"Фантастика 2026-155". Компиляция. Книги 1-20 - Николай Алексеевич Некрасов

И он одним движением нахлобучил бейсбольную кепку на голову Макса. Шапка оказалась велика ему настолько, что мгновенно сползла ему на глаза, полностью перекрывая обзор. А здоровяк крепко ухватил его за локоть и повлек вниз. Он явно и раньше спускался по этой лестнице в полной темноте — так уверенно он шел. Да еще и говорил на ходу:

— Есть у меня предположение, милостивый государь, что устройство из пуговицы не было у вас единственным. А обыскивать вас мне недосуг. Так что уж — не обессудьте: я принял меры предосторожности. Никто не должен видеть, куда мы с вами направляемся. И вы не должны произносить ни слова — если хотите, чтобы те заблудшие овцы вернулись сегодня домой целыми и невредимыми. Это и будут мои гарантии — в смысле, те, которые я получу от вас.

2

Ярко-красный электрокар марки «Руссо-Балт» был припаркован в самом начале Комсомольского проспекта, название которого никто и не подумал менять. А прямо над этим электрокаром высоко вздымался рекламный щит, где была изображена в точности такая же машина. И красовалась горделивая надпись: РУССО-БАЛТ — НЕПРЕВЗОЙДЕННОЕ КАЧЕСТВО С 1908 ГОДА! Притянутое за уши утверждение, если сказать по правде. Во времена императора Николая Второго никто электрокаров на Русско-Балтийском вагонном заводе в Риге не собирал. А сейчас их сборку и вовсе осуществляли в Москве — на конвейерах возрожденного АЗЛК.

Водитель совсем не нарочно поставил свой электрокар именно так. Он вообще почти не помнил, как он парковался. Ни о чем другом, кроме как о времени, остававшемся у его сына, он думать не мог.

Водителем красной машины был мужчина, возраст которого явно перевалил на шестой десяток, с длинными седыми волосами и с красивыми полными губами, сохранившими чувственный изгиб. Он здорово походил на сэра Исаака Ньютона — каким того изобразил Годфри Неллер. И неслучайно он, Алексей Федорович Берестов, в годы своей байкерской молодости получил прозвище Ньютон.

Раз пять или шесть к нему уже подходили люди в форме полиции, чтобы поинтересоваться его документами. Сейчас, в канун Рождества, да еще и после событий в подмосковном санатории, здесь, в Первопрестольном граде, действовали беспрецедентные меры безопасности. Однако карточка-удостоверение — с логотипом компании «Законы Ньютона», — действовала на стражей порядка волшебным образом: Алексея Берестова немедленно оставляли в покое. Как ему и было обещано, никто не чинил ему препятствий.

Несколько раз водитель «Руссо-Балта» порывался позвонить по мобильному телефону — он у Берестова-старшего имелся. Однако он боялся упустить хоть один звук, передаваемый ему благодаря миниатюрному микрофону, вмонтированному в замочек-прищепку бейджика, что лежал сейчас в кармане Макса. Микрофон, как и разбитую камеру из пуговицы, предоставили именно «Законы Ньютона», ставшие теперь самой престижной охранной фирмой Москвы. А владелец фирмы — Алексей Берестов — поставлял теперь устройства защиты и слежения почти всем спецслужбам Евразийской конфедерации. Вот только — и сын Алексея Федоровича, и его микрофон находились сейчас в Егорьевском уезде. А сам владелец «Законов Ньютона» не сумел даже выехать из Москвы — по независящим от него обстоятельствам.

И в данный момент всё, что мог Алексей Федорович — это ловить звуки из динамиков своего приемного устройства, работавшего на одной частоте с «жучком». Ровно то же самое слышал сейчас и его Максимка.

3

Макс, уж конечно, помнил про тот микрофон, что всё еще оставался при нем. И — вынужден был признать звериную проницательность герра Асса. Тот заставил его, Максима Берестова, молчать. Хотя — а что он мог бы сказать для тех, кто его сейчас слышал, если не видел ничего из-за темноты и надвинутой на глаза кепки? Здоровяк включил карманный фонарик — его слабенький отсвет проходил сквозь ткань бейсболки. Но — ориентироваться Макс мог теперь только по звукам, что окружали его. И он понятия не имел, окажутся ли эти звуки хоть сколько-нибудь полезны сотрудникам спецслужб, обещавшим ему полную поддержку и безопасность в ходе этой операции.

Ясно было, что пресловутый герр Асс уже многократно побывал прежде в этом здании. И те, кому положено было об этом догадаться, уже наверняка это поняли. Так что теперь носом землю рыли, доискиваясь, кто из посторонних и каким образом мог проникать в закрытый санаторий корпорации «Перерождение»? Однако поведать Максу о результатах своих изысканий — даже если таковые результаты имелись — они не могли при всем желании.

Между тем лестница кончилась, и они шли теперь по какому-то промозглому гулкому коридору, где их шаги отдавались двойным эхом. А где-то на небольшом отдалении слышались мерные, монотонные звуки вращения — как будто там работал на малой скорости винт электрокоптера.

«Уж не вертушку ли спустил в подвал этот самый герр Асс?» — Макс мысленно издал смешок — натужный: смешно ему отнюдь не было.

А потом вдруг всё понял — и даже замедлил шаг непроизвольно, так что герр Асс с силой дернул его за локоть. Макса посетило озарение, когда звуки вращения начали затихать — с весьма характерным подвыванием. Какой там электрокоптер — здесь, в подвале санатория, работал огромный вентилятор! И сейчас — в момент, о котором сопровождавший Макса здоровяк наверняка заранеемзнал — происходило временное отключение здешней вентиляции. Объяснилось и предназначение часов герра Асса. До слуха Макса доносилось противное резкое попискивание — наверняка издаваемое таймером в этих часах.

— Давай, давай, не кисни! — Герр Асс снова потянул Макса за собой, на сей раз — со злым нетерпением.

Он явно осознавал: отобрав у всех своих сообщников часы, он не только лишил их возможности следить за временем. Он еще и вселил в них сильнейшие подозрения. Так что теперешняя торопливость здоровяка вряд ли была вызвана только лишь тем, что лопасти вентилятора должны были замереть совсем ненадолго.

Герр Асс почти что перешел на бег. И Максу пришлось сделать то же самое. Но — они всё-таки не успели вовремя: у них за спинами раздалось вдруг многоногое топотание. И кто-то выкрикнул — со злобой и страхом:

— Стой, тварь! Бросить всех нас тут решил? Получил, что хотел — и дёру?

И тут же к этому голосу присоединился второй. Макс почти не сомневался, что принадлежал он тому негодяю, который давеча отказался выпустить женщину в туалет. Только теперь голос этот звучал так истерично и казался таким тоненьким, словно его обладатель и сам стал женщиной.

— Думаешь, мы не знаем, — провизжал этот не-мужской голос, — что взрывчатка — это фуфло? Что её здесь нет и никогда не