Его Дубейшество - Сергей Витальевич Карелин

Заглотив очередную вкусную ягоду, которую положила мне в рот Лиза, я попробовал разделить потоки энергии. Получилось не сразу. Но я напрягся, представил, что у меня с неизвестным вором тоже духовная связь, и смог отделить потоки. Я не видел глазами, но ощущал этот поток. Он был красного цвета. Думаю, красного. Потому что мой мозг уловил ассоциацию с кровью. Или чем-то другим, но кровавым.

Жаждой крови? Не, жесть какая-то.

Как только потоки были отделены, я отправил вору вместо энергии несколько сфер. Сделал их наподобие игл боли, но отправил не вовне, а в канал. И реакция не заставила себя ждать. Обратно пришла концентрированная ненависть — настолько мощная, что я услышал, как скрежещут мои зубы и хрустят кости от напряжения мышц. И это происходило в реальном мире.

— Фух! — выдохнул я, когда канал был разорван. — Что это за хрень была…

Но никто ничего не ощутил, кроме меня. Может, Маша, но она снаружи. Поэтому продолжил передавать энергию лесу. Он тем временем пробился множеством корней к грунтовым водам и потянул её наверх, поливая самого себя влагой, чтобы не сгореть. А часть энергии пошла на мутацию листьев и деревьев. Это уже мой Инсект проявил себя и каким-то образом научил лес, как стать морёным. Не знаю, это уже была его инициатива.

Не знаю, сколько времени я так провёл. В итоге всё кончилось. Лес поблагодарил меня потоком счастья и радости. Только тогда я с облегчением выдохнул и «очнулся». В смысле, начал видеть мир вокруг.

А там уставшие девушки — полусонные, грязные и голые, — пытались запихать мне в рот ягоды, корешки, куски монстров и чёрт его знает что ещё.

— Ы-ы-ыа-а-а… — стонали они. Прямо зомби наоборот какие-то.

— Всё-всё… Вы молодцы. Мы сделали это. Спасли лес и всех остальных. — Я попытался их обнять, а они попадали на меня от усталости и завалили на землю.

Немного отдохнув, вернулись в реальный мир. И чуть не померли от холода!

— М-м-можно об-б-богреватель в-в-включить? — взмолилась, стуча зубами Мита.

Она медитировать не умеет, поэтому тут оставалась.

Девушка прижалась к брюху Альфачика, пытаясь закутаться в его шерсть. Гоша сплёл себе подобие шубы, остальным тоже попытался помочь. Поручик также обратился в пушистого Волкодава и грел людей своим телом, лёжа на земле. А всё потому, что Паша лежал без сознания на коленях Айлин, а от княжны всё это время шёл холод. Короче, в древесном куполе царил настоящий дубак.

По ощущениям, снаружи тихо. Поэтому я оторвал себя от корней, и вскоре они осыпались. И… ярко засияло солнце! Над головой высились кроны деревьев, а сквозь листья пробивались косые и тёплые лучи. Мы вообще где?

Но, оглядевшись, я понял, что мы там же. Просто лес разросся и защитил нас, как мы его. Корни опутали руины и остовы сожжённой техники. Лес оказался не слишком плотным, поэтому было видно несколько упавших дирижаблей, опутанных стеблями плюща и проржавевших.

И выжили не только мы, но и некоторое количество османов. В том числе Хасан. Видимо, перед лицом смерти лес перестал делить людей на своих и чужих и спас не только нас. Что ж, благородно с его стороны. Лишь бы и османы ответили тем же.

Хасан стоял на одном колене, опираясь рукой на ятаган, воткнутый в землю. В разорванной одежде и с испачканным лицом. Айлин бережно передала нашему целителю Пашу и бросилась к своему брату.

(осм.) — Примите наше поражение… — шептал Хасан.

(осм.) — Они примут, обязательно примут! — заверяла его Айлин.

К этим двоим постепенно стекались выжившие солдаты. Раненые, тащившие покорёженное оружие за собой скорее по инерции, чем с целью дальше воевать.

— Коля… У нас проблема, — подошла ко мне дриада. И она была действительно чем-то встревожена. — Взгляни в ту сторону.

Она показала на юго-восток, мне за спину. Я обернулся и увидел там тот же лес, только… это был мёртвый лес. Как кусочек кладбища посреди зелёного рая в сотне метров от нас. Серая земля, покрытая пеплом, покорёженные и безжизненные стволы деревьев, и воздух… будто с привкусом тлена.

— Не знаю, ощутил ли ты что-нибудь, но это… — говорила дриада, — будто высасывает саму жизнь. Я пыталась отгородиться, но оно продолжает высасывать жизнь из всего живого.

— Так вот куда уходила энергия… — прошептал я и в ярости сжал кулак.

Я ещё и вырастил эту штуку!

— Помнишь, я спрашивала про тело духовного практика? Если его не сожгли, а закопали…

— Закопали, сударыня, — услышал нас поручик Маститов. — В той стороне и закопали.

Твою мать. Я оглядел людей вокруг. Почти все смотрели на меня. У многих смятение на лицах, но при этом и готовность сражаться дальше, если понадобится. Хасан тоже молча взглянул на меня, а затем увидел кусок мёртвой земли и нахмурился. Никто не знал, что делать дальше.

Кроме меня.

Если эта тварь сосёт саму жизнь, то пусть попробует отсосать у меня. Жизнь, в смысле.

Не понравились мои сферы боли? А как насчёт серпа боли?

Я закрыл глаза и начал концентрировать духовную энергию, как будто делаю иглу, но тут же рассеивая её перед собой. Получилась коса боли. Или реально серп. И он улетел в сторону мёртвого леса. Потом отправил ещё несколько серпов, а следом и Маша с Катей повторили мои атаки.

И на шестом или седьмом серпе, сгинувшем под землёй, эта самая земля вдруг задрожала. Затем пошла трещинами и резко вспучилась, словно под ней образовался огромный нарыв в десяток метров диаметров. Нарыв продолжил расти, поднимаясь.

— О, Аллах… — выдохнул Хасан.

— Ё……ю, — грязно выругался Никон, захлопывая забрало шлема.

А тем временем из тучи пыли вырвалась огромная лапа, напоминавшая паучью, с длинным когтем на конце. Коготь блеснул металлом. Затем появилась ещё одна лапа, также вспоровшая землю перед собой. И следующая…

Из тучи пыли показалась огромная тварь, которую никто и никогда до этого не видел. Через миг она взревела и ответила на наши атаки, послав перед собой волну, что поглощала сам свет.

Барон Дубов 12

После победы над османами полагается поспать... Но отосплюсь я, похоже, только в гробу! А чтобы там не оказаться, я должен помешать Саранче заполучить одну из моих подруг. Ту самую, в которой