Фантастика 2026-116 - Андрей Андреевич Красников

Он серьезно кивнул, забрал бумажку с номером и сказал:

– Все сделаю, не сомневайтесь… Вы сами-то сейчас куда?

– Обратно. У меня там еще дела.

– Носкевич? – догадался он.

– Носкевич. Ему никто из нас ничего не обещал.

– Послушайте, а может…

– Не может. Это мое дело, Глеб Александрович, уж простите.

– Ладно. – Он развел руками. – Тогда, видимо, будем прощаться.

Мы пожали друг другу руки, и тут к нам подбежала Надя.

– Папа, папа, там этот дяденька в себя пришел!

Я усмехнулся:

– Ну, вот и нашатырь не понадобился.

Когда мы подошли к машине, Сердитых сидел на заднем сиденье и ошалело озирался. Ольга Петровна на всякий случай стояла в стороне.

– Где мы? – спросил полковник, увидев меня.

– В лесу. – Ответ изобиловал информативностью. – Вылезайте, приехали.

– В смысле?

– В смысле – дальше машина едет без вас.

– Но…

– У вас что, есть возражения? – вкрадчиво поинтересовался я.

– Н-нет. Ничего. Я просто… – Он вылез и стоял на снегу, нервно озираясь. – Так вы меня отпускаете?

– Отпускаем. Идите.

– Куда?

– Куда хотите. Но Нижний Новгород там. – Я указал рукой.

– Пешком?

– Конечно! Вы только посмотрите, какая тут природа! А воздух! Восторг просто! Прогуляетесь, подышите… Да тут недалеко, километров тридцать всего.

Он аж с лица спал, представив себе эту перспективу. Оно конечно, с его-то комплекцией тридцать километров по снегу отмахать – то еще испытание.

– Идите же, чего вы ждете? Прощальных объятий?

Он быстро кивнул, сгорбился и насколько мог быстро двинулся в указанном ему направлении, переваливаясь по снегу…

Я повернулся к Калашниковым:

– Ну, вот теперь давайте прощаться!

* * *

Я догнал его через пятнадцать минут. Сердитых шел тяжело, одышливо, прихрамывая на правую ногу.

– Не устали, товарищ полковник? – спросил я.

Он чуть ли не подскочил от испуга и обернулся, едва не упав в снег. Похоже, так громко пыхтел, что даже не слышал моих шагов.

– Ты?! – Его лицо исказил страх. – Чего тебе надо?!

– Сами-то как думаете? Вам тут приветы кое от кого причитаются. От оперативников Дмитрия Седых, Карена Борзияна и Анатолия Квашнина. Они были там, на даче подполковника Калашникова. И это только недавние. Есть и другие. Аркадия Семеновича Зарецкого помните? Его по вашему приказу убрали. А профессора Воскобойникова? Вижу, помните… А Кристинку, племянницу мою бедную, что ваши «лояльные» в Екатеринбурге убили? А Пашку, брата моего двоюродного, которого сожгли в Шелеховском просто на всякий случай? Я могу долго перечислять. И не надо говорить, что это не вы! Все убийства санкционированы вами. Без вашей отмашки никто бы и не пошевелился! Вам за них и отвечать!

Он сделал шаг назад, не сводя круглых от ужаса глаз с лезвия появившегося у меня в руках ножа.

– Не-е-е-ет! – отчаянно вскрикнул Сердитых. – Ты же обещал!

– Поправочка – обещал не я, а мой напарник.

– И ты-ы-ы! – почти выл в голос он. – Ты-ы-ы тоже! Сказал, отпуска-а-а-ем!

Я подскочил к нему и ударил ребром ладони по горлу. Полковник захлебнулся криком и грузно осел в снег. Я склонился над ним и ухмыльнулся в лицо этому почти покойнику.

– А вы мне и поверили? Я же монстр, забыли? Даже хуже, чем вы, вот ведь какая штука!

С этими словами я воткнул нож ему в живот и провернул его так, чтобы рана получилась побольше. От нее он будет умирать не менее получаса, и это будут чертовски неприятные полчаса. Я вытер лезвие ножа о снег и, не оборачиваясь, двинулся прочь.

Хуже… Намного хуже…

Глава 22. Незнакомец в плаще

Питерская Зона

Незнакомец задумчиво смотрит на Ларису Козыреву, погруженную в глубокий сон, близкий к искусственной коме. Занятно, как порой замыкается круг: еще недавно Паук решил исследовать человека-марионетку, обработанного Незнакомцем, и поплатился за это. Теперь все наоборот – перед Незнакомцем лежит та, с которой изрядно поработал Паук. Есть ли в ней опасность? Мог ли Паук просчитать все настолько глубоко, что предусмотрел даже такой поворот событий? Или все заключенные в ней сюрпризы предназначались исключительно сувайвору? Проверить это одновременно и хотелось, и нет… Даже если Паук догадался, кто нанес ему удар, внести корректировки конкретно в этот объект он вряд ли мог. Обработка Козыревой производилась давно и под другие цели. На тот момент у Паука не было, да и не могло быть сомнений в лояльности Незнакомца. Хотя кто может понять, какие мысли бродят в голове верховного адепта эгрегора Сеятелей? Тем более если ловушка ставилась на сувайвора, она могла подействовать и на Незнакомца – ведь в его жилах текла такая же кровь, разве что без некоторых добавок, внесенных тем, вторым, лично…

Козырева сама по себе, по сути, не нужна Незнакомцу… Обычная девушка, довольно привлекательная внешне, но и только. Ничего незаурядного в ней нет. А то, что Паук решил превратить ее в полигон для своих экспериментов и средство для поимки сувайвора, принципиального значения не имеет. Она такая же марионетка Паука, как и сталкер Шатун был для Незнакомца. Зачем лишний риск? Исследование ради любознательности? Нерационально, неправильно, не к месту, не вовремя… Можно подбирать и другие схожие по смыслу выражения… У Козыревой карма такая – быть приманкой, инструментом и ничем больше. И снова для сувайвора, чтобы заманить его сюда. Для этого ей просто нужно быть здесь и оставаться живой. Так пусть она остается здесь в этом искусственном сне. Этакая спящая красавица, поджидающая своего принца.

Принц, правда, весьма оригинальный, и вовсе не факт, что он тут же заторопится выручать красавицу – не тот у него типаж. Поэтому в послании для него и была озвучена двойная аргументация: не одна, так другая сработает… Еще больше причин оставить ее как есть и не пытаться ничего выяснить. Но почему же так тянет это сделать? Словно что-то внутри настаивает: надо, надо, надо! Внутренний голос редко был решающим в случае, если Незнакомца охватывали сомнения. Он привык руководствоваться иным: логикой, своими знаниями, опытом, имеющейся в распоряжении информацией. Тут же три последних пункта отпадали: информации не было, а знания и опыт… так ведь в такой ситуации Незнакомец еще не бывал… Другое дело логика…

Ну что, в самом деле, мог еще придумать Паук для сувайвора? Попытка добыть его кровь была. Вторая «закладка» явно вспомогательная – пьющая жизнь для сувайвора не опасна. Это было как раз на случай, если ей попытаются помешать выполнить ее миссию…