Геном хищника 9 - Евгений Александрович Гарцевич

Дальше уже подключилась чуйка. Но как включилась, так и выключилась обратно. Я не настолько хорошо мог чувствовать старые следы ауры, а дождь успешно размыл следы обычные. Зато камни были разбросаны повсюду, и выбрать оптимальный путь через них было довольно легко. Потом появился и след — оброненная кепка, кусочек рукава от рубашки Клары, прилипший к камню возле острого края.

Потом пошёл открытый участок, как некий переход от одной скалы к другой. И след здесь не терялся, потому что впереди был только один потенциальный проход, куда можно было закачать на скорости, стараясь оторваться от погони. Каменная арка, которую даже, возможно, прорубили ультимы, привела меня на небольшую полянку, заваленую глыбами, часть из которых явно здесь лежала сотни лет, но часть прикатилась с ночным обвалом.

И здесь я уже начал искать внимательней. Заглядывал в каждую щель, что-то ворочал и откидывал, пытаясь найти что-то похожее на люк, куда, по словам Клары, она скинула свою сумку.

Нашёл примерно через час осторожного блуждания по неровной поверхности, причём больше опасался поскользнуться и в лучшем случае шмякнуться в лужу, а в худшем — переломать себе ноги.

На полноценный люк это похоже не было. Прямоугольная трещина где-то полметра на метр, куда в теории я мог пролезть. А вот Пепел уже бы никак. Я заглянул вниз, посветил фонариком и где-то довольно далеко разглядел воду и плавающее в нём тело. Вроде бы «собиратель». Сканером он уже не отображался, выглядел раздутым и набухшим, но, судя по всему, довольно свежим.

Ещё минут пятнадцать у меня ушло на то, чтобы закрепить верёвку, проверить её и убедить шакраса потерпеть и дождаться моего возвращения. Я оставил рюкзак, перераспределил разгрузку, так чтобы спокойно протиснуться в узкую щель, и начал спуск.

— Спустился, забрал, поднялся, — пробурчал я, протискиваясь в каменную кишку, — делов-то…

В расщелину я пробрался довольно легко. Один раз только чуть не застрял, пришлось повертеться, обходя гладкий, продолговатый выступ. А дальше шло расширение, и у самого дна проглядывался уже почти двухметровый пятачок. Я спрыгнул в воду, оказавшись в ней щиколотку. Хотя учитывая, как лило ночью, можно было ожидать, что здесь будет по пояс, а то по грудь.

Оказалось, что в воде было куда уходить. Под прямым углом, куда-то вглубь скалы, уходил ещё один небольшой лаз. Вот в этот бы уже шакрасу пришлось бы протискиваться, а мне пробираться только ползком.

Я замер на несколько минут, прислушиваясь, всматриваясь в темноту лаза и изучая показания сканера. Данные были какие-то странные, я бы даже сказал противоречивые, словно ночной ливень и утренняя буря как-то влияли на показатели.

Я чувствовал, что впереди кто-то есть. Видел маркер на расстоянии, куда не добивал свет фонаря, но странность была в его размере. Он постоянно менялся, будто неизвестная сила то увеличивается до размеров приличного телёнка, то скукоживается в обычного древолаза. Когда я появился на дне расщелины, существо напряглось, но никаких активных действий пока не предпринимало.

— Глядишь, и не встретимся, — прошептал я, наклоняясь к телу «Волка» в поисках декодера.

Спина выглядела целой, по крайней мере куртку никто не прогрыз и не прорвал. Но стоило перевернуть отяжелевшее от воды тело, стало понятно, что легко я декодер не найду.

Лицо, грудь и живот, предположительно мужчины, выглядели так будто с них содрали кожу, изрезали или искусали то, что было под ней, потом залепили какой-то белой мутью, похожий на куски паутины, и после этого искусали ещё раз. При этом ни оружия, ни вещей при «Волке» не было. Как и не было сумки Хоббс. Возможно, под телом плавал кусочек ремня, ну он был каким-то подозрительно слишком светлым, поэтому была версия, что эта кожа не от сумки.

Я оттолкнул тело подальше и по новой заглянул в низкий лаз. Очень не хотелось барахтаться в дождевой воде, которая почему-то уже стухла и пахла перегнившей тиной, и ползти вглубь. Но декодер мне хотелось больше.

Глава 30

Я повертел в руках «чезет», а потом посмотрел на узкие, глухие стены. Как-то будет шумновато и с возможными рикошетами, поэтому огнестрел пока отложим, и в руках у меня появилась новенькое сгенерированное «Перо». При этом я поближе переложил телескопическую дубинку, просто на тот случай, если проход расширится достаточно для удобных замахов.

Отправил Пеплу внушение, что со мной всё в порядке, и что надо просто дальше ждать меня и охранять оставленный наверху рюкзак, и присев на корточки, всмотрелся в глубину лаза.

Было бы слишком очевидно говорить, что он мне не нравился. Стены лаза были, на удивление, гладкими, в какой-то момент даже появилась идея, что он может быть не естественного происхождения, а создан «Древними». То есть ультиморфисы, которые, возможно, сделали что-то типа канализации или вентиляции.

Лучше, конечно, вентиляции, потому что лезть в канализацию не хотелось совсем. Воды было немного, но она блестела какими-то масляными пятнами на протяжении всего луча фонарика. Запах больше соответствовал канализации, и, к уже пропитавшему меня запаху тины, добавился запах никогда не мытых тел, причём не человеческий, а каких-то сушёных рыб. Тишина абсолютная. Хотя нет, показалось, что вдалеке кто-то тихонько поскрёб когтем по камню. Ну, может, и правда показалось, может, это я краем шлема потолок задел, когда сунулся вперёд.

Опустившись на четвереньки и держа перед собой фонарь, я полез вперёд. Через два метра такого пешего, сгорбленного прохождения воды стало меньше, но зато дно превратилось в скользкий каток. Я постоянно цеплял какую-то бело-серую массу, похоже на ту же паутину, что была на трупе. Она хлопьями поднималась со дна, кружила вокруг меня и прилипала к коленям. Ну вроде пока не кусалась и не определялась сканером.

Ещё метров через тридцать туннель начал расширяться, он всё ещё был прямой как стрела, но при этом как-то равномерно раздавался в стороны и увеличивал расстояние до потолка. Воды практически уже не осталось, только тёмный, влажный налёт вперемежку с хлопьями монстрячей паутины. И несколько полос, будто волокли что-то небольшое. Похоже, где-то в глубине завелась сорока, которая стиснула и сумку Хоббс и снарягу «Волка».

Что-то холодное капнуло с потолка мне за шиворот, вернув меня в реальность. Я поймал себя на мысли, что подобное брожение в подобных местах становится для меня уже нормой. Входит в привычку, так сказать. Если раньше я бы пробирался сантиметр за сантиметром, вздрагивая от каждого шороха, останавливаясь и долго выжидая при каждом импульсе