефакт. Уверен, даже руководству академии не так просто раздобыть артефакт шпионов и королевской разведки.

Мы вошли в преподавательское общежитие и поднялись на третий этаж. Я не стала спрашивать, откуда Рейв знает, где живет ректор.

Постучать пришлось два раза и еще немного подождать.

— Кого там принесло? — наконец раздалось бурчание за дверью. — Студенты? Что вам нужно? — удивился ректор.

От мысли, что пути назад нет, внутри похолодело.

— У нас к вам очень важный разговор, — сказал Рейв. — И лучше, если мы поговорим здесь. Не в кабинете.

— Хм… Рейв Феран… Не много ли вы себе позволяете? Мой рабочий день давно окончен.

— Для ректора академии не бывает окончания рабочего дня. Вы всегда на посту, потому что находитесь в академии. А разговор очень важный. Вопрос жизни и смерти.

— Вашей? — Ректор перевел взгляд с Рейва на меня. — Наслышан о ваших подвигах, студенты.

Это он еще не обо всех знает. И, надеюсь, не узнает.

— Пожалуйста, ректор. Выслушайте нас, — попросила я.

Ректор нахмурился, но все-таки посторонился.

Ох, он и на разговор с нами согласился неохотно. А как убедить его выпить непонятное зелье?!

Едва ректор закрыл дверь и повернулся к нам, Рейв достал из кармана флакон. А затем откупорил и влил в себя зелье.

Я с изумлением вытаращила глаза.

— Держите его! — воскликнула, подлетая к Рейву.

Рефлексы ректора сработали быстро — закручиваясь вокруг его кисти, на руке возник поток воды.

Я подхватила Рейва подмышки и застонала. Тяжеленный!

Правда, сообразив, что Рейв не спешит нападать, а вместо этого начинает пускать розоватую слюну, ректор все же убрал магию и поспешил ко мне, помогая дотащить Рейва до дивана.

— Что происходит, студентка? Объяснитесь.

— Майла, ректор. Меня зовут Майла…

Похоже, Рейв тоже решил, что уговорить ректора выпить непонятное зелье не получится. А благодаря второму рассыпавшемуся артефакту у нас достаточно порошка, чтобы порций зелья хватило. Но какого цварка Рейв оставил меня наедине с ректором?! Я же ничего объяснить не смогу.

— Я… понимаете… мы… Дело в том, что мы знаем кое-что важное. И вам это тоже нужно узнать. Но разговаривать об этом мы можем только с теми, кто принимает это зелье. Рейв выпил его, чтобы показать — зелье неопасно.

— Неужели? — уточнил ректор ядовито. — Студент бьется в конвульсиях и пускает розовые слюни! По-вашему, Майла, это выглядит неопасно?

— Ну… по крайней мере, когда Рейв придет в себя, вы убедитесь, что он не умер. И с ним все будет в порядке. Правда.

— Я так понимаю, он не в первый раз выпил это зелье?

— Да.

— Значит, инициатором были вы. Или кто-то еще. Признайтесь, Майла, это вы украли артефакт из хранилища?

Я вздрогнула под внимательным, пронизывающим насквозь взглядом ректора.

— Можете обыскать мою комнату. И комнату Рейва. Вы ничего там не найдете.

Тем более весь порошок, который хоть как-то напоминает артефакт — по цвету — весь отправился в зелье.

— Мне не нравится, что происходит. — Ректор нахмурился.

— Поверьте. Когда вы выпьете зелье и увидите то, что должны увидеть — вам еще больше не понравится. — Я вздохнула.

— С чего вы взяли, Майла, что я выпью зелье? Даже если Рейв придет в себя, это не значит, что зелье безопасно.

— Я бы тоже выпила и продемонстрировала вам, но, боюсь, у нас осталась последняя порция. Пожалуйста, ректор. Это очень важно.

— Не убедили, — он качнул головой.

Рейва наконец перестало трясти. Открыв глаза, дракон приподнялся.

— Прошу прощения. Я могу привести себя в порядок?

Мы с ректором дожидались возвращения Рейва из ванной молча.

— Что ж, Рейв, я увидел, что вы живы и, кажется, с вами все в порядке, — сказал ректор. — Но я по-прежнему не собираюсь пить непонятное зелье. Могу предложить только одно. Вы оставляете флакон с зельем мне. Завтра я отнесу его к своему другу зельевару — он исследует зелье и сообщит мне о свойствах, а заодно проверит на токсичность. Если он скажет, что зелье безопасно — я выпью его.

— Хорошо. Пусть так. — Рейв достал из кармана еще один флакон. На этот раз последний. — Но прошу вас об одном. Не рассказывайте никому. Даже зельевару. Ни о нас, ни о том, что мы хотим поговорить. Завтра вечером встретимся — и во всем разберемся.

— Если к тому времени будет проверено зелье. А теперь выметайтесь.

Мы с Рейвом переглянулись и послушно направились к выходу. Задерживаться у ректора и еще о чем-то просить не имело смысла.

Весь следующий день я нервничала и не могла сосредоточиться на учебе. Кажется, эта неделя у меня выпадает в любых реальностях. А впрочем… какая разница, как я учусь, если все-таки соглашусь уехать вместе с Рейвом?

Как можно бросить все, к чему привыкла? Отказаться от встреч с близкими, уехать далеко-далеко, в чужую страну, где я нужна буду только одному Рейву.

А учеба? Смогу ли я продолжить учебу в драконьей империи? У драконов нет артефакторов, потому что все они владеют огнем. Им попросту незачем погружаться в расчеты, чертежи, конструирование.

Слишком много вопросов! Слишком зыбко такое будущее. А опора — только одна. Да, я люблю Рейва. Но смогу ли довериться ему настолько, чтобы бросить привычную жизнь?

Так и не смогла принять окончательное решение, тем более мысли постоянно возвращались к ректору. А еще я очень боялась, что Рейва запрут — и он не сможет мне помочь. А я одна? Что я смогу?

На следующий вечер, уже после ужина ректор вызвал нас к себе. Причем не в