Разрушение - Ксения Вокс

– Я бы тоже послала! – фыркнула уже я. – Макс, мы не в Эмбервуде, где ты мог любую затащить в постель. Фу! У меня сейчас стошнит, как представлю! – Макс заржал и обнял меня.

– Меня тоже, например, бесит, как на тебя смотрит Шепард, но я же молчу.

– Чего? – пробурчала я.

– Того. Кажется, он хочет тебя сожрать. Бесит.

– Да иди ты! – я выбралась из объятий брата, а тот усмехнулся. – Не ржи! Тебя прибить мало.

– Всё, молчу.

– Но всё же с Мариссой поговорю!

– Ты лучшая сестрёнка в мире! – он бросился меня тискать, пока я хохотала и пищала, чтобы он отпустил меня.

– Иди уже!

Я, смеясь, отошла от него и развернулась к кабинету, откуда вышли Лиам и Джексон, а его хозяин ждал меня за своим столом. Я вздохнула и вошла, тихо закрыв за собой дверь.

Глава 25

Наступил тот день, когда мы должны были отправиться на задание за пределы стены. Ранний подъём, и быстро собранные вещи уже ждали меня около выхода из моей новой комнаты. Я даже не знаю, как описать свои ощущения, находясь в одном помещении с Коулом Шепардом. Не сказать, что мы вчера поговорили – он просто проводил меня в апартаменты и показал, где я теперь буду жить. Касс и его брат притащили все мои вещи уже поздно вечером, никак не отреагировав на новости о моём сожителе. От них же я узнала, что Мариссу отправили в другую комнату, где помимо неё жило ещё несколько девушек.

Так вот, квартира Шепарда была… неожиданно уютной. Когда я вошла, меня встретила холодная, безмятежная тишина. Простор квартиры был почти пуст, но именно это и бросилось в глаза. Свет лился через стеклянный потолок, который плавно переходил в панорамные окна, соединяя комнату с небом и делая пространство огромным. Всё казалось настолько открытым, что у меня возникло странное чувство, будто я стою под открытым небом, а не в чьей-то квартире. Я даже открыла рот, чтобы убедиться в том, что действительно это вижу, пока Шепард пересекал гостиную.

Гостиная выглядела так, словно в ней никогда не жили. Минималистичный старенький диван, низкий стол – всё в приглушённых серых тонах, с намёком на современность, как в журналах, которые я когда-то смотрела вместе с братом, но без лишнего уюта. Кухня, которая примыкала к гостиной, была простой: гладкие поверхности, никаких следов использования, только строгая функциональность.

Попытавшись захлопнуть рот и не пялиться на всё как дикарь, я прошла к винтовой лестнице, которая вела наверх. Узкая, металлическая, она выглядела почти как препятствие. Каждый шаг отдавался лёгким скрипом, и я почувствовала, как моё дыхание стало тише. Ступая на пол второго этажа, я обратила внимание, что стеклянный потолок заканчивался именно тут, а уже потемневшее небо, казалось, стало ещё ближе. Но я не стала стоять на месте, а бросилась за Коулом, который пересек небольшой коридор и остановился.

Открыв дверь, я увидела комнату – небольшую, простую, с такой же строгой расстановкой. Кровать стояла напротив панорамного окна, словно специально, чтобы можно было любоваться небом, которое буквально касалось комнаты. Стены были тёмными, без украшений, а из мебели – только кровать, тумбочка с лампой и шкаф. Всё было чисто, почти стерильно, и это наводило на мысль: а жил ли тут вообще Шепард?

Утром меня разбудил какой-то шум, и я, не раздумывая и толком не проснувшись, схватила пистолет, который теперь всегда лежал под подушкой. Мысли лихорадочно забились в голове, когда я поняла, что комната вовсе не моя. Пришлось вскочить на ноги и быстро собраться, так как я помнила о назревающей вылазке за стену. Умылась со скоростью ветра и вышла из комнаты, приблизившись к перилам, откуда был виден первый этаж и гостиная. На улице уже рассвело, снова было пасмурно. Я, не отнимая руки от перил, пошла к лестнице и спустилась вниз.

Летая в своих мыслях, я даже не заметила Шепарда, стоявшего на кухне и наливающего что-то в чашку. Когда увидела, то замерла на последней ступеньке, уставившись на его голую спину и татуировку крыльев. Взгляд неосознанно пробежался по чётким линиям, упираясь в серые домашние штаны. Он обернулся и безразлично посмотрел на меня. Я смутилась от того, что зависла, и спустилась окончательно.

– Доброе утро, Марана. Зачем так рано встала? – спросил он, зацепив пальцами чашку и повернулся… вот блин! Лучше бы этого не делал! Я отвернулась и прошлась до окна, где и осталась.

– Доброе утро! Сегодня с отрядом же выезжаем на задание, – из окна был виден весь Риверфорд, город уже просыпался. На улице были видны люди и проезжающие машины. С моей старой комнаты не было видно эту часть, но, как оказалось, город был ещё больше, чем я себе представляла.

– Держи, помогает проснуться, – Коул оказался за моей спиной и подал мне чашку. Я взяла её, сразу принюхавшись.

– Это кофе? Но откуда? – ошеломлённо посмотрела я на мужчину, и тот немного, совсем чуть-чуть приподнял уголки губ.

– Мы сотрудничаем с Сансайдом, и некоторые продукты того времени до сих пор существуют, – ответил Коул. Я, заметив, что он приблизился и встал рядом, отвернулась.

– Спасибо, – сделала я глоток, и на язык попал такой ароматный вкус кофе, что я с удовольствием прикрыла глаза и обняла пальцами чашку. Подставив нос к пару, я вдыхала аромат, немного улыбаясь. Когда открыла глаза, то заметила, что на меня смотрит Коул. Он прочистил горло и отвернулся, как будто вовсе не смотрел на меня.

Я только ухмыльнулась, мне показалось, что он занервничал от того, что его поймали за разглядыванием другого человека. Серьёзно? А потом я вспомнила кое-что! Но задать интересующий вопрос не успела – Коул поднялся на второй этаж и хлопнул дверью. Я в тишине дошла до дивана, который был повернут к окну, и положила голову на спинку. Надо мной пролетали серые, плотные тучи, которые обещали дождь. Хотя с момента катастрофы это природное явление видели нечасто. Да и погода в целом изменилась, уже не была похожей на ту, о которой рассказывал папа.

Я закусила щёку изнутри и запретила себе думать об отце. Не сейчас. И вместо того, чтобы заплакать, улыбнулась, вспомнив его улыбку и голос. Не знаю, сколько я так сидела, но, когда услышала скрип металлической лестницы, встала на ноги и пошла к кухне. Коул к тому моменту стоял недалеко от дивана, поправляя свою одежду. На