Бездушный - Kornyal Walden

миг. Обычно он представлял меня другом. Или товарищем по оружию. Наемники, конечно, теперь любили пошутить на эту тему из-за схожести моей физиономии с Киаварном, но то были шутки! Ведь правда же?

Король изумленно вытаращился на меня. Лицо его выглядело донельзя озадаченным.

— А кто его мать? — уточнил он растерянно созерцая мои рога.

— Поверьте, Ваше Величество, вам лучше не знать! — ухмыльнулся Киаварн. — Скажем так, она жительница Угрюмых Болот!

Стражники, не выдержав, зашептались между собой. Король откинулся на спинку трона, в задумчивости взвесив в руках свой магический посох.

— И… как его… тебя зовут, юноша?

— Даммар! — выдавил я.

В горле почему-то враз пересохло. Похоже, этот человек решил, что я его внук!

— Подойди! — приказал король.

Я нехотя подчинился. Конечно, Киаварн сейчас скажет, что это была шутка. Донельзя глупая, если честно. Даже мне хватило ума, чтобы понять. С королями шутить не стоит. Уж если Малройд ощущает себя во дворце не в своей тарелке… Что и говорить об остальных! К тому же, предок этого короля убивал призванных из Угрюмых Болот шорготов просто для развлечения!

Король несколько минут созерцал меня, пытаясь то ли отыскать сходство, то ли понять, говорит ли Киаварн правду. Наконец он кивнул мне, позволяя отойти.

— Оставьте нас с виконтом Эжским наедине! — сурово приказал он всем находившимся в тронном зале.

Уходить мне не хотелось. Уж больно любопытно, что скажет король нашему предводителю. Но гадский Дик утянул меня за плечо. Малройд, выходя из зала, нервно ухмыльнулся. Похоже, он знал, кто настоящий отец Киаварна. Оказавшись снаружи мы разбрелись по коридору под бдительным оком оставшихся возле дверей стражников. Я им ужасно завидовал! Такая возможность подслушать! Словно бы невзначай я прошелся поближе к закрытой двери тронного зала, но даже мой шорготский слух не помог. Похоже, король увел Киаварна в покои, таившиеся за второй дверью, что располагалась позади трона.

— Ты… наполовину эльф? — поинтересовался один из стражников.

Я демонстративно почесал ухо хлыстом.

— Нет!

— Говорил же, что он наполовину гоблин! — хмыкнул другой, дружелюбно толкнув локтем в бок первого.

Интересно, когда это они успели поспорить? Первый со вздохом извлек из кармана монету. Медную, но довольно крупную, такие ценились чуть больше обычных.

— И не гоблин! — сообщил я, прежде, чем монета сменила владельца.

Оба стражника разочарованно вздохнули, поняв, что их предположения оказались неверны.

— Полагаю, что ты из Красных Господ, — задумчиво произнес сопровождавший нас Доллахад, о чьем присутствии я уже успел позабыть.

— Можно и так сказать! — ухмыльнулся я, глядя, как проспорившие юнцы отдают главе стражников по монете.

— Идемте на кухню. Там вас накормят! — предложил он. — Королю с Кивом есть о чем поговорить.

Мы с Малройдом и Тильзаном переглянулись. С одной стороны не хотелось оставлять одного Киаварна. А с другой… Что король ему сделает? Пожелай он смерти кого-то из нас, мы бы уже сражались со стражниками, а они во дворце попадались буквально на каждом углу!

«Обед! На королевской кухне! Это ж мечта!» — пронеслось в моей голове.

— Согласна! — легонько коснувшись моего разума, улыбнулась Лайла.

Так что мы пошли на кухню, оставив нашего предводителя. И не прогадали! Хоть блюда, на которых нам подали еду, не были золотыми ни даже серебряными, но сами яства были восхитительны! Явно предназначались для королевского стола! Я лопал жареных рябчиков, сладкие яблоки вымоченные в нежнейшем сиропе и запеченные в огромной, стоявшей на кухне печи… Лайла с восторгом накинулась на сладкие молочные десерты. Малройд с удовольствием вкусил вина. Ему единственному достался аж серебряный кубок. Видимо, слуги на кухне сразу узнали мага и опасались превратиться в лягушку. Даже Дик, обычно в каждом трактире заявлявший, что традиционные эльфийские рецепты на порядок лучше, на этот раз уплетал так, что только за острыми ушами трещало!

Устроившийся в углу с большим медным блюдом, Доллахад и сам не отказался от жаркого. Не взирая на высокий чин, вел он себя с прислугой просто и приветливо. Шутил, улыбался и даже шепнул украдкой испугавшейся при виде меня пожилой кухарке, что я не кусаюсь и рога скорее для красоты. Как бы не так! В бою я их уже опробовал! Великолепные рога, если хотите знать!

Наконец, спустя примерно час обжорства в дверях кухни возник Киаварн.

— Так и знал, что найду вас здесь! — улыбнулся наемник.

— Что король хотел от тебя? — Малройд встревожено поднялся с табурета, на котором устроился в углу вместе с горячей миской аппетитной гороховой похлебки.

— Он хочет, чтобы я стал королем. Ему нужен наследник! — просто сказал Киаварн.

На миг мне показалось, что все присутствовавшие на кухне сейчас грохнутся в обморок. Даже Тильзан. Но спустя пару минут, осмыслив, полукровка просто с размаху хлопнул его широкой лапищей по спине.

— Поздравляю! Ну ты и влип, дружище!

После плотного обеда мы отправились бродить по королевскому саду. Киаварн выглядел так, словно только что побывал в битве. И проиграл ее.

— Не понимаю, как ты можешь стать королем? — поразился я. — Ты ведь незаконнорожденный.

Если я верно уяснил себе человеческие законы, это обозначало, что королем Киаварн не может стать ни при каких обстоятельствах.

— Ага, — угрюмо произнес наемник. — Так и есть. Никаких прав на престол я не имею. Но его это не останавливает!

Оказывается, что у короля нет других детей. Потому он и вызвал во дворец Киаварна. По крайней мере, Его Величество объяснил это оторопевшему наемнику так.

— Бред какой-то! — произнес Дик. — И что? Он заставит баронов тебе присягнуть? Да они растерзают тебя на кусочки, если ты попытаешься занять трон!

— Знаю! — угрюмо произнес Киаварн. — Король хочет оставить королевство кому-то, в чьих жилах течет его кровь. Так он сказал. И это я. Говорит, что вельможам он рты заткнет.

— То есть, глотки перережет? — сообразил Тильзан.

Киаварн угрюмо кивнул.

— Все равно не выйдет, — поняла Лайла. — Они могут восстать уже после его смерти.

— Повод уж больно шикарен, — добавил Дик. — Незаконнорожденный сын на троне. Такого ни один король прежде не делал! И неспроста!

— Делали, — поправил Малройд. — Абальд Нечестивый и еще парочка… Но то были древние времена, когда понятие брака сильно отличалось от нынешних… Огнем и мечом они заставили вельмож признать своих сыновей.