Вода - Евгения Савас

— Ты в этом уверен? — прозвучало немного ядовито.

— Более чем. Это не мои домыслы, если ты так подумал. Еще одна благодарность тебе. Ты же сам выкинул Эмму из купола. Ты как-то спрашивал, как она выжила и где была два года. Так вот слушай. Она смогла перейти Мелонические горы и выйти из охлаждаемой зоны. Там самый обычный природный климат.

Его величество Леннарт принял это известие спокойно. По крайней мере, внешне.

— Хорошо. Что еще?

— Установка климатическая имела еще одну функцию. Не уверен, что ты об этом не знаешь. Но сразу предупреждаю — воспользоваться ею ты не сможешь. Егеря, которых ты так ненавидишь, единственные, кто могут управлять ею. А их у тебя не осталось.

Я ничего не заметила, но Кайс лучше знал своего отца, потому что по каким-то своим признакам угадал, о чем думает его отец, мгновенно.

— Тех, что ты выставил замерзать, вернуть не получится. Их перевезли сюда два часа назад.

— Какая функция? Подозреваю, этим ты воспользовался, чтобы оказаться там, где сейчас?

— Именно.

— Это все?

Казалось бы, признание поражения, но он не сдался. Это было понятно и без слов.

— Я не хочу войны между нами. Прекрати, — тихо и совсем другим тоном сказал Кайс, глядя на отца.

— Неужели ты так и не поймешь? Ради горстки мутантов?! Ты предашь все человечество, всех нас!

— Они тоже люди...

— Не люди!

— Это геноцид! Как ТЫ не понимаешь?! — сорвался Кайс, вскакивая. — Кто дал тебе право решать, кому жить, а кому нет?!

— Я не один такой! Это мнение многих и многих. Тех, кто прожил дольше и знает больше!

— И чего вы добились? Сократили немного численность егерей? А те, кто продолжают рождаться, но находят свой дар позже? Не лги, что ты о них не знаешь! И скоро я узнаю, сколько их на самом деле! Природу не обманешь! Все равно придет к тому, что они нас заменят!

— Ты не слышишь меня, — мужчина опустил голову, а потом взглянул на Эмму. — Жаль, что я не уничтожил тебя раньше.

Она невозмутимо взглянула в ответ. Я думала, Кайс вспыхнет как спичка от такого не прикрытого ничем заявления. Но он словно заледенел весь и абсолютно спокойно спросил:

— Это твой ответ?

— Я готов к диалогу. Что еще мне остается.

— Я оставлю купол тебе. Остальные заберу. Можешь еще раз попытаться захлопнуть эту дверь. Но будь готов к тому, что в эту дверь рано или поздно постучат с другой стороны. И ты больше не сможешь остановить тех, кто придет.

114

Что еще рассказать?

Трансляция, перевернувшая навсегда наш уютный мир, состоялась. Кайс стал знаменем, ведущим за собой миллионы, даже не став еще королем, превратившись в легенду за один миг.

Его отец несколько на задний план ушел на фоне сына, но все же королевская власть была крепка, как никогда. Неполадки с энергополем списали на отключение климатической установки, и все, что происходило, объяснили попытками обезопасить население, пока власти пытались разобраться, что происходит.

Наш мир вовсе не рухнул, как предсказывали. Наоборот, расширился до таких пределов, что теперь казалось, что нас слишком мало, чтобы охватить все. И егеря заняли в нем подобающее им место. Отношение к ним, скорее всего, можно описать словом — обожествление. Пусть их страшная работа закончилась, но они вовсе не стали ненужными. Напротив, теперь им предстояло снова идти туда, где никто никогда не был, став первопроходцами в исследованиях новых территорий, и не только на этой планете. И опасно там или нет, им снова придется испробовать на себе первыми.

Я теперь спокойно видела телепорты, без болей. Наверное, мои мозги, наконец, настроились на нужный лад. Обычные люди могли ими пользоваться, но для них строились специальные "ворота" для обозначения границ переходников.

Дел было много, так много, что рук не хватало. Наладить связь между куполами было всего лишь малой толикой. Уже готовили партии исследовательские для того, чтобы отправиться к тем, кто жил за климатической зоной. Наша планета оказалась незнакомкой, которую нужно было узнавать заново. Что-то восстановить, кого-то спасти, много чего построить заново.

Купола не обезлюдили. Просто открылись, и многие по-прежнему будут жить здесь. Все ресурсы, доступные нам, пока еще находились тут. До тех пор, пока не построится новое, мы будем привязаны к ним. Но даже потом бросать эти гигантские подземные города вряд кто-то захочет. Мы слишком вросли в них и слишком долго жили тут.

Я тоже отправлюсь вместе с добровольцами на розыски людей, что живут за горами. Хочу побывать в Строосе для начала. Может быть, познакомлюсь с Агной. Кит отправляется вместе со мной.

Я думала несколько дней, прежде чем принять решение, чем мне заниматься теперь. На самом деле, было несколько предложений. Эмма надеялась, что я останусь и приму участие в исследованиях тех, кто не стал егерями, как я. Решить вопрос помог Кит.

Через три дня после трансляции мы с ним вернулись в родной купол. Я не стала переезжать к нему, хотя он и настаивал. Мне казалось, для этого слишком рано. Те вещи Мастера, что находились в моей квартире, я отправила через доставку, не в силах еще встретиться с ним лично. Мои вещи он прислал так же, хотя я не просила его об этом. У меня было огромное желание выбросить их. Только как выбросить воспоминания о двух годах, не знала.

Кит пришел ко мне незваным, вечером через два дня после того, как мы вернулись.

— Мне кажется, или ты меня избегаешь?

— Нет! — поспешно ответила я.

Хотя на самом деле — да. Избегала. Но не из-за него...

Он приподнял бровь и чуть прищурился, давая понять, что моя поспешность замечена и оценена.

И тут, собственно, я поняла, что нужно срочно куда-то бежать. Не из-за него... Просто оставаться с ним в одной квартире, наедине, становилось нереальным.

— Кино! — опять слишком громко и излишним энтузиазмом выдавая себя с головой, воскликнула я и потащила Кита за собой.

Он не сопротивлялся, но и особенного восторга не испытывал по поводу похода предстоящего. Вытерпеть несколько минут в ауто было сложно, но я справилась. Включила музыку, хотя раньше такого не делала. Помогло чуть отвлечься.

В кинотеатре сразу отправилась к залу, где демонстрировался самый популярный сейчас космический блокбастер. Создателям здорово повезло. Фильм не особо выдающийся, но в свете последних реалий, как никогда пришедшийся в