Рассвет проклятой Королевы - Эмбер Николь

Он лежал, напоминая огромную кучу, и стонал от боли. Я спрыгнула вслед за ним и проверила, нет ли кого позади меня. Выпустив когти, я пронзила плечо Таотля и утащила его в темные недра тюрьмы. Он размахивал руками и отчаянно царапал пол ногтями в поисках спасения, но было слишком поздно.

Я снова поднялась наверх, став куда выше, чем обычно. Поправив шелковый плащ, я спокойно наблюдала за хаосом – битва все еще продолжалась. Самкиэль помог одному заключенному подняться с пола – глаза мужчины опухли и даже не открывались. Выудив его из кучи дерущихся людей, Самкиэль остановился и сосредоточился на мне, как будто заранее почувствовал мое присутствие. Я кивнула, и он ответил мне тем же, прежде чем повести человека, которого он придерживал за плечи, к выходу. Я принялась пробираться сквозь толпу, отталкивая заключенных и направляясь к лестнице.

За моей спиной раздался крик – мне потребовалось мгновение, чтобы вспомнить, чей облик я приняла.

– Таотль, – позвал чей-то голос. – Нам нужно подкрепление. Они все будто с ума сошли..

– Я приведу охрану, – ответила я.

Сегодня утром я видела, как Таотль махнул рукой, чтобы отпереть дверь. Я подняла рукав и попыталась сделать вид, что знаю, что делаю, прижав запястье к металлу. Дверь со скрипом открылась, и я облегченно выдохнула. Шаг внутрь, и дверь закрылась у меня за спиной. Я сделала глубокий вдох – здешний воздух был намного более свежим, и сам этаж выглядел менее гнетущим и мрачным. Когда я подняла глаза, то поняла почему. Круглая решетка на потолке пропускала яркое утреннее солнце и свежий ветерок.

Я поднялась по лестнице и повернула налево. Пару раз оглянувшись, я с удивлением отметила, что не вижу здесь ни комнат, ни других камер, а единственный звук – стук моих собственных копыт. Добравшись до комнаты, я услышала внутри биение сердца. Одного сердца. Успокоив дыхание, я приготовилась сыграть свою роль и открыла дверь.

Я замерла, и время остановилось.

– Я облажалась, – сказала я.

С замиранием сердца я приняла свой естественный облик.

Самкиэль потянул меня в камеру, и Орим закрыл двери. Вернувшись в облике Таотля, я восстановила порядок, и все бои прекратились. Стражники собрали раненых, и я приказала им разойтись по комнатам, дав понять, что никому не разрешается выходить до самого утра.

– Дианна, успокойся, – сказал Самкиэль, схватив меня за руки. – Поговори со мной. Что случилось? Что ты видела? Ты нашла оружие?

Я кивнула.

– Да, но я не знаю, как тебе это сказать. Я съела Таотля, но еще со времен Раширима я не вижу кровных снов. Они так и не вернулись. Я ничего не знала, Самкиэль.

– Что? Просто скажи мне, Дианна.

– Оружие… – Я сглотнула. – Это не вещь. Это человек. Это Логан.

36

Логан

Часом ранее

Двери распахнулись. Мое тело не двигалось – запертый в тюрьме собственного разума, я мог лишь поднять глаза. Я бы предпочел мучительную тьму кровопролитию, которое мне навязали, но больше не мог терпеть скуку и пустое ожидание. Этот проклятый командир вернулся, и я ожидал, что он снова разразится тирадой, но он просто застыл напротив меня. Он не направился к своему столу и не подошел ко мне. Он просто стоял и смотрел.

Я не мог понять выражения его лица и понятия не имел, что происходит. Возможно, я ему больше не нужен. Возможно, теперь они увезут меня еще дальше от Неверры.

Это был Яссулин, и я по-настоящему страдал.

Таотль сделал один неуверенный шаг вперед, затем другой – как будто он забыл, как дышать. Когда он приблизился, знакомые клубы темного тумана поглотили его фигуру, и у меня перехватило дух. Ее красные глаза смотрели так пронзительно, словно она могла насквозь видеть мою душу.

Дианна.

Я знаю это имя! Я знаю ее! Мой друг. Наш друг. Наша королева.

– Ты тут, приятель?

Ее слова заполнили темное, пустое пространство моего разума, эхом отдаваясь в моих воспоминаниях.

– Да! – закричал я.

Я кричал. Я отчаянно боролся, но мой рот не двигался.

Мои ноги, руки и тело оставались мертвыми и неподвижными.

– Логан, если ты меня слышишь, знай, что Самкиэль жив. Мы не перестанем сражаться за тебя и остальную часть нашей семьи. Мы вернем тебя домой, хорошо?

Мое сердце колотилось. Я почувствовал это, пусть даже на мгновение. Я хотел уцепиться за это ощущение, хотел заставить свое тело двигаться.

Ее глаза изучали мое лицо – я так хотел крикнуть, что я здесь, но ничего не вышло.

Дианна вздохнула и положила руку мне на плечо. Я ни черта не чувствовал. Снова погрузившись в черный туман, она приняла облик уродливого командира. Бросив на меня последний взгляд, она исчезла.

Свернувшись калачиком, я лег на холодный пустой пол моей проклятой тюрьмы – моего собственного разума. Дианна сказала, что Самкиэль жив, и это давало надежду, особенно если она была с ним. Я цеплялся за эту мысль, потому что видел, на что они вместе способны. Крепко закрыв глаза, я попытался подумать о чем-то другом – о чем угодно, кроме пустоты, в которой существовал.

Толпа Небожителей заполнила зал, звон раздавался громко и отчетливо. Я знал, чем большинство из них занимаются после работы, желая произвести впечатление на других богов и богинь. Но мои глаза искали только одну.

Группа хихикающих Небожительниц выбежала из здания. Они сжимали в руках свои книги, их длинные струящиеся платья танцевали вокруг их ног. Остановившись, они уставились на меня, их глаза расширились от удивления. Мне следовало снять доспехи, прежде чем идти к ней, но я знал, что она убежит в первую же секунду.

– Ты поэтому от нас улизнул?

Теперь стало понятно, почему девушки остановились и смотрели в нашу сторону. Самкиэль положил руку мне на плечо, но я отмахнулся. Он сделал шаг вперед – его проклятые серебряные доспехи были настоящим маяком и привлекали внимание всех в радиусе мили.

– Ты следил за мной? – Я сердито посмотрел на него.

Он пожал плечами.

– Мне было любопытно, почему ты так рано ушел с инструктажа, а теперь я вижу, что ты просто хотел поглазеть на молодых Небожительниц. Или на кого-то конкретного?

У меня не было возможности ответить, потому что девушка, которую я искал, наконец вышла из большого учебного кабинета. Ее длинные