Март Вахрамеев - Антон Юрьевич Перунов

— Лейтенант, я поднимусь выше и постараюсь отыскать его, а вы продолжайте осматривать землю.

— Внизу очень много камней. Если он рухнул там, найти его в темноте будет очень сложно.

— А вы постарайтесь. Это приказ.

— Есть, герр обер лейтенант.

Через полчаса бесплодных поисков старший осведомился.

— Разрешите доложить, герр обер лейтенант?

— Что там у вас еще? — раздраженно отозвался старший летчик.

— У меня осталось энергии на полчаса, герр обер-лейтенант.

— У меня немногим больше. Хорошо, сворачиваем поиски, идем к Створу. Но куда делся этот чертов рах?

Лейтенант себе под нос негромко пробормотал: «Это был русский»…

[1] Лимб (лат. limbus — рубеж, край, предел) — термин средневековой схоластики. Означает пространство между чистилищем, раем и адом, где пребывают души тех, кто не заслужил вечного наказания и мук, но не может попасть на небеса по независящим от него причинам.

Эпилог

Ранним утром Александер фон Дассель — новоназначенный генерал-губернатор иномирной территории «Пампа» — прилетел в Люфтхарбер. После гибели в пожаре «Имперского штандарта», а вместе с ним и генерала Зайделя, бывший шпион волей обстоятельств оказался в роли единственного правомочного начальника над всей группировкой сил империи Аустрайха в Беловодье.

И ему сейчас срочно требовались свои люди. Рекрутировать их было категорически не откуда. Специально подготовленная и присланная группа чиновников почти в полном составе погибла при разрушении верхней надстройки авианосца, где размещались пассажирские каюты.

Свой штаб фон Дассель решил временно организовать в Харбе. Это было не слишком удобно — в случае попытки прорыва со стороны флота Ганзы база оказывалась под немедленным ударом врага. Но на несколько ближайших суток — почему бы и нет? Тем более, что он тут все знал.

Первым он заслушал доклад прежнего начальника гарнизона, точнее, штурмового отряда — гауптмана Засса.

— По всему выходит, что вы настоящий герой, Засс. Полученные после штурма бункера четыре тонны аструма — это блестящий результат! Я направлю кайзеру прошение о вашем награждении. Вы геройски отбили удар врага, к слову, что сделано по части оперативного расследования произошедшего?

— Господин барон, дом, к которому подлетал конвертоплан, оцеплен и обыскан. Мы провели краткий допрос пленных, чтобы узнать, кто в нем жил и записать его приметы.

— И каковы успехи? Что нашли? Фоторобот готов?

— К сожалению, результаты пока скромные. Мы — штурмовики, а не дознаватели из Абвера. Вот все, что удалось собрать, — гауптман переслал отчет в электронной форме на личный коммуникатор Дасселя.

— Я подробно ознакомлюсь с вашими наработками. Теперь второй вопрос. Что с улетевшим шаттлом?

— Наши люди преследовали и почти настигли его, вероятно, рахдонит, пытаясь уйти, совершил опасный маневр и врезался в скалу. Там сложный участок. Было темно. Летчики искали следы падения, но когда у них стал заканчиваться энергоресурс, вынуждены были вернуться через тоннель на базу для дозаправки.

— Очень странная история. Зачем было залетать в поселок? Это ведь очень рискованно. Очевидно, там хранилось нечто очень ценное…

— Не могу знать, господин барон.

— Вы можете быть свободны.

Фон Дассель лично проинспектировал и опечатал Груз, распорядившись готовить группу сопровождения для доставки аструма и срочного послания-реляции о произошедших за первые сутки вторжения событиях. Документ тщательно дорабатывался им весь последний час, когда его вновь отвлек запрос с коммуникатора.

— Что еще?

— К нам доставлен панцерегерь штурмкадет Манфред фон Вальдов. Он заявляет, что располагает срочной информацией для высшего руководства.

— Пусть войдет.

Немедленно, словно только и ждал команды, на пороге кабинета возник крепкий, довольно высокий, худощавый юноша в егерском комбинезоне. С отменной выправкой он вытянулся перед Дасселем и представился.

— Штурмкадет Манфред фон Вальдов по вашему приказанию явился, господин генерал-губернатор.

— Что вы имеете сообщить мне?

— Я единственный уцелевший из отряда, посланного уничтожить химмелн рахдонитов. И располагаю приметами одного из выживших врагов, виновного в гибели многих моих товарищей.

— А не известно ли вам о судьбе бортового шаттла химла?

— Яволь! Именно этот негодяй скрылся на конвертоплане.

— Очень интересно. А вы знаете, Вальдов, о гибели «Имперского штандарта»?

— Никак нет, — выпучив глаза, прошептал ошарашенный Манфред, — так вот почему за нами никто не прилетел…

— Вероятно, да. Все силы были брошены на спасение уцелевшей части команды и грузов. К счастью, реакторная установка не взорвалась. Она полностью заглушена и неработоспособна. Но еще важнее другое. Взрыв произошел сразу после приземления одного из ботов, на которых вы шли на миссию.

— Второй был сбит в самом начале, еще на подходе к химлу, господин барон.

— У вас есть версии, что могло так изрядно рвануть на его борту?

— Конечно, господин барон! Мы везли очень мощную бомбу с часовым механизмом подрыва. Для уничтожения реактора химеллна.

— То есть вы предполагаете, что наш авианосец взорвали нашей же адской машинкой?

— Не могу утверждать, но похоже на то.

— Хммм… очень интересно. Очевидно, наши пилоты никак не могли быть причастны к этой чудовищной диверсии. Кто же ее смог осуществить?

— Почти наверняка тот же, кто справился с целым отделением панцерегерей…

— Это человек или дьявол во плоти?

— Не могу знать, но скорее второе, — кратко отозвался Манфред, а сам подумал: «Мой враг определенно обладает некой силой и потому представляет угрозу для Райха».

— Могу добавить к сказанному вами, что этот не в меру шустрый негодяй умудрился этой же ночью напасть на наши войска здесь, на Базе, и после этого прорвался к створу.

— Не удивлен. Этот человек крайне опасен и должен быть уничтожен.

— Пожалуй, я соглашусь с вами, Вальдов. Плохо одно. У нас нет ни имени, ни описания внешности. Одна зацепка — тот самый шаттл. Вот с этого и надо начинать… — задумчиво протянул, рассуждая сам с собой, фон Дассель, — К слову, как вы добрались сюда?

— Мы… я шел по пустыне, а пару часов назад меня заметил один из наших бортов. Подобрали и доставили сюда.

— А вы удачливы, Вальдов…

— Пожалуй, что так, господин барон.

— А что вы скажете, если я предложу вам перейти в мое подчинение на должность офицера по особым поручениям? С немедленным производством в фенриха.

— Рад стараться, господин генерал-губернатор, — гаркнул Манфред, вытянувшись в полный рост и выставив вперед крепкий подбородок.

— Ну-ну, бросайте эти армейские замашки. Присаживайтесь, Вальдов. У меня для вас есть срочное поручение. Но прежде я хотел бы уточнить, что стало с химмелном? Вы его взорвали?

— Никак нет, — видя, что начальство морщится, Манни поправился, — взрыв не удалось произвести. Отделение было уничтожено в бою при