"Современная зарубежная фантастика-2". Компиляция. Книги 1-24 - Дженн Лайонс

затрубили трубы. Нет, этот звук ниже – вой длинных рогов. Он разнесся по ветру и пробудил во мне тревогу. Что там происходит? Вера помогла мне встать с дивана и добраться до балконных перил.

Вдалеке, за стенами города, поля и песчаные дюны на горизонте покрыл туман. Я прищурилась, чтобы рассмотреть лучше. Вера перевесилась через перила.

Это был не туман. Песок, поднятый копытами лошадей. Сотен лошадей. Тысяч, их вереница растянулась на огромное расстояние. Они рысью приближались к городу с севера. Может, это Кярс? Но как он добрался сюда так скоро? И он скакал бы с запада, а не с севера.

Эти лошади… что-то тащили. Нет, не что-то – много, много чего-то. Вроде куполов… но узорчатых и сделанных из ткани. Юрты? Приблизившись к стене, лошади пошли медленнее, и дымка рассеялась. Всадники тянули за собой целый город юрт на массивных платформах. Я хотела велеть Вере уйти, чтобы вселиться в птицу и рассмотреть поближе, но мне пришла в голову мысль получше.

– Вера, отвези меня к Като. Немедленно.

Она помогла мне переместиться в кресло, и мы вышли. Паша Като сидел на помосте в тронном зале и беседовал с другими гулямами. Вера подкатила меня к нему, и я спросила:

– Паша, скажи, что происходит?

Его губы растянулись в нежной улыбке. Визит к детям, должно быть, согрел его сердце.

– Тебе не о чем беспокоиться.

– Но я все-таки беспокоюсь. Моего возлюбленного еще нет, а к нашим стенам приближается еще одно войско. Кто они такие, во имя Лат?

Като приказал гулямам удалиться. Когда они отошли в дальний конец зала, он жестом пригласил меня приблизиться. Вера подкатила меня, и мои колени почти коснулись его.

– Ты на днях говорила кое-что про крыс и наживку. Что ж, похоже, крысы пришли в ловушку.

– Крысы? Да там орда! – Я напомнила себе о необходимости сохранять спокойствие. – Это силгизы? Они вернулись?

Если бы только я заметила их во время полета! Но они скачут с севера, что значит, орда прошла через пустыню Зелтурии, а дронго никогда не летали там, и у меня не было возможности что-либо увидеть, вселившись в птицу.

– Ты, похоже, не все знаешь. – Казалось, Като наслаждался моим неведением, а его улыбка до ушей стала самодовольной. – Этой ордой командует Мансур.

– Мансур? Наместник Мервы? Брат Тамаза?

– Он самый. Тамаз просил его прийти вместе с йотридами, чтобы разобраться с силгизами. Но силгизов-то больше здесь нет. А теперь позволь спросить: почему, по-твоему, Мансур все же пришел?

Это сделал Тамаз? Клянусь Лат, я все время считала, что полностью переиграла старика. Но похоже, мне просто повезло, потому что, если бы все сложилось так, как могло бы – а я еще слышала звуки длинных рогов, – йотриды с аркебузами отогнали бы силгизов и разрушили весь мой план.

То, что все-таки план сработал, несомненно, было благословением Лат, а не результатом моего мастерства.

– Может, мне повторить вопрос? – произнес Като со вздохом разочарования.

– Мансур здесь потому… потому…

Я ничего не знала про этого человека, кроме уже мной сказанного. Я вообще не принимала его во внимание!

Като хмыкнул:

– Мы еще не настолько близки, чтобы заканчивать друг за друга фразы, но позволь, я попробую. Мансур здесь для того, чтобы попытать счастья. Посмотреть, есть ли у него поддержка.

Като указал на трон за своей спиной.

Что?! На этот раз мне не требовалось изображать потрясение.

– Като… ты о том, что Мансур хочет стать шахом?

– Тс-с! – Като поднял указательный палец. – Понимаю, ужасно такое слышать, учитывая твоего сына и все прочее, но ты не волнуйся – у Мансура нет поддержки. Последнее десятилетие Кярс налаживал связи со всеми, от ничтожнейшего уборщика в темнице до величайшего из могущественных визирей. Он не принял это как должное, – Като указал на официальный декрет, висевший над золотой оттоманкой, в нем Тамаз называл Кярса своим преемником. – Так что ты расслабься. Мансур как пришел, так и уйдет, ему это не по зубам.

Я встревоженно вздохнула и покачала головой:

– Но Кярса здесь пока нет. А ты как-то слишком уверен в себе для человека, у которого мало союзников в городе, окруженном врагами. На твоем месте я бы прекратила сажать визирей в тюрьму, чтобы они не увидели свое спасение в руках чужака.

– Вот как? Но у меня ведь есть ты. – Он игриво приподнял бровь: – Союз с самой умной женщиной в городе должен же чего-то стоить. Я бы мог выразиться поэтичнее, но боюсь оскорбить слух девушки, которая тебя возит.

Я обернулась к Вере. Та стояла в двух шагах позади, глядя в пол и делая вид, что не слушает.

Чем больше я об этом думала, тем серьезнее казалась проблема. Мансур пришел с йотридами, а значит, привел с собой кагана Пашанга, человека, известного своим пренебрежением к людским страданиям. А вернее, тем, что получал от них удовольствие.

– У меня есть замечательная идея, – продолжил Като, поднимая мясистый палец. – Ты, Зедра, примешь их сама. Жена Тамаза не выходит из своих покоев, а вы с Миримой – светские женщины, вы сумеете убедить Мансура, что ему здесь быть незачем.

Вообще-то это было и в моих интересах. Я должна узнать, чего Мансур якобы хотел и чего добивался на самом деле. Предположения Като звучали правдоподобно, но его самоуверенность потрясала до мозга костей. Если только он не знал чего-то, неизвестного мне, он преуменьшал угрозу и подвергал нас опасности.

– Честно говоря, после того несчастного случая я чувствую себя совсем бесполезной. Может быть, твое предложение сможет сотворить чудо и мне станет легче.

Като хлопнул в ладоши:

– Вот видишь? У меня в этом городе есть союзник. – Его улыбка опять расплылась до ушей: – И какой же она прекрасный союзник.

Мы поехали в экипаже к храму святого Джамшида, увенчанному желтым куполом, с арками и галереями, где могла поместиться тысяча молящихся. Сейчас тут было пусто, не считая Селуков. Внутри усыпальницы, окруженной решеткой, тело шаха Тамаза укрывал зеленый саван, рядом были другие зеленые саваны, а под ними – жалкие люди, не заслуживавшие благоговения. Если мне все удастся, когда-нибудь мы сожжем их тела и бросим туда, где о них забудут.

Мансур, брат Тамаза, был в бежевом кафтане почти до щиколоток и кожаных носках с традиционными остроконечными туфлями с золотыми вкраплениями. Он стоял и молился, и казалось, это тянется целую вечность, у него за спиной ожидала свита в зерцальных доспехах. Каган Пашанг, похоже, решил не идти с ними, что меня тревожило.

Я велела