Разрушение - Ксения Вокс

его голос, как всегда, спокойный, глубокий, даже с некой хрипотцой. Он не отпустил меня, всматриваясь в моё лицо. Щёки вспыхнули, я почувствовала жар, который прокатился от живота до щёк и сто процентов окрасил меня в цвет помидора.

– Нормально, – пробормотала я, стараясь держать голос ровным.

Мне почему-то стало интересно изучить его настолько близко, да и этот запах шоколада так и дразнил меня. С такого ракурса его глаза казались янтарными, хотя в них всегда был тёмный оттенок, который трудно разглядеть на расстоянии.

Коул дёрнулся.

Наклонился.

Дышать.

Кажется, я больше не умею дышать!

Я замерла.

Мои губы приоткрылись, когда он опустил взгляд на них и замер. Но его пальцы на моей талии сжались, и, кажется, я умерла. От Коула исходила бешеная энергетика. Внутренности сжались, и меня снова обдало жаром. Я выдохнула достаточно громко, и он прикрыл глаза…

Чеееерт!

Коул медленно… или мне так показалось, потому что в голове шумело от того, как он облизал свои пухлые губы!

Он вообще в курсе, что это запрещённый приём?

Он понимает, что таким образом убивает меня?!

Он понимает, как это сейчас выглядит?

– Моя маленькая и очень некультурная жёнушка, если ты прямо сейчас, в течение нескольких секунд, не наденешь эту чёртову майку, я трахну тебя прямо на этом месте!

Всё!

Умерла!

Страшной

Мать

Его

Смертью!

Я быстро отвела взгляд, делая вид, что это был всего лишь случайный момент. Просто глупая случайность!

Быстро отстранилась и надела майку, вернулась на своё место. Но даже сейчас, сидя на противоположной стороне, я всё ещё чувствовала его тепло на своей коже. Мой пульс бешено стучал, барабаня по ушам с такой силой, что мне казалось, я сейчас упаду в обморок.

Ну или сдохну от внезапного и такого бешеного возбуждения!

Глава 26

Как только машина остановилась, я пулей вылетела из салона, осматриваясь по сторонам, и первое, что бросилось в глаза, – масштаб всей операции. Я прошлась мимо людей, бегающих туда-сюда, и подняла взгляд на старое здание передо мной – когда-то величественное сооружение, теперь разрушенное временем и заброшенное, – оно выглядело зловеще.

Осколки стекла, обрушившиеся стены, ржавчина на каждом видимом металлическом элементе – казалось, что сама история этого места давно забыта, но его новые обитатели наделили его иной, мрачной целью.

Техника, собранная Коулом, заняла почти весь периметр вокруг руин. Бронированные машины стояли рядами, мощные, будто вырванные из прошлого мира, но всё ещё готовые к бою.

Даже дроны с тихим жужжанием парили над нами, собирая информацию и передавая её прямо на планшеты в руках командиров. И то я их не заметила, пока один из стайки не пролетел мимо меня. Я возобновила шаг, наблюдая за обстановкой: абсолютно везде сновали люди. Бойцы в полной экипировке проверяли оружие, передавали друг другу боеприпасы, готовили приборы для координирования действий. Их было не меньше ста пятидесяти, и все они действовали чётко, как единый организм, подчиняясь командам, что были даны ещё в Риверфорде.

Я спряталась в тени здания, поражаясь, как эти люди двигаются с почти машинальной точностью. Каждое их движение, каждая операция – словно заранее отрепетированный танец. Это была не просто группа бойцов – это была сила, сплочённая одной целью, готовая уничтожить всё на своём пути.

Поражённая всем увиденным, я медленно влилась в поток входящих в здание людей, заметив впереди макушку Шепарда. Щёки тут же запылали от смущения и непонятной эмоции, которая сразу же ударила по грудной клетке, распространяясь по животу теплом.

А когда Коул дал команду начать подготовку к ночлегу, помещение словно ожило. Это когда-то мёртвое, заброшенное сооружение наполнилось звуками шагов, приглушёнными голосами и шорохом снаряжения. Бойцы, дисциплинированные и слаженные, начали быстро занимать позиции. Казалось, что каждый из них точно знал, куда направляться и какое место ему будет отведено на ближайшие несколько дней.

Массивные балки и полурассыпавшиеся стены здания теперь служили укрытием для нас. Люди привязывали свои вещи, разбивали временные лагеря прямо под сводами, некоторые натягивали верёвки для защиты или закрепляли полог для уединённого сна. Даже в таких условиях всё происходило с определённым порядком.

Каждый знал своё место.

Я шла между ними и наблюдала, как бойцы закрепляют участки вокруг зданий – они делали это так, как будто уже бывали в таких условиях много раз. Здесь не было места роскоши: каждый уголок использовался с практической целью. Группы распределялись так, чтобы обеспечить безопасность: кто-то разместился на верхних этажах, обеспечивая наблюдение за окрестностями, кто-то занял нижние залы для охраны входов. Коул распределил отряды, приказав каждому взять под контроль определённый сектор.

Оставшиеся свободные комнаты и коридоры быстро заполнились палатками и временными убежищами. Там, где когда-то были пустые помещения, теперь стояли спальные мешки и оружейные стойки. Я видела, как люди проверяют карты, обсуждают план действий на завтра, но в каждом взгляде читалась готовность к тому, что нападение – это лишь вопрос времени.

Меня не покидало чувство, что это место, каким бы разрушенным оно ни было, стало временным домом для всех нас. Жизнь снова проникла в эти руины, но только на время – до тех пор, пока мы не закончим начатое.

Пока я болталась без дела, меня нашёл Кассиан и проводил на место, где остановился сам Коул. Но я несколько раз просила друга, чтобы он не вел меня туда. Я хотела, как все, остаться со своей группой, чтобы больше не ощущать на себе взгляд Шепарда. Я почему-то боялась его! Он не нравился мне, потому что вызывал какие-то странные желания!

Но, конечно же, Касс только посмеялся и впихнул меня в палатку, которая напоминала огромный шатёр. Как оказалось, его люди быстро соорудили для нас спальное место, на которое я смотрела как на врага, думая: если оно сейчас бросится на меня, то я начну защищаться. Хотя раскладная кровать стояла неподвижно, я прошла мимо неё и кинула на пол свой рюкзак. Немного выдохнула, собралась с мыслями и вышла из шатра, осмотрелась и нашла взглядом Мариссу. Она с недовольным лицом прошла мимо людей, а за ней шёл Макс. Мой брат что-то ей сказал, а подруга закатила глаза, остановилась и ответила, при этом махая руками. Затем шагнула к нему и пригрозила пальцем. Брат закивал, но через секунду снова расплылся в улыбке, которая просто обязана была сразить её наповал. Он даже дёрнулся вперёд и клацнул зубами около её пальца. Марисса взвизгнула и стукнула его по груди – один, второй, третий, пока Макс хохотал.