Фантастика 2026-54 - Рейн Карвик

Мне хотелось, чтобы Дмитрий сам методом проб и ошибок нашёл нужный вариант. Однако старший брат решил пойти другим путём.

Я мальчишкам показала собственные способы решения задач и примеров. Они оказались гораздо проще, поэтому доставляли удовольствие в процессе вычисления ответов. Одно и то же задание можно было выполнить разными вариантами, поэтому мы устраивали настоящие математические соревнования.

Сама по себе математика развивает логическое, аналитическое и абстрактное мышление. Она является универсальным языком, который помогает описать законы природы и смоделировать различные процессы. Исподволь мне удалось показать это мальчишкам.

«Кто бы мог подумать, что математика нас настолько сблизит, — удивлялась сама себе. - Поистине математика — гимнастика ума».

Во время занятий стал очевиден интерес Виниамина Павловича к моим методам вычисления многозначных чисел. В настоящее время бо́льшая часть решения задач производилась путём составления сложных пропорций, а я выполняла это гораздо проще — «столбиком». Однако пришлось объяснить свои действия воспроизведением этих самых пропорций в уме и дальнейшей записью на листочке промежуточных результатов. Только по выражению лица Чумакова было понятно, что меня причислили к недалёким или чудаковатым девицам.

Благо я была не одна такая в школе...

«В городские сумасшедшие не записал — вот и ладно. Молоденький умок, что весенний холодок, — промелькнула мысль. - Только молодой разум несёт в общество свежие идеи и новшества. Совсем скоро и до учителей эта догма дойдёт».

Математикой, на самом деле, высокородные дамы практически не увлекались, другое дело — поэзия, рукоделие, танцы или музицирование. Остальные грамотные женщины для расчёта круп на каши, ткани на рубахи и количества припасов на зиму, подсчётом петель при вязании или остатков шерсти — сложными вычислениями не пользовались. Было достаточно знаний начальной школы.

Изучение математики было необходимо для строительства кораблей, навигации, для создания оружия и вычисления траектории полёта снарядов, для точного расчёта и ведения боевых действий. Поэтому моя информированность и понимание процессов математического вычисления выбивала учителя из привычной колеи.

Пусть я пользовалась знаниями и навыками своей прошлой жизни, но в данный момент не боялась принести их в эту реальность. Внутреннее чутьё мне словно подсказывало, что мои действия не навредят. Возможно, они лишь слегка подтолкнут развитие, так как многие новшества оказываются на деле открытиями, которые уже когда-то были сделаны и позабыты по каким-то причинам.

Когда-то в экспедициях археологи рассказывали нам с детьми о находках, которые не могли объяснить. Такие истории всегда захватывали и будоражили умы подростков. Найденные артефакты не вписывались во временно́й период из-за своей сложности или по другим каким-то причинам. Мы тогда с ребятами строили предположения и выдвигали теории такого явления. Чаще всего они сводились к чему-то фантастическому или мистическому. Однако благодаря новому опыту и второму шансу на жизнь я бы на это теперь смотрела совсем по-другому.

- Наша задача состои в том, чтобы зафиксировать находки и с максимальной точностью описать место и каждый слой, - объяснял один из археологов. - Может пройти несколько десятков лет, прежде чем учёные вернутся к ним.

Но такая позиция к работе мне была не понятна...

Как бы мне ни нравилось учиться в школе и общаться с подругой, но не было всё так гладко и просто. Учитель по естествознанию слишком часто придирался ко мне, как-то с первого урока у нас не заладилось взаимодействие.

- Мария Камышина, почему вы сидите и пялитесь в окно? Задание было выдано, так что извольте выполнить, — бросал в мою сторону гневные взгляды.

- Иван Никанорович, я уже всё выполнила.

- Несите сюда свою работу, — не смог скрыть недовольства.

Я уже давно привыкла в работе использовать рисунки, таблицы и схемы. Это позволяло упорядочить и структурировать большой объём информации. Тем более «Система природы» Карла Линнея и «Всеобщая естественная история» Жоржа Бюффона были уже известны в научных кругах и использовали тот же самый принцип. Они были уже переведены на русский язык. В библиотеке Горелкина Ивана Никаноровича имелось несколько ценных экземпляров, и нам дозволялось их использовать при выполнении заданий.

«Только со временем начинаешь ценить то, что получил в школьные и институтские годы. Главный навык — находить очень быстро нужную информацию. Это тебе не интернет, когда забил в поисковую строку запрос — получил ответ» , — крутилось в голове.

Вот и сейчас я пользовалась своими умениями и достаточно быстро справлялась с заданиями. Тем более нам разрешалось пользоваться дополнительной информацией, а книги и альбомы по естествознанию у нашего учителя были шикарными. Таких не найдёшь в книжной лавке. Если бы не видела, то не поверила в их наличие. Пусть рисунки выполнены чёрно-белыми и порой имели неточности, но они значительно расширяют возможности в получении знаний по предмету.

Только почему сейчас учителя нас не учат в женской школе работать со всем этим богатством? Некоторые занятия проходят лишь формально. Разве не нужно помощнику лекаря владеть этими знаниями? Или в дальнейшем после выбора специальности, обучение идёт по более углублённой программе?

Вот и угораздило меня подойти к учителю с этими вопросами...

- Возвращайтесь на место, Камышина. Я проверю вашу работу, — поджал губы в неудовольствии, когда заметил мои таблицы и рисунки.

Пришлось вернуться и продолжать пялиться на улицу...

Деревья полностью облетели и стояли голыми. Пролетали редкие снежинки. Заморозки теперь были регулярными, а погода стояла пасмурной и промозглой.

- Маш, чего это Иван Никанорович к тебе цепляется? Да и заданий больше остальных даёт, — шёпотом поинтересовалась Анна Горчакова.

- Непонимание между нами вышло, но то я сама сглупила. Потом расскажу, — почти отмахнулась от подруги, решив обдумать своё положение.

У меня появилась идей изготовить несколько муляжей для занятий по биологии. Когда-то такие были у нас в школе, и нам нравилось с ними работать. Решила не выдумывать ничего, а использовать старую модель размещения внутренних органов человека. Работа предстояла очень кропотливая, но интересная. Было несколько вариантов исполнения, но я остановилась на более лёгком — папье-маше.

«Нужно точно перерисовать расположение органов из атласа по анатомии, — вдруг осенило меня. - Горелки ошибки не простит, не то что смилуется».

Уже позднее рассказала всё Анечке, которая изъявила желание присоединиться ко мне. Мы придумали, из чего сделать плотный каркас. Основание планировали обклеить тряпьём в два слоя, чтобы придать рельеф, а затем облепить его пластичной массой.

- Как тебе такое в голову пришло? Я бы до такого не додумалась, правда, девочки могут превратно