Фантастика 2026-108 - Борис Владимирович Романовский

у этого Архонта гораздо больше опыта и умений в магии, так он ещё и будет шестого Шага. Может, ранение и ослабило его. Но раненый Высший Маг шестого Шага гораздо, гораздо опаснее, чем здоровый Высший Маг пятого Шага.

Я вздохнул, продолжая смотреть на расстилающийся подо мной город.

Прошло уже тридцать дней с тех пор, как я начал проходить обучение. Этого мне хватило, чтобы понять, насколько же ущербно магическое образование на Земле. Причём не только на Земле, но и, похоже, в Аэтерне.

Из Книги Знаний я вычитал огромное количество полезной информации и принёс на Землю столько полезностей, сколько мог. Но сейчас я понимаю, что маги Аэтерна очень поверхностно поняли магию. Большую часть они получили от магов Гласа и просто адаптировали у себя.

Или же в Книге Знаний просто хранилась не вся информация, такое тоже может быть.

Но с Землёй всё обстояло гораздо хуже. По сути, маги Земли просто следуют установленным правилам, не более. У нас нет традиций длительных, правильных медитаций, которые необходимы любому магу. Да и многие знания, до которых лучше доходить самому, просто даются на блюдечке. Те же заклинания, например. Просто текст, нужные жесты — и вуаля, появилась магия.

Неудивительно, что Высшими Магами в итоге становятся единицы — самые талантливые люди всей планеты. Те, у кого природный дар к магии, чьё чутьё и внутренний мир гораздо ближе к самой магии.

Но тут всё не так. В Академии, как я понял, стать Высшим Магом может каждый, если будет прилагать достаточные усилия. Если сможет заработать баллы для того, чтобы покупать нужные зелья и ингредиенты.

При небольшой удаче и огромном старании даже студенты со средним талантом имеют немаленький шанс подняться до Высшего ранга. Чего, конечно, невозможно сказать о Земле.

Кстати — недавно я узнал кое-что интересное. Существует такой термин: «Любимчики Мира». Так называют магов, которым благоволит сама планета. И чем моложе мир, тем чаще появляются любимчики. Особенно в первые пару сотен лет после обретения планетой магии.

Примерно через тысячу лет любимчики уже почти не появляются — планета стабилизируется и переходит в следующий этап своего развития.

Мне стало понятно, почему мои дружбаны такие талантливые. И почему именно нас выбрали учениками. Я, Тимур, Борислав, Филипп и Коля — мы все Любимчики Мира. Поэтому даже с таким убогим образованием мы смогли добиться столь многого.

Послышались шаги. Рядом со мной сел мой клон, которого я создал месяц назад. Всего я создал шесть клонов, и они помогают мне шерстить библиотеку и усваивать теоретические знания.

Что интересно, будь я обычным студентом, мне бы запретили такое. Или пришлось бы много стараться и зарабатывать кучу баллов, чтобы получить разрешение на создание одного клона.

Да, тут и правда очень многое зависит от баллов. Получить их можно самыми разными методами — от успехов в борьбе факультетов до выполнения разных заданий Академии. Баллы очень сложно набирать — поэтому я уверен, что маги из Аэтерна, которые попали сюда и начали учиться, не смогли забрать самые ценные знания Академии.

Но я Избранный. Как говорится — что не дозволено свинье, то дозволено крутому магу. И тут это правило очень чётко видно — чем выше статус, чем сильнее и талантливее студент, тем больше у него возможностей. А я — на вершине этой пирамиды.

Тот факт, что меня взял в личные ученики один из Архонтов, вдобавок к мантии избранного, открывает мне двери к любым возможностям этой Академии.

В то время как остальным студентам приходится месяцами работать, чтобы накопить баллы для похода в тренировочный полигон, я могу просто прийти — и меня с волнением и радостью примут, дав то, что я захочу. При этом, если будет какая-то очередь, то все остальные, конечно же, подвинутся, чтобы избранный мог пройти первым.

Это весьма освежающее чувство, хе-хе. Надо будет на Земле сделать небольшую секту, где все будут мне поклоняться. Буду иногда туда приходить, чтобы все таращились на меня с обожанием.

Ладно, шучу.

Я взглянул на клона и спросил:

— Опять за пипиской пришёл?

Если бы клон хотел передать что-то важное, он бы просто послал ментальный сигнал и позволил мне обновить воспоминания. Но раз он пришёл лично, значит, снова будет меня доставать.

— Ну тебе что, жалко, что ли? — он с укором посмотрел на меня.

— Мы с тобой уже об этом говорили, — поморщился я.

Будучи избранным, я привлекал огромное количество внимания, в том числе и женского.

В этой Академии было очень много симпатичных девушек — от обычных служанок до студенток старшего курса. Причём, в отличие от Академии на Земле, тут студенты могли учиться до тридцати лет из-за долгожительства магов.

Так вот, не раз и не два я получал разные намёки от девушек. И в случае желания мог бы без проблем воспользоваться этими намёками.

При обычной ситуации проблем бы не возникло. Создавая своё тело, я позаботился о том, чтобы никакие плотские желания не довлели над моим разумом. Я мог прекрасно себя контролировать и никогда бы не поставил свои животные желания выше рассудка.

Но… На Земле большую часть времени я занимался делами рода, периодически сталкиваясь с самыми разными опасностями. В любой момент мог появиться сильный враг, который уничтожит меня и мой род за компанию. Поэтому никаких проблем с телом не возникало — я был всегда сосредоточен и готов к бою.

Однако тут совершенно другая среда, а именно — безопасная. Благодаря клонам мне не обязательно круглые сутки сидеть в библиотеке, нервно пытаясь забрать с собой как можно больше знаний — клонов с лихвой хватает. Их даже многовато, на самом деле, мозг с трудом успевает всё переваривать.

Так вот — высокий статус и безопасная среда. Два всадника счастливой жизни, к которым присоединился третий — свободное время.

У меня было много свободного времени. Конечно, оно предназначено для размышлений о магии, как говорил учитель, но тяжело много часов подряд размышлять о магии.

Итак, эти три всадника, к которым добавилось обильное внимание с женской стороны, привели к тому, что я начал всё чаще ловить себя на мысли: а почему бы и не попробовать? Почему бы не провести ночь с какой-нибудь студенткой?

Я любил свою жену, и буду любить её, но… Тут и так очевидно. Восемьсот лет прошло, как-никак.

У клонов всё было ещё хуже. Постоянно они приходили ко мне и жаловались, требуя, чтобы я вернул им причиндалы.

Но, думая