1910-я параллель: Охотники на попаданцев - Игорь Валерьевич Осипов

— А-а-а, господин коллежский асессор! — воскликнул прибывший полицейский. — А я иду и вижу, стоит ваша приметная машинка прямо у порога. Думаю, не иначе помощь понадобилась.

Он оглядел помещение и сарказмом добавил:

— У нас тут конец света, а они ремонт затеяли.

— Это исправник приказал. Мол, всё по распорядку, — тут же отозвался дежурный.

Я обернулся, скользнув по нему взглядом, а потом снова обратился к Баранову.

— Был у кромки чужих земель. А вы где?

— Разлом пытался обогнуть. Он длинный. Весьма длинный. Железная дорога разорвана. На восстановление уйдут месяцы, а может быть, и годы, так как ставить мост через такой пролом весьма затруднительно, я бы даже сказал нереально. Придётся в обход тянуть и делать новый мост через Обь.

— Да, нехорошая перспектива, — произнёс я, когда штабс-капитан договорил.

— Могло быть и хуже. Но проложить окружную просеку и навести паромную переправу недолго. Так что, на той стороне смастерят полустанок, где всю почту, все товары и всех пассажиров переместят на машины.

Я кивнул, а потом сделал несколько шагов и крепко пожал протянутую Барановым руку.

— Семён Петрович, не окажете ли одну услугу? — произнёс я, пристально всматриваясь ему в лицо.

— Какую? — тут же осведомился штабс-капитан, бросив косой взгляд на хмурого поручика с кипой бумаг и дежурного.

— Вам понравится, — уклончиво ответил я, подхватив полицейского под локоть, и потянув на улицу.

Тот не сопротивлялся, а позволил себя вывести, прищурившись от любопытства,.

— Ну-с, — протянул штабс-капитан, когда мы вышли и приблизились к машине. Казалось, у него есть другие дела, которые он считает не менее важными, чем моя просьба, но при этом обязательно анализирует и значимость сказанного.

— Хочу посетить завод господина Бодрикова. Есть пара вопросов, — ответил я, машинально прикоснувшись к слегка оттопыренному карману брюк, где лежала лампа с пленённым духом воздуха. Это не укрылось от цепкого взгляда штабс-капитана. Сперва он пригладил неспешным движением пальцев свои усы, а потом посмотрел куда-то вдаль, и в итоге кивнул.

— Зачем?

— Интуиция, — пожал я плечами. Не говорить же ему, в самом деле, об эфирных созданиях.

— Может, вы и правы, — пробормотал Баранов, — может, стоит взглянуть.

Он сделал быстрый, но глубокий вздох, а затем посмотрел мне прямо в глаза.

— А сам господин барон осведомлён о вашем визите?

— Его превосходительство пока лучше не беспокоить, — уклончиво ответил я, — болен, знаете ли.

Баранов кивнул, бравым шагом обошёл машину, и не спрашивая разрешения, сел на пассажирское сидение. Глаза его при этом смотрели в пустоту, как у манекена, а губы сжались Штабс-капитан словно на секунду забылся, и из-под маски показалось истинное лицо, хищное и опасное.

Впрочем, мне ли говорить о сокрытом.

Я вздохнул и занял своё место. Пальцы привычно погладили лакированное дерево рулевого колеса, а нога надавила на педаль контроллера электромотора, и машина тронулась.

Всю недолгую дорогу мы молчали, и было даже немного обидно, ведь Баранов не стал спрашивать о том, что я видел в чужих землях. Он словно уже знал, но забыл состроить невинную мордаху неосведомлённого поручика Ржевского.

Завод находился от управы недалеко. Не было никакой нужды объезжать половину города, дабы пересечь вечно разбитый мост через речку Каменку, или мчаться в предместья Новообска, огибая многочисленные кирпичные мануфактуры.

Огороженная высоким забором территория располагалась на самом берегу реки Обь. Вверх уходили две высоченные трубы, закопчённые до черноты. Виднелись крытые выцветшими до серости досками здания.

Бродить вокруг да около мы не стали, остановив авто у самой походной, и сразу же удостоились цепкого взгляда охранника, положившего руки на подоконник и прилипшего к окну. Здоровенный громила с пудовыми кулаками недоверчиво нас рассматривал через многочисленные квадратики плохенького стекла, вставленного в деревянные рамки. Но как только мы подошли к двери, громила ударил небольшим молоточком в гильзу, отчего послышался противный дребезжащий звон.

— Любезный! — позвал я сторожа, но тот лишь несколько раз кивнул, продолжая разглядывать нас. — Любезный! — ещё громче повторил я.

Хотелось окрикнуть детину и в третий раз, но в этот момент мне ответили. Нет, не сторож, а другой человек, открыл дверь и вышел на крыльцо проходной, вытирая руки о грязную тряпицу.

— Не трудитесь. Он немой, — произнёс вышедший.

— А вы нет? — с некоторой издёвкой спросил я, разглядывая этого человека.

— Нет, — с совершенно серьёзным видом отозвался тот.

— Тогда нам главного.

— Не положено, — тут же ответил вышедший.

— Ты кому, собака, дерзить вздумал⁈ — выкрикнул рядом штабс-капитан Баранов, изображая из себя важного самодовольного чинушу. Он словно достал третью маску, быстро нацепив её на лицо. — Сказано, главного, значит, главного!

— Не положено, — совершенно не изменившись в голосе, ответил наш собеседник.

— Полиция! — закричал Баранов.

— Тихо, тихо, — произнёс я, заметив, как немой громила в окне потянулся за висящим на вешалке ружьём. — Давайте в другой раз. Спрошу у господина барона кого-нибудь в сопровождение, и вернёмся. Сейчас нам лучше уйти.

— Без ордера на обыск вам действительно лучше уйти, — вслед за мной повторил мужчина, который до сих пор протирал руки тряпкой.

— У-у-у, морда, — процедил Баранов и сунул кулак под нос неразговорчивого мужика, — я тебя запомнил.

С такими словами мы отошли от сторожки и сели в машину, а после хмуро переглянулись, и я надавил на педаль, отправляя авто в путь. Однако, едва вырулив за поворот, как прижал машину к обочине.

— Туда нужно попасть прямо сейчас, — проронил Баранов, — не знаю, что там, но у вас, господин асессор, есть интуиция, и у меня тоже. Что-то нечисто с ними. Вот, чует моя задница, нечисто.

Я кивнул, соглашаясь.

— Нужно. Но вам, сударь, не достанется на орехи? Всё-таки превышаете полномочия. Я-то ладно, скажу Бодрикову, что его парни препятствовали поиску попаданца. Отмашусь как-нибудь.

— Не влетит, — отмахнулся штабс-капитан. — Никто ведь не узнает.

Мы дружно переглянулись и улыбнулись… Я скинул с себя сюртук, небрежно швырнув его на заднее сидение, а из-под водительского достал тот странный клинок, который достался от убиенного дикаря и умел оставлять волны на воздухе, как на воде. Не хотелось бросать такую вещицу дома, а уж без присмотра в авто тем более. При этом было