Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

и не торопилась опровергнуть моё предположение, что в замок иногда привозят детей и девиц, которые пропадают в кузнечной башне. Но поскольку она ни разу не присутствовала при совершении ритуалов, следует признать, что её заявления тоже основаны на слухах и предположениях.

— Виржиния де Латур сама тебе всё это сказала? — удивился Марк. — Этим утром ко мне приходил её сын и уверял, что его дядя не является колдуном!

— Тьери де Латур с шестнадцати лет живёт в Сен-Марко и служит в нашем войске. Он бывает в Фортене лишь наездами, и может не знать, что там происходит.

— Дочь де Бельгарда тоже заявила об этом.

— Но это же дочь! Что ещё она могла сказать?

— Они говорили мне о происках каких-то врагов барона. Не может ли быть так, что кто-то намеренно распускает порочащие его слухи?

— Друзей у него немного, врагов куда больше, — пожал плечами Филбертус. — Он, скажем так, неуживчивый сосед. Постоянно с кем-то ссорится, судится и даже вступает в вооружённые столкновения. Его не любят, потому он не смог найти хорошего жениха для дочери в родных местах, и вынужден был приехать с ней сюда. Возможно, кто-то и распускает или поддерживает эти слухи, но что тогда делать с пропавшими детьми?

— Я вовсе не считаю барона де Бельгарда невиновным, — заметил Марк. — Жоан велел мне разобраться с этим, и я разберусь. Пока я лишь испытываю на прочность твои аргументы, и часть из них кажутся мне убедительными. Но этого мало для вынесения обвинения. Как мы можем их доказать?

— На самом деле нужно действовать прямо: допросить членов семьи и слуг, устроить обыски в городском доме и в замке Фортен, в частности осмотреть ту самую кузнечную башню и особенно её подвал. Если там кого-то убивали во время ритуалов, то не съедали же они останки!

— Ты кое-что забываешь! — воскликнул Марк. — У нас есть только дело о похищении Жюльена де Фортена и ритуале тёмной магии. В деле о похищении барон де Бельгард на стороне жертвы, в деле о ритуале и вовсе нет ничего, что говорило бы о его причастности. А он — вассал короля, герой Сен-Марко, соратник короля Армана, сын, брат и дядя графов де Фортен. Своим положением он защищён от обычных следственных процедур, и только король или глава тайной полиции могут отдать приказ о нарушении этого иммунитета. Граф Раймунд с такими уликами точно не подпишет приказ, да и Жоан сильно озабочен соблюдением законности в этом случае.

— Но что тогда?

— Пока не могу сказать. Мне нужно знать, что накопали в графстве Фортен ваши лазутчики, поискать возможных свидетелей похищения мальчика и ритуала, может, соседи или прохожие что-то видели. К тому же теперь у меня есть приказ короля, и я могу явиться в дом и допросить няню и другую прислугу, побеседовать о происшествии с членами семьи. Возможно, я найду какую-то зацепку.

— Хорошо, я отправлю к тебе клерка с делом де Бельгарда, а сам пока зайду с другой стороны. В разговоре с дамой де Латур меня кое-что смутило. Она сказала, что ритуалы проводил не сам барон, а его демон Садорим. То есть, возможно, у де Бельгарда нет магических способностей, а значит, для ритуала ему нужен помощник.

— Там было три человека, — напомнил Марк.

— И только один из них был заклинателем, остальные лишь его подручными. Я это к тому, что, может, в этом деле есть другой колдун, который связан с нашим подозреваемым. Или не связан. Я вызову наших шпионов и осведомителей, расспрошу их, не слышал ли кто-нибудь о проведении подобных ритуалов, не появился ли в городе новый колдун, не искал ли некто мага или некроманта. И дам им задание порыскать в городе в поисках ответов.

— Надеюсь, это что-то даст, — озабоченно кивнул Марк.

Весь вечер он просидел, читая пухлое дело, куда клерки Белой башни подшивали донесения лазутчиков. Собственно, кроме этих донесений там почти ничего и не было. Да и сами донесения основывались лишь на рассказах тех, кто сам слышал это от кого-то другого. Многие истории казались не слишком правдоподобными, а слухи были явно преувеличенными. И всё же среди этих докладных записок были и сухие сообщения о том, что некая Бабетта, дочь вдовы Колетты из деревни Пакле ушла на речку стирать бельё и больше её никто не видел. У реки нашлась лишь корзина с бельём. Семилетний пастух Пьер из Лемарно не вернулся из леса, где искал убежавшего ягнёнка. Семнадцатилетняя Жанна из Робрери пропала за два дня до своей свадьбы. Шестилетняя Анна исчезла со двора своих родителей, при этом в тот же день неподалёку заметили графского лесничего Потре. И таких случаев было множество. За четыре года пропало двадцать три девочки, пятнадцать мальчиков и двенадцать взрослых девушек. Это были только те дети и девицы, у которых были родители, беспокоившиеся об их судьбе, но нельзя было исключить, что пропавших было куда больше, если речь шла о маленьких нищих и беспризорниках. Всё это выглядело действительно зловеще.

Кроме того, Марк нашёл и сведения о таинственном демоне Садориме, жившем в графском замке. По описаниям это был высокий худой человек с длинными желтоватыми волосами, крючковатым носом и недобрым взглядом. На вид ему было что-то около тридцати пяти лет. Он всегда ходил в чёрной мантии. Иногда в лесу возле замка видели огромного чёрного пса с красными глазами, нападавшего на людей, и его тоже принимали за того демона. Ходили слухи, что иногда он принимал образ чёрного медведя и нападал на охотников.

К тому же в папке нашёлся список членов семьи, составленный клерком гербовой палаты на основании королевского реестра, из которого следовало, что у Эдуарда шестого графа де Фортена было три сына: Алоис, ставший седьмым графом, Бернар виконт де Риваж и Луи барон де Бельгард, а также дочь Виржиния, которая вышла замуж за местного рыцаря де Латура. Алоис женился на дочери графа де Бризена, от этого брака был рождён сын Жюльен, ставший после его смерти восьмым графом де Фортен. Виконт де Риваж был назван ни на что не способным, он не женился и вообще находился под опекой брата Луи. Сам де Бельгард женился довольно рано на младшей дочери соседа рыцаря де Месни, его жена умерла через несколько лет, оставив ему дочь Элен. Повторно он не женился. Виржиния в юности сбежала из дома, чтоб выйти замуж за рыцаря де Латура, но потом он умер, и она вернулась к отцу с сыном Тьери, была прощена