"Фантастика 2026-192". Компиляция. Книги 1-21 - Никита Киров

сука… ну не сейчас, — мрачно ответил телепат. — Давай ты свои претензии выскажешь потом. С этим мужиком не все ладно. Ты врубился, что он искал бункер два года? То есть, в принципе, устроился в интернат ради старого законсервированного научно-военного центра. Нам надо выяснить, в чем прикол».

Я шумно выдохнул, сделал раздосадованное лицо. Особо стараться не пришлось, меня реально вся эта ситуация сильно раздосадовала.

— Ладно. Вы правы. Бункер действительно есть.

Зубов молча кивнул. Он именно на такой ответ и рассчитывал.

— Я там был. После драки с Бурым и его дружками сбежал с территории. Хотел отсидеться в лесу, потом вернуться. Но вышло все через жопу. Сначала провалился в старый коллектор. Чуть не убился. Потом бежал от крыс и уткнулся в этот ваш бункер. Он пустой, разбитое оборудование, вывернутые двери. Такое чувство, будто по нему ураган прошел. На одном из столов лежала тетрадь. Взял ее, хотел потом почитать.

— Что еще там было? — воспитатель задал вопрос нейтральным тоном, но я увидел, как взметнулись цветные всполохи в его ауре. Он не просто был заинтересован в этом сраном бункере, для него данная информация жизненно важна.

— Да ничего, — небрежно пожал плечами, сделал задумчивый вид, типа вспоминаю. — А… еще какие-то отчеты об опытах, но там много научных терминов, я не разобрался. Походил, посмотрел…

— Что с тобой произошло? — перебил меня Зубов.

Черт. Вот она, самая скользкая дорожка.

— Не знаю, не могу ответить, — я искренне вытаращился на цербера. — В самом конце были отдельные комнаты и помещение, похожее на лабораторию. Там — какой-то неприятный запах. У меня закружилась голова, я вырубился. Очнулся уже тут, в интернате. Как дошел — не помню. Потом эта хрень со Штыком… Не знаю, что со мной произошло в бункере, но вы правы, как вернулся, что-то постоянно происходит. Прям в голову — раз! — я шлепнул ладонью себя по башке. — Затмение какое-то. А потом смотрю: Штык лежит. Или с Кабаном… Тоже что-то щелкнуло, вырубило мое сознание на пару минут. Туман рассеялся — Кабан лбом о стену бьется и орет про пауков.

Зубов несколько минут смотрел на меня молча. Я под его взглядом смущенно переминался с ноги на ногу, для пущего эффекта пару раз хрюкнул носом, утер несуществующую соплю. Пусть лучше считает меня дебилом, чем поймет, что в моей башке сидит телепат, и сам я вроде как тоже ни хрена не обычный пацан.

— Завязывай с цирком, Рубин, — усмехнулся цербер. — За два года я изучил каждого из воспитанников. Ты сейчас очень стараешься походить на кретина, но мне известно, что ты не кретин.

Он с шумом втянул воздух через нос, потер массивный подбородок.

— Значит так, щенок. Допустим, я верю, что тебя вырубило в бункере. Но факт остается фактом. Под землю провалился обычный кусок интернатовского дерьма, а обратно вернулся пацан, способный выводить из строя противника на расстоянии и внушать видения… Жопой чую, это связано с Даром. У тебя с какого-то перепуга появились способности. Я копаюсь в этом дерьме уже пять лет, про одаренных знаю больше, чем они сами. И вот что скажу тебе точно. В семнадцать лет Даром не обзаводятся. Это невозможно. Но ты сидишь передо мной, и в твоем присутствии люди либо кровью харкают, либо «белочку» ловят. Сканер безопасников тоже среагировал на тебя.

Я мысленно сделал отметку. Зубов называет людей в черном именно безопасниками. Он считает — они из Конторы, а значит, не в курсе про Инквизицию.

«Да, да, да, — согласился Мозгоед, — реально не знает. А ты обратил внимание, что сказал этот садист-извращенец? Пять лет роет носом все, что связано с одаренными. Похоже, у мужика личный интерес. Он явно не в научных целях ошивался там, где должен быть бункер».

— Чего вы от меня хотите? — спросил я Зубова.

— Неверный вопрос, — усмехнулся он. — Что ты, Рубин, от меня хочешь? Вот так правильно. Что ты хочешь взамен информации о бункере? Или что я могу тебе предложить? Сделка, сопляк. Вот, что у нас с тобой сейчас будет. У тебя максимум полтора суток, потом история, в которую ты вляпался, перестанет быть веселым приключением. Особисты не охотятся за одаренными, они их контролируют, но Бурого отсюда волокли как опасного преступника. Я помогу тебе сбежать из интерната, помогу обустроиться в городе так, чтобы не нашли.

«Точно не знает, — хмыкнул телепат. — Умник не смог нарыть правду насчет инквизиторов. Слышишь, что говорит? Типа особисты не охотятся… Ну хоть какие-то козыри в наших руках».

— А взамен? — я прищурился, глядя на Зубова.

— Взамен ты покажешь мне спуск, — ответил он. — Проведешь внутрь. И самое главное — поможешь разобраться, что там с тобой случилось. Я хочу досконально понять, как работает та дрянь, которая тебя изменила, и что это вообще за хреновина. Мне нужно доказательство, что обычный человек, у кого нет генетической предрасположенности к Дару, может стать одаренным.

«Так-так-так… — протянул Мозгоед. — Похоже, у мужика имеются свои секретики».

Я сделал вид, что размышляю.

На самом деле вариант с чем-то там разбираться в компании Зубова не устраивал меня от слова совсем. Он двинутый на голову садист, это видно. Не знаю, какие причины заставили его переться в интернат, искать бункер, но менять данный факт не хочу. Мне срать на Зубова. А вот то, что он может организовать реально успешный побег и помочь на первых порах в городе, звучит заманчиво.

«Соглашайся, — решил за нас обоих Мозгоед. — Выбора всё равно нет. Пусть этот урод выведет нас за забор. А как только окажемся в городе — свалим. Мы ему ничем не обязаны».

— По рукам, — я медленно кивнул, глядя Зубову прямо в глаза. — Только сделаем так. Сначала вы меня вытащите отсюда, потом покажу вход в бункер.