Фантастика 2026-99 - Алексей Викторович Широков

и на природе, даже птички круглый год чирикают, но при этом расположенные всё равно в небоскрёбе. А то, уж больно оторванными от реальности чувствовались обычные внутренние тренировочные площади, к чему основная масса Бажовых всё ещё только начала привыкать.

Плевать, что тренироваться, мне сегодня тоже запретили. Поймают, скажу, что посмотреть на бои пришёл! Решил наконец я и направился прямиком к шкафчику, в котором у меня в кабинете хранилась боевая форма, прямо на ходу стягивая с себя рабочий мундир.

— Так… А это что? — нахмурился я, переодевшись и тщательно оправив себя, проводя рукой, почувствовав, что в кармане верхнего бушлата что-то лежит, а затем достал неизвестны предмет. — Так… а про тебя то я как-раз в очередной раз забыл!

Ну да, в моих руках, находился специальный мешочек Мистериона, в котором хранилась загадочная… скорее всё же тетрадь! Так самая, которая досталась мне от полубезумного старика в разрушенной ныне книжной лавке и которую я подобрал с собой, когда бегал в старый домик Ольги Васильевны за хрустальными яблоками.

Я, судя по всему, был тогда именно в этой форме, а под давлением момента, то, что я притащил из похода что-то ещё, просто выветрилось у меня из головы. Вот я и забыл, что положил таинственную книжонку в карман! Ну и кто бы в итоге не чистил, штопал и гладил этот комплект формы, он видимо извлёк её, а затем просто аккуратно вернул на место. Из разряда, если лежит что-то в господском кармане, значит там ему, собственно, и место!

— А пойду ка я, попробую разузнать наконец, что ты такое? — задумчиво произнёс я, перелистывая пустые явно давно уже пожелтевшие листы.

Всё же Мистерион тогда, вообще ничего не понял, а Ольга Васильевна всё же у нас скорее алхимик и исследователь живицы, нежели кудесник. Тем более, что это вроде как вещь Бажовых, а у меня под рукой есть целый десяток разновозрастных зеленоглазых специалистов по данному профилю, которые хотя бы приблизительно могут дать мне более-менее чёткий ответ.

Так что, вместо тренировочных площадок, я направил свои стопы прямиком на шестьдесят пятый этаж. Туда, где под рукою сурового дядьки из бывших новгородцев и его помощницы, вырвиглаз какой рыжей и довольно невысокой женщины из Шнуровски, расположилась наша внутренняя кудесничья артель. Хотя, не конечно из клана её никто никуда не выделял, но из-за большого количества специалистов с оранжевыми шевелюрами, Совет Старейшин решил таким образом обособить этих мастеров от остальной-научно-исследовательской рыжей братии.

Ведь, по сути, их, не обладающих другими выдающимися навыками и знаниями, до этого момента как-то было принято у настоящих старых кудесничьих артелей Москвы, просто безконтрольно тягали туда сюда в помощь по различным проектам. Что не редко оборачивалось сорванными сроками важных для клана работ, да и люди вынужденные отрываться от одного дела и браться за что-либо совершенно противоположенного плана, очень сильно теряли в эффективности.

Сейчас же, разнообразные заказы поступали на один единственный стол, после чего распределялись руководством отдела в соответствии с важностью и приоритетностью заявки. Ну и назначались ответственные лица, а не любой, кого поймали, того в приказном порядке и погнали в свою лабораторию!

Усмехнувшись, я махнул рукой, проходя мимо подобравшейся охраны и почти сразу же, постучался в ближайшую кабинетную дверь. Расположенную сразу за чародейским постом. Зайти сюда, мог в общем-то любой обитатель небоскрёба, но вот если бойцы увидят, что гость направился дальше, то его немедленно остановят. Делать посторонним в мастерской нечего, даже мне, в то время как мастерам-кудесникам нужна для работы тишина и покой.

— Тор Васильевич, — произнёс я, открывая дверь после разрешающего отклика. — А я, собственно, к вам по делу… Не против, если я отниму у вас немного времени?

— Княже? — мужик, оторвавшись от каких-то бумаг, которыми его стол был буквально завален, с удивлением посмотрел на меня и привстал со своего кресла. — Конечно, конечно, проходите! Что мы можем для вас сделать? Понадобился какой-нибудь кудесничий артефакт с особыми заданными свойствами?

— Не совсем, — улыбнулся я, доставая из кармана мешочек с тетрадкой, вынимая последнюю. — Вот, не могли бы вы, посмотреть на это. И хотя бы примерно сказать, что это собственно такое, для чего нужно и важно ли вообще.

— Так, так, так, — приняв от меня книжицу, мужчина почти сразу же положил её на столешницу, сгребя в сторону часть бумаг, а затем вынув из внутреннего ящика стола тонкие белые щёлковые перчатки, аккуратно натянул их себе на руки.

Ну да, они — профессионалы, у них всё строго! Как у тех же ювелиров, там, где покупатель схватится за драгоценную побрякушку руками, для работников этой отрасли правилом хорошего тона считается прикасаться к ней исключительно в перчатках!

Вот и здесь, даже зная после моих действий, что предмет опасности не представляет, просто так долго держать его голыми руками он не стал. К тому же, скорее всего эта пара непритязательно выглядящих перчаток, к тому же является каким-нибудь кудесничьим артефактом, предназначенным для чего-нибудь важного. А то и целым вспомогательным комплексом!

Не делая покуда ничего особенного, мужчина разве что не обнюхивал каждый сантиметр непонятной тетради, затем аккуратно открыл первую страницу и так же внимательно её осмотрел. После чего пднял на меня взгляд.

— Княже, если не секрет, то, где вы собственно «это» взяли? — поинтересовался он чуть хмурясь.

— Совершенно случайно получил больше года назад от некого безумного владельца небольшого книжного магазина, который увидев меня, утверждал, что это наследие моего клана, которое он то ли создал, то ли доработал. Я не очень тогда понял. Главное, что он хранил этот заказ, все эти годы после уничтожения ипокатастимы, дожидаясь, когда Бажовы вновь придут в его лавку, — честно ответил я, а потом добавил. — На вывеске его магазинчика кстати, была нарисована невидимым лаком с живицей клановая тамга. Такая же как я тогда носил. Это меня, собственно, и привлекло.

— Интересно, интересно… Так, Княже, следуйте за мною, — сказал он, вставая и выйдя из кабинета, повёл меня прямиком в мастерскую, бросив на ходу, сразу же как за нами закрылась тяжёлая дверь рабочих помещений. — Аделаида, займи пока пожалуйста дежурство на внешнем столе. Я сейчас некоторое время буду занят с Его Светлостью.

— Хорошо, — покладисто согласилась рыжеволосая женщина, которая в этот момент работала на каской-то массивной установленной на столе машине, с кучей кнопок, рычажков и переключателей, сквозь которую длинной лентой тянулась бумажная полоса, покрытая какими-то символами.

— Что за агрегат такой? — тихо поинтересовался я у Тора Васильевича.

— Это то? — он с некоторым удивлением посмотрел на меня, а