"Фантастика 2025-169". Компиляция. Книги 1-24 - Никита Киров

— Очень простое. Войти в мою команду. Вместе заработать деньги. И к старту законов о кооперации и государственных предприятиях быть уже с солидными бабками для организации кооперативов. А дальше выходить на другой уровень и стать самыми богатыми людьми в стране.

О своих планах по преобразованию страны и о том беспределе, который начнется в 90-х, я благоразумно промолчал. Рано пока Сане об этом говорить. Да и объяснить, откуда знаю будущее, проблематично. Поработаем вместе, посмотрю на него, а там решим.

— Елизар, я в шоке просто! — Саша потрясенно смотрит на меня. — Откуда это у тебя? Ты же всегда был простым, как три копейки. Бухал с нами, на киче парился. А сейчас об экономике и деньгах вещаешь, как профессор какой-то.

— Сань, я чуть не отдал богу душу, — вздыхаю я. — Сколько можно повторять? После этого всё воспринимается по-другому. Кардинально меняются взгляды на жизнь. А ещё в больнице книги начал читать, думать. Там моим соседям постоянно новую литературу и газеты приносили. И они без вопросов давали читать. А один вообще профессор исторических наук был. Вот и наблатыкался.

— Подожди, — тормозит меня гопник. — Ладно, допустим, я поверил, хотя это всё звучит как фантастика. Но если информация дошла до тебя, значит, её и другие люди знают и готовятся рвануть с низкого старта. Торгаши, партийные деятели, цеховики. У них капиталы большие, опыт солидный и хватка есть. Они в теме десятками лет варятся. А ты, Елизар, всё-таки простой парень. С чего ты взял, что у нас получится?

— Давай я тебе один интересный случай расскажу. Я о нём в журнале одном прочитал, не для простых смертных. Мой сосед-чекист, о котором я тебе уже рассказывал, его пролистывал, и я на пять минут выпросил.

«Ну а чего? Врать, так врать. Не рассказывать же Сашке, что я не Елизар вовсе, а другой человек, вселившийся в его тело. Это ещё фантастичнее звучит. Он после такого заявления сразу „ноль три“ наберёт и попросит прислать скорую, чтобы отвезти психа в дурку», — улыбаюсь, представляя эту картинку.

— Чего лыбишься? — недоумевает гопник. — Расскажи, я послушаю.

— Неважно. Смешной случай вспомнил, — отмахиваюсь я. — Так вот, есть одна компания с миллиардными оборотами, Colgate-Palmolive называется. Один из основных товаров — зубная паста в тюбиках.

В пятидесятых годах рынок был переполнен, и компания никак не могла нарастить прибыль. Менеджеры устраивали круглые столы, множество совещаний, пытались найти оптимальное решение для увеличения объемов продаж. И ничего не помогало. Все эти высоколобые опытные профессионалы просто не знали, что делать. Сотни часов потратили, а ответа так и не нашли. И один из них, входящий в совет директоров, решил посетить производство и задать этот вопрос простым сотрудникам. И первый же встреченный работник дал ему гениальный совет: «Просто увеличьте горлышко тюбика на 20 %». И это решение позволило компании быстро нарастить продажи. А дело было вот в чём. Люди всегда давят на тюбик с одинаковым усилием. Благодаря увеличенному горлышку один тюбик начал расходоваться не за две недели, а за одну. И потребителю приходилось топать в магазин за новой зубной пастой. Просто надо было взглянуть на проблему под другим углом — со стороны простого человека, обычного сотрудника.

Так вот, Саня, считай меня таким рабочим, способным выдавать решения, которые помогут нам разбогатеть так, как и не снилось этим советским торгашам, фарцовщикам и спекулянтам. Просто они во многом ограничены советскими рамками и многолетней работой в системе. Боятся ОБХСС, к решениям правительства относятся настороженно и в результате теряют время. А мы другие.

«А ещё я имею Джокера в рукаве. Знаю, по какому пути пойдет история, как будет развиваться предпринимательство, и что нам надо делать, чтобы заработать миллиарды», — мысленно подвожу итог своему спичу.

— Складно поёшь, — протянул гопник, задумавшись.

— Определяйся, Саня. Ты в моей команде? Да или нет?

— А-а-а, — Сашка отчаянно махнул рукой, — даже если фигня это всё, что я теряю? Да!

Глава 8

— Зина тебя порекомендовала. — Заместитель директора универмага пристально смотрела на меня.

Холёные пальчики в толстых золотых кольцах нервно постукивали по лакированной коричневой столешнице. Выглядела моя начальница монументально. Внушительная фигура с большим бюстом, нависавшим над столом, упакованная в бирюзовую блузку, тёмно-синий пиджак с заостренными лацканами, юбку-колокол, туго обтягивающую объёмную задницу, закрывающую колени так, что видны были только лодыжки в колготках телесного цвета. Ноги дамочка свободно вытянула под столом, демонстрируя голубые туфельки на высоком каблуке. Расстёгнутые две верхние пуговички рядом с белой шеей показывали край тонкой золотой цепочки. Ухоженное лицо сорокалетней деловой дамы, крашеные каштановые волосы, мягкой волной падающие на плечи, завершали образ начальницы.

— Ну да, — подтвердил я, продолжая откровенно рассматривать женщину. — Попросил её помочь устроиться на работу.

— Чего смотришь? Нравлюсь? — язвительно спросила начальница. Пухлый рот в кроваво-красной помаде растянулся в насмешливой улыбке.

— Да, — ответил я, — знойная женщина — мечта поэта. А я в душе, а также в ванной и на кухне, не только поэт, но и художник. С помощью пера за две секунды любого бельмондо могу расписать в квазимоду.

«Млять, и чего меня понесло по кочкам? Так разговаривать с начальником при собеседовании — верный путь пойти на мужской половой орган, — мысленно недоумеваю я. — Может, гормоны шалят? Или частичка личности прошлого хозяина тела влияние оказывает?»

— Ты ещё пошути тут, юморист, — нахмурилась женщина. — Так и пойдешь хохмить обратно в свою квартиру.

— Виноват, постараюсь исправиться. — Я вытянулся в струнку, поедая заведующую преданным взглядом.

— Шут гороховый, — ухмыльнулась начальница. — На мадам Грицацуеву я вовсе не похожа.

«О, она даже „12 стульев“ читала. Образованная торгашка».

— Нисколько, вы гораздо лучше, вылитая Нонна Мордюкова, — не могу удержаться я.

И получаю незаметный, но очень болезненный пинок по ноге от разозлённой Зинки, стоящей сзади. Больно, зараза. С трудом сохраняю невозмутимое лицо, начавшее кривиться в страдальческой гримасе.

— Ладно, давай перейдём к делу, — начальница пропустила мой «комплимент» мимо ушей. — Язык у тебя подвешен, вижу. Ты пьёшь?

— Нет. Завязал с концами.

— Хорошо. Вижу, что парень ты с биографией, — мадам бросает многозначительный взгляд на мои татуированные пальцы. — Думаю, понимаешь: обо всём, что тут происходит, трепаться не следует.

— Понимаю. За это можете не переживать, Зина меня знает давно и подтвердит, что лишнего я не болтаю.

— Он, конечно, пошутить и потрепаться не дурак, но сроду никого никогда не сдавал, — горячо заверяет моя коренастая подруга, — на Мишку можно положиться.

— Замечательно. — Заместительница директора, прищурившись, посмотрела на меня. — Придётся целый день таскать различные вещи и продукты. Сможешь?