Фантастика 2026-48 - Svetlana Zorina

управлять наомой имело две ступени совершенства. Первая – умение вызывать нао, вторая – умение делать мост. Из своего убежища Гинта видела, как мангарты на занятиях вызывали суннао людей и животных. Тонкое тело было такого же размера и цвета, что и его двойник из плоти. Правда, краски у нао немного ярче, но это заметно только в темноте. И одежда как бы слегка просвечивает. Ткань изготовлена из шерсти животного или из растительных волокон, но поскольку то, их чего она сделана, уже мертво, некое подобие нао у неё появляется лишь в соприкосновении с человеческим телом. А нумад уплотняет эту несуществующую одежду, при помощи своего анх сгущая наому. Ведь можно и просто лепить из неё образы. Их называют наомы. Наом менее стоек, чем суннао, но сделать его легче. Каких только картин ни создавали мангарты, упражняясь в искусстве управлять тонкой материей. А искусство это требовало мощного и хорошо тренированного анх. Опытные нумады умели вызывать суннао даже тех, кто находился на другом конце Сантары. Анх нумада копирует тонкое тело человека или животного и приносит его копию – суннао – своему господину. Такое часто проделывают саммины, если приходится лечить кого-нибудь на расстоянии. Правда, тяжёлую болезнь или очень опасную рану так не вылечишь, тут уж нужен непосредственный контакт. Вызывать суннао надолго не следует. В соединении с анх нумада оно постепенно как бы «высасывает» нао, и человек слабеет. Впрочем, полностью «перетянуть» к себе чьё-либо нао очень трудно. Дед говорил, что в смутную эпоху похищение нао было довольно распространённым явлением, теперь же, когда это расценивается как тяжкое преступление и отбор в школу нумадов, особенно в старшую группу, очень строг, случаи похищения тонкого тела – большая редкость.

Вторая ступень искусства управлять наомой – умение делать мост. Ещё это называли выходом в наому. Находясь в плотном теле, человек не может за короткое время преодолевать большие расстояния, а в наоме что один шаг, что тысяча скантиев – особой разницы нет. Здесь другие законы. Для того, чтобы выйти в наому, надо отделить свои нао и нафф от гинн – плотного тела. Соединение нао и нафф называется нафао. Ты остаёшься тем же человеком, только свободным от грубой, сковывающей тебя материи. Однако оставлять своё гинн надо в надёжном месте и желательно под охраной близких, чтобы никто не смог причинить ему вред.

– Если ты явился в этот мир человеком, – говорил дед, – то не пройдя своего земного пути, всё равно не поднимешься на другую ступень существования. Лишившись плотного тела, ты не сможешь вечно существовать как нафао. В конце концов твоё нао растворится в наоме, а нафф будет ждать следующего воплощения. Сделать мост можно только при двустороннем контакте. Если хочешь встретиться с тем, кто сейчас далеко, ты должен мысленно передать ему своё желание, и если он согласен, то позволит тебе появиться там, где он находится. Иначе говоря, откроет врата наомы. Вряд ли вы захотите, чтобы у нас в замке без нашего ведома бродили всякие нафао и наблюдали за нами. Хорошо, что боги не дали людям большей власти над тонкой материей. А то некоторые воспользовались бы выходом в наому, чтобы выведывать чужие тайны. Сделать мост к звезде или какой-нибудь ангаме ещё трудней, но нумады-амнитаны это умеют. Только благодаря им мы и знаем, как устроены солнце, луны и многие далёкие от нас миры. Амнитаны владеют наомой лучше всех. Звёздные боги и владыки ангам открывают им врата.

– И они могут подняться к солнцу? – спросил один из учеников.

– Конечно. В плотном теле к нему не приблизишься. Звёзды очень горячи. А иные ангамы покрыты льдом, и над ними носятся холодные вихри. Но ведь жар, холод и физическую боль ощущает только гинн. Нафао ничего этого не боится.

– Учитель, а ты сможешь сделать мост к солнцу?

– Может, и сумею, если очень постараюсь, – ответил дед. – Но я потрачу на это слишком много сил, а я должен беречь своё анх для своих больных. Ведь я саммин. У меня лучше всего получается лечить, и я не имею права растрачивать силы на то, что гораздо лучше получается у других.

Да, нумады не имели права растрачивать свою силу впустую. Гинта это знала. Они вообще берегли своё анх. Именно поэтому многие из них были одиноки, а если и имели детей, то не больше двух.

Трудно сделать мост на большое расстояние. Ещё сложнее сделать мост во времени. Дед считал, что люди, наделённые такой способностью, рождаются раз в двести-триста лет. Но сейчас такой человек в Сантаре был. Нумада-инкарна1 Айданга жила где-то в Хаюганне, а где именно – не знал никто. Айданга была служительницей Камы, бледной луны. Она сторонилась людей и редко соглашалась отвечать на вопросы о будущем. Гинту это удивляло. Однажды она спросила у деда, почему инкарна не хочет предсказывать будущее.

– Потому что некоторым лучше его не знать, – ответил старый Аххан. – Иные, желая что-то предотвратить, начинают такое вытворять…

– Но если человек хочет, чтобы не было плохого…

– Для этого не надо совершать ничего плохого. И стараться делать хорошее. Наверное, других путей для человека просто не существует. Нумада-инкарна больше всех молчит, потому что больше всех знает. Только глупец, стремясь выглядеть умным, быстро выбалтывает всё, что узнал. Мудрый осторожен. Иногда даже одним единственным словом можно навлечь на себя и на других очень много зла. Будущие нумады недаром учатся молчать. Таннум – тайное знание. С ним не выходят на рыночную площадь.

– А это правда, что у Айданги нет учеников?

– Правда. Ей уже не раз приводили юношей и девушек из разных школ Сантары. Она так никого и не выбрала. Способность к инкарнату – большая редкость. Говорят, кое-кто из чёрных тиумидов тоже умеет делать временной мост, но ты же знаешь, люди боятся слуг Танхаронна. Огненные тиумиды занимаются любовными гаданиями, некоторые даже берутся предсказывать судьбу, но к их пророчествам мало кто относится серьёзно.

Способность двигать предметы при помощи анх развивали в течение всех трёх циклов обучения, но как правило уже на первой ступени было ясно, из кого можно сделать нумада-аркана. От этих учеников даже не требовали безупречного знания тайного языка. И наомой они обычно владели хуже других. Без нумадов-арканов не обходилось ни одно большое строительство. Ведь благодаря им огромные глыбы поднимали на любую высоту, мало заботясь о прочности верёвок. Рабочие при помощи простейших устройств