Землянка в школе навигаторов - Яна Усова

другом конце горизонта событий. Мы опаздывали на станции, у нас «ломались» боты и установки жизнеобеспечения, протухала кормосмесь… В итоге дело дошло до проблем с властями.

— Если ваша декларация будет предоставлена в таком виде, мы сочтём, что вы перевозите запрещённый в нашей галактике груз. Вот тут, — таможенник ткнул на распечатку декларации, заверенную моей цифровой подписью, — сокращение «гал». Оно неприемлемо — согласно директивам Большого таможенного союза, наименование галактик, планет, туманностей, ступиц и подобных объектов прописывается полностью, ваш суперкарго-зля об этом знает, мы не раз с ней это обсуждали.

Таможенник-зимурианец холодно посмотрел на феечку, но взгляд его сделался сочувственным, когда он перевёл его на меня. Я повернулась к своей суперкарго: Дзя невинно хлопала крылышками и глазками, летая рядом, и почему-то молчала, хотя обычно её сложно было заткнуть.

Зля — раса, которая создана Вселенной, чтобы злить и бесить меня?

— Простите новичка, мы всё исправим. Сколько у нас есть времени, чтобы внести корректировки? — улыбнулась я, холодея от страха.

Таможенник посмотрел на свой комм.

— У меня ещё семь транспортников, а значит, у вас примерно семь-восемь часов. А потом я сдам вас пограничным службам.

В горле пересохло.

Очуметь, это только мне так повезло с практикой?

Тэль, как я узнала, водил военный корвет нуаравецев, он весело описывал, как хорошо его приняли члены экипажа. Глядя на свой, с трудом верилось, что у рыжего всё прошло так легко и просто. Тэлия водила круизный лайнер, правда, масштабами меньше, чем «Звезда Вселенной». И вот ей я поверила, когда она рассказала, что все члены экипажа теперь наизусть знают свои должностные обязанности и исполняют их неукоснительно. Нэд рулил небольшой флотилией горнодобывающей корпорации. Я не сомневалась, что у него всё идёт неплохо — ещё бы, кто посмеет противоречить обаятельному качку?

— Исправим, — бодро отрапортовала я, ища злю глазами. Но та уже испарилась.

Когда таможенник покинул нас, я пришла в свой отсек, схватила Северину на руки и хмыкнула:

— Давай поиграем с Дзя, кисонька моя?

В самый первый день прибытия на транспортник я, предупредив команду, что Северина — мой питомец, отпустила её гулять по кораблю, как делала это на маяках Трин и тёти Кати. Через час в мой отсек ворвался фельдшер, он нёс на руках Дзю, та не шевелилась.

— Твоя зверюга убила её! Убила! Требую, чтобы твоя зверюга сдохла!

Я показала средний палец руки и попыталась раздеть феечку, чтобы осмотреть её. Дзя внезапно ожила и вцепилась мне в палец зубами. Я тряхнула рукой.

— Опусти меня!

— Не смей меня трогать! — отцепившись, орала феечка. — Я убью твою тварь, если она ещё хоть раз посмеет схватить меня.

Когда в трюме Северина загнала в угол Дзю, я предложила:

— Поговорим?

Дзя заорала:

— Только после моей смерти! Я буду жаловаться владельцам судна!

Я пришла в отчаяние.

Как заставить эту злю работать со мной?

Посмотрела на свои ногти, потёрла правое бедро и заявила:

— Или я сейчас уроню на тебя груз, или ты начинаешь работать со мной.

— Да как ты смеешь мне угрожать⁈ — заверещала зля. — Тут же все камеры пишут наш разговор!

— Уверена? — переспросила я, холодея о наглости. — Кстати, если выключаешь камеры, выключай их все! У меня есть запись того, как ты ломаешь отремонтированных мной ботов.

Я дала команду боту, и над злёй завис небольшой ящик. Бот отпустил ящик, и он полетел вниз.

Дзя завизжала. Бот подхватил ящик над самой головой феечки.

— Ты психованная стерва!

— Сама такая! Ну? Будем работать или?.. — Я выразительно посмотрела на ящик. Приказ — и от Дзи не останется ничего, кроме влажного пятна.

— Всё сделаю, — Дзя выставила четырёхпалые ладони вперёд, глядя на ящик, зависший над ней.

Через полчаса таможенная декларация была принята, и груз волшебным образом стал полностью легальным.

* * *

— На борту посторонние. — Искин транспортника разбудил меня, и я глянула на коммуникатор. Захотелось закричать в подушку — я легла спать всего сорок минут назад. Мы доставили груз на Дувери, и теперь висели на орбите, пока колонисты разгружали строительные материалы. Дзя могла справиться без меня.

Если искин разбудил меня, значит, посторонние не в трюме, а именно на жилой палубе. Я схватила бластер, перевела его в боевой режим и выскользнула из отсека. Тут же услышала громкие стуки и мат. Кричала женщина:

— Открывай, кобелина! Я оторву твои яйца и запихаю их в глотку проститутке, с которой ты там сейчас кувыркаешься!

Бам! Бам! Бам! По металлической двери били чем-то тоже металлическим.

Я выглянула из-за поворота и опешила: меринианка стояла у отсека моего старпома и колотила в дверь сковородкой.

— Я выколупаю тебя из отсека, распутник! И тогда тебе и твоей шлюхе не поздоровится!

— Что здесь происходит? — спросила я.

Разъярённая женщина в роскошном головном уборе, в красивой накидке на плечах и обнажённая ниже талии повернулась ко мне:

— А… ещё одна шлюха пожаловала. Ну, значит, достанется и тебе!

Меринианка, схватив сковородку наперевес, понеслась ко мне.

Очуметь!

Я увернулась, поставила подножку, и женщина растянулась на полу.

— А-а-а! Убивают!

На этот крик из запертого отсека выскочил мой старпом и набросился… на меня:

— Ты что делаешь, никчёмная девчонка? Ты зачем убиваешь мою жену?

Краем глаза я заметила, как женщина с двумя гладкими, гибкими хвостами, острыми рожками и с бледно-голубой кожей, прижимая к груди одежду, крадётся из отсека старпома к шлюзу.

Ну всё, Пердюлька, ты взбесил меня.

— Господин Шри, потрудитесь договариваться со своими женщинами о времени визита, пусть встают в очередь, что ли. И я запрещаю вам приводить посторонних на корабль. — Я обратилась к искину: