Владимир, Сын Волка 6 - RedDetonator

техники не в «бухгалтерской» или «рыночной» цене, приводимой всякими экспертами, которые суммируют НИОКР, стоимость потерянных вооружения и боеприпасов, стоимость подготовки экипажа и так далее, а по стоимости замены выбывшей единицы. Это предполагает, что оцениваются расходы, которые государство понесёт на производство нового экземпляра: материалы, двигатели, авионика, сборка и так далее. Все остальные расходы, конечно, никуда от этого не деваются, поэтому общие материальные потери, как правило, выше, но не настолько, чтобы были веские основания обвинять Пентагон в злостном занижении ущерба.

2 — «Память» ракеты — противорадиолокационные ракеты AGM-88 HARM имеют функцию фиксации последнего местоположения и частоты источника излучения, поэтому летят несколько секунд по последнему адресу. Это не даёт 100 % вероятность поражения цели, но увеличивает шансы ракеты на успех. Идея тут в том, что зенитчики очень быстро начинают догадываться, что если вовремя выключить РЛС, то НАТОвская ракета может растеряться и потеряться, после чего ударить по ближайшему госпиталю, школе, детскому саду или роддому, а не по очень дорогой РЛС. Но НАТОвцы, вопреки ряду противоречащих этому эпизодов, случавшихся в каждую, без исключения, войну НАТО против, несомненно, тоталитарных и недемократических стран, не ставят целью поражать госпитали, школы, детсады и роддомы, поэтому придумали эту «memory» в ракетах, чтобы РЛС не могли ускользать от демократического возмездия.

Глава двадцать пятая

Историческая необходимость

*СССР, РСФСР, Москва, Остров, Дом Правительства СССР, 20 апреля 2000 года*

— К чёрту Коалицию, Клинтона и Мадлен Олбрайт! — пренебрежительно отмахнувшись, воскликнул Жириновский. — Лучше расскажите мне, Ирина Васильевна, как дела у моей любимой фондовой биржи?

Генерал-лейтенант Лиманова, как и прежде, возглавляет ГАУ КГБ, с чем прекрасно справляется — это главное управление поглощает существенную часть всесоюзных вычислительных мощностей, но продолжает ежедневно доказывать, что является стратегическим оружием.

Лиманова управляет этим сложным аппаратом и даже находит возможности помочь народному хозяйству, обрабатывая «Ифритом» массивы статистической информации, поступающие от промышленности и сельского хозяйства.

Такого рода деятельность не поощряется, потому что «Ифрит» строили совсем не для этого, но в периоды пиковой нагрузки ГКО сама обращалась в ГАУ КГБ, чтобы оперативно обработать часть данных с предприятий, складов и транспортных узлов.

— Наша «тухлая рыба» начала сливать акции дотком-компаний с утра прошлого понедельника, с момента начала торгов на бирже, — ответила генерал-лейтенант. — В соответствии с заданием, слив акций начался только после того, как это начал кто-то другой.

Операция проводится в условиях строжайшей конспирации, поэтому протоколы составляются для достижения максимально возможного сокращения рисков разоблачения. В связи с этим требованием, запрещено было начинать какие-либо шокирующие рынок мероприятия первыми, а всегда лишь пользоваться уже начавшимися событиями.

Так и тут — Жириновский узнал о том, что компании массово сливают акции дотком-компаний только в обед понедельника, когда на американской бирже уже началась несусветная паника и люди начали выходить в окна, разом съедать слишком много таблеток или стреляться.

Пузырь доткомов, наконец-то, лопнул, а «тухлые рыбы», то есть, подставные компании, хоронящие заработанные на бирже деньги, не давая им никакого хода, начали сливать акции доткомовцев, усугубляя и без того ставшую критической ситуацию.

— Они сливают все 4 миллиарда? — уточнил Жириновский.

— Акций было закуплено на сумму свыше 5 миллиардов, товарищ президент, — поправила его Лиманова. — И, да, наши «тухлые рыбы» имитируют паническое поведение, поэтому пытаются избавиться от всего и сразу.

Возможно, вливание этих миллиардов в дотком-компании — это причина, почему пузырь лопнул позже, чем мог, но теперь КГБ получил возможность ограниченно управлять этой финансовой катастрофой.

За эти годы «Ифритом» заработано около 9 миллиардов долларов США. Они были планово похоронены в «тухлых рыбах», что есть небольшая сумма, так как рынок исчисляется триллионами долларов, но их использовали в нужный момент — сначала для посильного вклада в раздутие пузыря доткомов, а затем для его более быстрого схлопывания.

Оставшиеся 4 миллиарда долларов, находящиеся во владении у сотен компаний и десятков инвестиционных фондов, будут использованы, чтобы скупать временно обесценившиеся ценности и наращивать общую капитализацию «тухлых рыб».

Всё это нужно для подготовки к следующему кризису, который обязательно нагрянет ближе к 2007 или 2008-му году…

— АНБ, ФБР, ЦРУ? Всё тихо? — осведомился Жириновский, вставляя новую батарейку в испаритель.

Он посмотрел на генерала армии Гаськова, сидящего слева от Лимановой.

— Никто из них не смотрит на биржу, — ответил председатель КГБ. — За исключением «Орлана», но тот смотрит на неё с таким интересом совсем по другой причине…

«Орлан» — это условное обозначение директора ЦРУ, которым сейчас является Джордж Тенет.

— И по какой же? — поинтересовался Владимир.

— «Орлан» стал приятелем «Людмилы», — ответил Гаськов. — Та даёт ему инвестиционные рекомендации и помогает немного заработать на бирже.

Он имеет в виду Олдрича Эймса, скрывающегося под условным обозначением «Людмила», делающего ошеломительную карьеру в ЦРУ, в перерывах между запоями и оргиями с проститутками на личной яхте.

«Олдрич умеет развлекаться — всегда умел…» — подумал Жириновский.

Со своей второй женой Эймс уже неблагополучно развёлся, отдав ей один из своих домов в центре Нью-Йорка, а также около сорока миллионов долларов — это было не его решение, а постановление суда.

Жириновскому известно, что для восстановления финансового положения после развода Эймс был вынужден пойти на крупное должностное преступление и тайно скопировать данные обо всех завербованных агентах в советском Министерстве внешних отношений.

Так КГБ взял под контроль четверых завербованных ЦРУ сотрудников МВО, а Олдрич Эймс получил «наводку» на крупный портфель акций, который принесёт прибыль в диапазоне от 1 900 000 до 2 000 000 долларов США в течение следующего полугодия.

Эймс очень нравится Жириновскому — он просто обожает людей, у которых единственной мотивацией выступают деньги и только деньги, без примешивания какой-либо идеологии. Они более предсказуемы и им всегда будет мало.

Сейчас Олдрич живёт свою лучшую жизнь: у него роскошная вилла в городе Малибу, рядом с особняком Памелы Андерсон, в Вашингтоне у него большая резиденция в колониальном стиле, небольшой домик в Арлингтоне, а до развода он копил деньги на остров на Американских Виргинских Островах, куда он собирался ходить на своей яхте.

С островом, в этот раз, ничего не получилось, но Владимир уверен, что в следующий раз обязательно получится, если Эймс будет выполнять свою настоящую работу в ЦРУ.

— Наклёвывается что-то интересное? — с видимым интересом спросил Жириновский.

— Маловероятно, что «Людмила» сможет завербовать его, — ответил на это Гаськов. — Но заслужить признательность — вполне. Отправлено указание получить новый портфель, специально для «Орлана».

Эймс давно уже не ходит никуда лично — всю информацию он получает электронно, что оказалось значительно надёжнее и безопаснее.

Специально для завербованной