Фантастика 2027-127 - Геннадий Борчанинов

* * *

На следующий день я поехал в научный центр на новом багги-трансформаторе. Теперь от въезда в Аномалию до научного центра было всего порядка пятидесяти шагов, настолько мы смогли приблизить границу, а с новым оборудованием сможем продвинуться и дальше, но будем делать это чуть в стороне. Научный центр останется внутри зоны.

Я рассчитывал на бурный, радушный приём, удивлённые лица и аплодисменты. Но на улице перед центром, к сожалению, никого не оказалось. Поэтому я остановил багги прямо напротив входа и вошёл внутрь.

Время нашей утренней пятиминутки ещё не наступило, но Фридрих Стефанович уже сидел в кабинете Герасимова за столом рядом с ним. Они о чём-то неспешно разговаривали, регулярно тыкая пальцами в мониторы и вороша груду бумаг, попутно заполняя журнал.

— Доброе утро, господа, — сказал я, входя в кабинет. — Так печально, что меня никто не встречает.

— А ты чего хотел? — удивился Герасимов, подняв на меня глаза. — Чтобы каждый раз на входе на работу тебя встречал оркестр, цветы и дамы в воздух чепчики бросали?

— Нет, конечно, — усмехнулся я. — Просто сегодня особенный день.

Анатолий Фёдорович, который было снова уставился в монитор, вновь отвлёкся и посмотрел на меня.

— Чем же он такой особенный? — насторожился учёный.

— Если выйдете на улицу, то узнаете, — сказал я, так и не отходя от двери.

— Кажется, я уже догадываюсь, — хитро улыбнулся Лейхтенбургский, который пусть и немного, но был в курсе некоторых вещей. — Идём, Анатолий.

Профессор похлопал приятеля по плечу. Они дружно поднялись со своих мест и направились вслед за мной на выход.

— Батюшки! — воскликнул Анатолий Фёдорович, когда мы вышли на крыльцо научного центра. — Ты что за передвижной гиперболоид привёз?

— А то непонятно, — хмыкнул Фридрих Стефанович. — Посмотри сюда.

Он похлопал по выступающей вперёд детали из сплетённых хитрым образом металлических прутьев.

— Камешки ничего не напоминают?

— Интересно, — сказал Герасимов, подходя ближе. — Похоже на наш жезл, но такое впечатление, что я сейчас разглядываю его через огромную лупу.

— Так он и есть, — сказал я, довольно улыбаясь.

— А это что? — спросил Фридрих Стефанович, переходя к задней части автомобиля, где находился полутораметровый медальон.

— Да такую штуковину даже Красный медведь на шее не утащит или далеко не уйдёт, — сказал Герасимов, переключившись на основную часть артефакта.

— Даже шины пришлось подкачать, — сказал я. — А то сильно просели.

— Наверное, стоит сзади спаренные колёса поставить, — предложил Фридрих Стефанович. — Тогда машинке полегче будет, ну и поустойчивее.

— Или сделать новый багги помощнее, — предложил Анатолий Фёдорович.

— Неправильное у тебя предложение, — махнул рукой профессор. — Пока под это оборудование будут разрабатывать новую машину, сам же будешь изнывать в ожидании. А так у нас уже всё готово. Можно в прямом смысле слова руками пощупать.

— Так, Иван Владимирович, — с деловым видом сказал Герасимов, потирая руки, — значит, на сегодня трансформация монстров отменяется, пусть этим займутся другие, а мы сегодня штурмуем Аномалию. Будем считать, что планёрка уже состоялась.

— Сейчас позову своих, пусть готовят оборудование, — усмехнулся профессор, шустро юркнув в дверь научного центра.

Вот вроде бы оба мужчины в возрасте, а получили в свои руки новую «игрушку» — и всё туда же.

Примерно через четверть часа мы уже выдвинулись на испытания нового массивного агрегата. Герасимов и Лейхтенбургский по пути живописно мечтали о том, как сегодня уменьшают Аномалию чуть ли не вдвое.

Слушая их пламенные речи, я лишь скептически улыбался. Площадь Аномалии составляет несколько сотен квадратных километров, если не тысяч. Даже такой огромный «медальон» с этим не справится.

Начать испытания решили в стороне от научного центра, я должен ехать вдоль границы Аномалии, постепенно уменьшая её площадь, что выглядело вполне разумно.

Остановившись на исходной позиции, я ещё раз обвёл взглядом сложную конструкцию, в которой уже мерцали кристаллы, отвечающие за трансформацию негативной энергии в целительную, процесс шёл сам по себе, без постороннего вмешательства. Резервуар целительской энергии уже начал наполняться, причём довольно интенсивно. Всё-таки неплохо Арсений придумал, именно такая комбинация должна быть наиболее эффективной.

— Ну что, Ваня, зададим жару Аномалии? — спросил Анатолий Фёдорович, подняв вверх правый кулак.

— Зададим, — кивнул я, включая пониженную передачу.

Коснувшись рукой переплетения металлических прутьев, я активировал артефакт. Кристаллы вспыхнули, словно цветные фонари на дискотеке. Я сразу представил, как это будет смотреться ночью, особенно, когда опустится туман. Практически праздничное световое представление.

Центральный кристалл на вершине огромного жезла начал светиться ярче. Поток рассеянной целительной энергии вибрирующим зелёным туманом направился вниз, расползаясь по поверхности и тут же впитываясь в грунт.

Я плавно нажал педаль газа и медленно двинулся вперёд, намного медленнее средней скорости пешехода. Пучки травы, ещё не завядшей, редкие кустарники, менялись прямо на глазах, принимая нормальный вид и цвет. Жаль, что уже облетела листва и не представляется возможным увидеть изменения во всей красе.

Из ближайшего куста вывалился полусонный Туманный ёж, густо облепленный палой листвой на растопыренных иголках. Зверь возмущённо зашипел и тут же начал трансформироваться, поглощая часть зелёного тумана. Багги продвинулось всего на несколько метров, когда ёж стал вполне обычным. Он удивлённо уставился на проезжающий мимо диковинный транспорт, испускающий во все стороны разноцветные пучки света.

— С возвращением, — усмехнулся я, помахав рукой зверьку, который растерянно озирался по сторонам.

Почва, кусты и трава вокруг него теперь стали вполне обычными. И, что главное, так как энергия проходила не через меня, то и привязки зверь никакой не получил.

Трансформация проходила заметно быстрее, чем когда мы шли втроём с медальонами и жезлами. Радиус пятна воздействия достигал примерно пяти-семи метров. Но всё же скорость была недостаточной, чтобы говорить о большом масштабе изменений за единицу времени. Ехать приходилось всё так же медленно, чтобы энергии хватало на полное завершение трансформации.

Вдоль пути моего следования сотрудниками центра было расставлено множество датчиков. Примерно в сотне шагов впереди перед экранами компьютеров застыли Анатолий Фёдорович и Фридрих Стефанович. Оба внимательно смотрели на цифры и диаграммы расширенными глазами.

До них я доехал за несколько минут, хотя изначально рассчитывал гораздо быстрее. Один раз даже попытался увеличить скорость передвижения, но понял, что поторопился, и пришлось немного сдать назад для завершения трансформации земли на краю зоны