Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

затем перевёл взгляд на странную машину, девушка за которой уже успела выскользнуть из мастерской. — Это анжинерный арифмо-глифометр Хёльмгарёрского производства. Настроенный под нашу клановую глифику.

— Анжинерный? — с любопытством переспросил я. — Но мне казалось, что волшебные артефакты практически не сочетаются с кудесничьими. И быстро ломаются поблизости от них?

— Это «волшебные», — важно пояснил мужчина, направившись дальше по коридору. — Но на самом деле, среди золотых анжинерных дел мастеров, исключительно «Волшебными» поделками, занимаются исключительно жадные до быстрой наживы идиши, в то время как для остальных, важной частью их знаний является точная машинерика. Например, вот такой вычислитель, которые золотых дел анженеры делают без применения своих волшебных штучек и исключительно под заказ. Ведь именно они специалисты тонкой анжинерики! Кланы, артели, да даже специальные структуры и наёмничьи ассоциации неизменно обеспечивают им стабильный заработок. Просто… Заниматься машинерией, вовсе не так выгодно, как на полёте фантазии и в приступе творчества клепать наугад некие «волшебные» вещички, чтобы потом по случаю, продать одну из них за баснословные деньки, обеспечив себя на много лет вперёд!

— Понятно, — пожал я плечами.

— Заходи! — пропустил меня в одно из помещений, в котором в центре стояло странного вида устройство.

С одной стороны, это было похоже на просторный рабочий верстак, к которому какой-то чудак, непонятно зачем взял, да и присобачил сверху две похожие на кинокамеры конструкции, направленные объективами на столешницу. Рядом же, за столиком, степенно попивали чай два мужчины в возрасте, обряженные, как и мой сопровождающий в длиннополые белые халаты.

Один из этих практически уже дедков, был зеленоглазым и в его подёрнутой благородной сединой шевелюре, всё ещё сохранялись немногие русые волосы. Другой, абсолютно белый, но с карими глазами, был судя по лицу бывшим Шнуровски и оба, с некоторым интересом и ехидством в глазах сейчас посматривали на меня, вторгшегося зачем-то на их территорию.

— Сигудр Рихтерович, Микола Филиповоч, — с ходу начал начальник кудесников. — Проверьте как пожалуйста для нашего Князя вот этот вот артефак. А то, я с ходу даже определить его принадлежность не могу. А он, вроде бы должен быть нашим, клановым.

— Сделаем, — дружно вставая и надевая перчатки, всё же вежливо кивнув в сою сторону, старики-кудесники подхватили тетрадку и тут же разместили её на столе, направив каждую из камер строго на неё под сорок пять градусов.

Сами же мастера, разошлись на противоположенные концы верстака, где оказывается имелись устройства, напоминающие водную линзу, которую обычно устанавливают перед домашними кинескопами, дабы она работала как увеличительное стекло. Вот только когда камеры вдруг включились, а тетрадь осветили мощные лучи, вырвавшиеся их того, что мне показалось объективами, по линзам перед стариками поплыли какие-то светящиеся символы, словно бы плававшие в глубине её толщи.

— Это глификоскоп, — не дожидаясь моего вопроса пояснил стоявший рядом со мною Тор Васильевич. — Устройство позволяющее вскрыть и спроецировать для оператора спрятанные глифичекие символы. Определить которые обычными методами не получается.

Я кивнул. Вот не сказали бы, я бы даже не поверил, что в этой тетради вообще что либо есть. Она же за исключением признаков старости, выглядела совершенно девственно чистой. А получалось что это не так.

— Ну, что я могу сказать, Княже, Тор Васильевич, — отрываясь наконец от своей линзы произнёс Бажов. — Это действительно, судя по всему, артефакт нашего клана. Относящийся к категории окулярно-криптографических книг. Вот только поверх самой криптографии, он был к тому же дважды запечатан глифическими ключами. И если внутренний ключ, каких любо проблем для нас не представляет, слишком уж он устаревший, то при повторном сокрытии, использовалась какая-то незнакомая мне глифика, с явно выведенным и демонстративно оставленным модулем самоуничтожения. При попытке взлома верхнего ключа естественно…

— Да, насколько я успел ознакомиться с особенностями Бажовской глифики, исходник и нижний ключ действительно относятся к нашему клану, — подтверждающе кивнул бывший Шнуровски. — Вот только как мне показалось, выполнялись они-то ли плохо обученным кудесником, либо наносились в очень большой спешке. А вот верхний ключ…

— Это даже не наш уровень, — тяжело вздохнул зеленоглазый дед. — Такого мастерства я и в жизни то своей раньше не видел.

— На самом деле, что-то знакомое, — задумчиво произнёс наконец его коллега. — Надо пересмотреть глифические каталоги! Я точно видел там что-то похожее. Но в любом сулчае, попытку взлома верхнего ключа я без тщательной подготовки проводить не советую.

— То есть, в этой тетрадке скорее всего содержится какая-то важная информация… — задумчиво произнёс я.

— Настолько важная, что твои родственники не доверились установки клановыми возможностями и перестраховались, — подтвердил Тор Васильевич. — Отвалив похоже намеренные ради установки сторонней и похоже экстраординарной защиты.

— Я даже догадываюсь из-за кого, — задумчиво произнёс я, потирая пальцем подбородок. — Среди предателей клана, имелся один из кудесников. Какое он там имя себе взял, я уже и не вспомню, однако, когда я жил на Дне, именно он якобы проявлял ко мне доброту, подкармливая со стола в своей таверне помоями втридорога. А заодно, постоянно полоскал мозги на тему того, как он видит чародеев и то не плохо было бы самому таким стать…. Ну или как-то так. Собственно его новгородцы, так по ходившим на рынке клановым новоделом, обнаружили и вычислив поймали.

— Надо будет на всякий случай, поднять всё, что мы о нём знаем, — задумчиво произнёс начальник кудесников.

— А что мне с тетрадью то делать? — поинтересовался я, потому как коль там всё так сложно то своими граблями с минимумом знаний лесть в это дело вообще не стоило.

— Так, здесь, в мастерской став, — пожал плечами Тор Васильевич. — У нас она никуда не пропадёт, да и мы её случайно даже не сломаем. Заодно хоть что-нибудь постараемся да узнать. Коль уж твои родственники придавали ей такое большое значение.

— Хорошо, — покладисто кивнул. — Ну, тогда спасибо за консультацию. Я пойду, предупрежу Старейшин о том, что у нас оказывается имеется такая важная вещь времён моего деда.

— Иди, Княже, — вновь вежливо поклонились старики. — Пусть старейшины вопрос сами на контроль возьмут, так куда как легче разобраться будет…

Ну, я и пошёл. Покинув мастерскую, направился прямиком на свой жилой этаж, вознамерившись найти для начала Ольгу Васильевну. Всё же моя приёмная мать ранее пыталась разобраться с этой тетрадкой, а потому вполне вправе была знать хотя бы общие результаты. Потому как скрытая внутренняя информация, для неё уже точно не предназначалась, являясь сугубо клановой. Другое дело, что с незнакомой нашим спецам глификой высокого полёта, она при всей её эрудированности, как раз вполне могла быть знакома.

Всё же пусть она и не специализировалась как кудесница, но коли что-то там уже