Расследования Марка де Сегюра - Лариса Куницына

на меня чьи-то грехи? У вас нет ничего, что позволило бы вам официально предъявить мне обвинения, и потому вы пытаетесь спровоцировать меня на какие-то неосторожные слова, которые сможете выдать за признание. Пока я, как дядя и опекун графа де Фортена, являюсь пострадавшим, а вы, вместо того, чтоб искать настоящего преступника, преследуете меня. Не потому ли, что вам не терпится заполучить хранящуюся в моей библиотеке Серебряную книгу?

— О чём речь? — насторожился Марк, переведя взгляд на Филбертуса и уловив его краткое смущение.

— Не важно, — отмахнулся тот.

— Очень даже важно! — возразил барон. — Послушайте меня, ваше сиятельство, от предков мне досталось весьма интересное собрание книг. Если другие везли с войны в качестве трофеев только оружие, скульптуры и драгоценности, то де Фортены собирали и книги. В моей коллекции, собранной младшими сыновьями де Фортенов, среди других сокровищ есть книга с серебряным окладом, покрытым тончайшим орнаментом, в центре которого изображено мировое дерево с плодами из крупных жемчужин, доселе не виданных в нашем мире. Эта книга даже в темноте излучает белый свет, и хотя она создана века назад, её страницы остаются всё такими же белыми и чистыми. Она исписана красивым почерком на неизвестном мне языке и украшена прекрасными миниатюрами, на которых изображены красивые люди, священные животные, птицы и ангелы! Множество ангелов с различным количеством крыл! Леди Белой башни уже несколько раз присылала ко мне с требованием продать ей эту книгу, но я отказывал, несмотря на то, что она всё больше поднимала цену. И когда ей стало ясно, что я не соглашусь на сделку, она начала мне угрожать!

— Это неправда! — воскликнул Филбертус.

— Ладно, я понял, — кивнул Марк, поспешно закрывая эту тему. — Значит вы, ваша светлость, не можете представить нам доказательств вашего алиби?

— А оно мне нужно?

— Ну, не помешало бы, учитывая, что между графским титулом и вами стоит только ваш племянник.

— Вы забываете о моём брате Бернаре. Он старше меня и является первым претендентом на титул, а потом уж я. Но к чему мне этот титул? Я управляю имуществом малолетнего племянника, стараясь сохранить и приумножить его состояние. Он — моя единственная надежда, и он же, кстати, мой наследник, в чём вы можете убедиться, прочитав моё завещание. У меня нет сына. Я до сих пор скорблю о своей супруге и не хочу жениться снова. Зачем, если у меня есть Жюльен? Я любил его отца, моего брата, с горечью оплакал его смерть и перенёс всю свою любовь на этого ребёнка. И потому мне оскорбительно и больно слышать подобные измышления!

— Мне хотелось бы вам верить, — кивнул Марк. — Но дело в том, что в расследовании графа Рошмора пока есть лишь предполагаемое нарушение закона о колдовстве. Я же расследую по воле короля преступления уже свершившиеся, а именно похищение, покушение на убийство и попытку ещё одного похищения. Это официальное расследование тайной полиции, и когда я задаю вопросы, вам следует на них отвечать. Если же вы уклоняетесь от этого, то сами навлекаете на себя подозрение.

— Думайте, как хотите, — проворчал барон де Бельгард.

— Кто-нибудь угрожал вашему племяннику, кто-то заинтересован в его смерти? Может, кто-то желает ему зла, потому что ненавидит вас?

— Я не знаю. Это десятилетний ребёнок, который всю жизнь прожил под моей защитой. У меня есть враги, но я не могу сказать, кто может мстить мне столь извращённым способом, если не считать Леди Белой башни.

Марк взглянул на Филбертуса и тот пожал плечами.

После разговора с бароном они отправились в комнату Жюльена и неожиданно застали там баронессу де Флери, которая сидела в кресле и мило беседовала с мальчиком. С любопытством взглянув на мага, Жюльен улыбнулся Марку, как старому знакомому. Расспросив его о самочувствии, Марк перешёл к вопросам о вчерашнем вечере, но, увы, ребёнок ничего не помнил. Он сказал, что поужинал, лёг спать и проснулся уже утром.

— Даже если он что-то видел или чувствовал, то не помнит, — сообщил Джин Хо, взглянув на Марка. — Одним из побочных явлений при отравлении дурманом является амнезия.

— Там не было никакого дурмана, — заявил Филбертус. — Я его не нашёл!

— Вы его не искали, — фыркнул лис и снова взглянул на своего друга. — Я уже побеседовала с нашим юным другом, он действительно ничего не помнит.

— А кто принёс ему кашу?

— Няня Мари, как всегда. Кстати, она тоже спала, и из-под неё можно было выдернуть кровать, она бы этого не заметила, не только исчезновения мальчика.

— А скажите мне, граф, — Филбертус присел рядом с Жюльеном и ласково улыбнулся, — когда вы жили в вашем замке в Фортене, там происходили какие-нибудь странные вещи? Вас что-то пугало?

— Я боюсь грозы, — честно признался мальчик. — И ещё волков!

— А вы видели волков в замке?

— Нет, но они иногда выли в лесу за стенами. Мне говорили, что они могут меня съесть.

— А ещё что-то вас пугало? Может вы слышали крики, странный шум?

— Нет, я не помню такого, сударь.

— А видели ли вы в замке других детей?

— У дяди есть три пажа: Бастьен, Филипп и Оноре. И на кухне есть девочка Жоржетта, она дочь кухарки.

— А чужие дети, которые не живут в замке?

— Нет, не видел.

— Вы знаете человека по имени Садорим?

— Да, он живёт в кузнечной башне и иногда выходит оттуда.

— Вы говорили с ним?

— Он рассказывает мне истории.

— О чём эти истории?

— О ведьмах, которые живут в лесу, об озёрных девах, которые только и думают, как затащить на дно проезжающего рыцаря, и о драконах, которые стерегут сокровища и похищают принцесс.

— Вы его не боитесь?

— Нет, он очень вежлив.

— Чем он занимается в своей башне?

— Я не знаю, но думаю, что он учёный, потому что носит чёрную мантию и много читает. Ему привозят какие-то книги и приборы в ящиках. И дядя иногда уходит в его башню и проводит там много времени.

— А привозили ли ему чёрных животных или птиц?

Жюльен задумался, а потом пожал плечами.

— В замок привозят разных животных: овец, ягнят, куриц, бывают и чёрные. Наверно, их потом жарят на кухне.

— А видели ли вы большую чёрную собаку с красными глазами?

— Нет, сударь, я редко выхожу из замка, и лишь для того, чтоб доехать до города или ярмарки. Мне пока не разрешают гулять в лесу.

Маг ещё какое-то время расспрашивал мальчика и тот отвечал ему со всей искренностью, однако, Марк не заметил в его ответах ничего, что позволяло бы подтвердить ужасные слухи