"Фантастика 2026-186". Компиляция. Книги 1-25 - Айлин Лин

недели. Совсем скоро с земли окончательно сойдет снег, и на деревьях набухнут почки, распустится первая молоденькая листва, в саду зазвенит привычно ручей, и зацветет сакура. И по воздуху будет плыть ее сладкий, дурманящий голову аромат, и будет светить яркое солнце…

И закончится война, и Такеши вернется домой.

В те секунды Наоми испытывала полное и безграничной счастье. На пару мгновений она даже забыла о Акико-сан, о смерти Фухито-сана, забыла обо всем! Ей так хотелось бесконечно долго любоваться раскинувшимся над землей небом — безграничным и ярко-голубым.

Акико-сан встречала их на крыльце, держа на руках дочь Наоми. Вторая малышка стояла подле нее, смешно покачиваясь на ножках и ладошками цепляясь за подол кимоно своей тети. Каким безмятежным было озаренное улыбкой лицо Акико-сан!..

«Нарамаро-сан мог бы приехать и рассказать невесте все сам», — неожиданно подумалось Наоми, и она прикусила губу. Но тотчас расцвела яркой улыбкой, потому что Акико-сан спускалась к ней вместе с дочерью.

Наоми взяла на руки малышку, и у нее защемило сердце. Она провела у Асакура почти месяц, но как же сильно изменилась ее дочь за столь недолгое время! Она будто бы повзрослела, и взгляд стал совсем осмысленным. И вот сейчас малышка настороженно рассматривала незнакомую женщину, которая точно также рассматривала ее саму.

— Я твоя мама, малютка, — прошептала Наоми, с удивлением обнаружив, что пушок на голове ее дочери потемнел.

— Она очень подросла, — сказала Наоми, посмотрев на Акико-сан.

— Правда? — откликнулась та. — А я совсем ничего не заметила.

Минамото кивнула. Ей больше не хотелось поскорее передать девочку прочь из своих рук, не хотелось от нее отстраняться. Малышка смешно хлопала глазенками, и ее длинные, пушистые ресницы доставали почти до мягких щечек.

Наоми затопила волна доселе неведанной нежности, и она прикоснулась губами к темечку дочери, крепко зажмурившись. Как же она была виновата… как же она могла быть столь холодной с ней в прошлом? Наоми хотелось прижать малышку к себе и никогда не отпускать, хотелось крепко-крепко ее стиснуть, нашептывать на ушко признания в бесконечной любви. Как, оказывается, она скучала по своему ребенку.

Через силу Наоми все же взяла себя в руки и оторвалась от разглядывания дочери. Она поудобнее подхватила ее и поднялась по ступенькам внутрь главного дома поместья. Ей все еще предстоял очень непростой разговор.

— Я так рада тебя видеть, — сказала Акико-сан, взяв на руки племянницу. — Так рада.

— И я, — отозвалась Наоми, и это было правдой лишь наполовину.

— Я получила от Нарамаро-сана письмо, — Фудзивара едва ли не щебетала от счастья. — Он обещает скоро приехать.

— Правда?.. — задумчиво протянула Наоми.

Ее сердце сперва испуганно ухнуло вниз, но потом она почувствовала неимоверное облегчение. Кажется, Нарамаро-сан не стал сообщать невесте плохие новости в письме. Что ж. Он сможет рассказать ей все лично, когда доберется до поместья. А она, Наоми, пока помолчит.

Ведь письмо от Такеши могло и задержаться в дороге, и принесший его солдат мог сбиться с пути, и дурные вести могли дойти до нее с опозданием.

Наоми прикусила губу. Конечно, недолжно было ей так поступать. Но нежелание становиться горевестником было куда сильнее чувства стыда.

— Я приказала наполнить тебе с дороги купель, — Акико коснулась ее плеча. — А я пока приготовлю для нас чай.

— Спасибо.

— Госпожа! — в коридор выскочила запыхавшаяся Мисаки. — Я услышала, что вы вернулись!

Глаза девочки сияли подобно солнцу. Казалось, она была вот-вот готова сорваться с места и броситься Наоми на шею и с трудом себя сдерживала.

— Мисаки, — Наоми по-матерински ей улыбнулась. Она и впрямь чувствовала, что вернулась домой. — Ты уже видела Яшамару-сана?

Девочка кивнула, и они вместе вошли в спальню.

— Такеши хвалил твоего брата, — сказала Наоми, баюкая на руках дочь.

Конечно, она слегка приукрасила слова мужа. В письме он отозвался о Мамору как о «сносном» мальчишке.

— Такеши-сама скоро вернется?

— Я надеюсь. Но сперва он должен выследить Нобу Тайра…

Не договорив, Наоми замолчала, потому что малышка, до той секунды забавно перебиравшая ручками в воздухе, вдруг положила крошечную ладонь ей на подбородок. Внутри нее все перевернулась уже в который раз, и она подумала, что однажды просто задохнется от нахлынувшей вдруг любви.

— Ты поняла, что я говорю о твоем отце? — нежно прошептала Наоми, смотря в широко распахнутые глазки дочери. — Он вернется совсем скоро, вот увидишь.

— Акико-сан нашла для вашей дочери кормилицу. Она хорошая женщина, — Мисаки смотрела на нее, старательно пряча удивление. Она еще помнила, как ее госпожа отворачивалась от дочери и не желала брать на руки лишний раз.

— Спасибо, — несколько рассеянно отозвалась Наоми, баюкая на руках малышку.

«Я должна была смотреть на тебя каждую минуту с момента твоего рождения. Я должна была не отводить взгляда, — тоскливо думала она. — Я должна была кормить тебя сама и никогда не отпускать».

Нехотя она передала дочь Мисаки, чтобы раздеться. Ее раны почти затянулись и уже не болели — только ныли ночами, и на память от визита к Асакура у нее остались две новых отметины на теле.

— Наоми-сан?! Что это?.. — Мисаки в ужасе смотрела на нее.

— Последствия заключения брака с Такеши Минамото, — она хмыкнула и махнула рукой.

На самом же деле ей не было ни смешно, ни спокойно. Ее уже пытались отравить и похитить, и только чудо помешало тогда. Теперь же она оказалась на пути стрелы, нацеленной в ее мужа. Она убила своего отца, потому что он пошел против Минамото, а ее маленькая дочь должна будет выйти за наследника клана, который не был им дружественен.

Своего мужа за все прошедшее время она видела от силы два месяца и была вынуждена одна справляться с последствиями развязанной им войны: голодом среди крестьян, скудными запасами, осадным положением поместья, нуждами самураев и солдат. И сколько так еще будет продолжаться, она не знала. Лишь подозревала, что до конца ее жизни.

Выкупавшись, Наоми с помощью Мисаки надела кимоно и завязала волосы в высокий узел на затылке. Настало время возвращаться к обязанностям хозяйки поместья Минамото.

*****

Он намеренно не стал посылать вестей о скором возвращении. Не потому, что хотел кого-то удивить, появившись в один день на землях клана. И не потому, что хотел оставить в тайне ото всех свой путь. Но потому, что хотел застать обыденную жизнь поместья. Он не желал ни торжественной встречи, ни связанной с ней суеты. Такеши намеревался застать всех посреди их повседневных забот и дел, словно он не возвращался после долгого, слишком долгого отсутствия, а уезжал лишь на пару дней.

Он и его