Фантастика 2026-71 - Юрий Иванович

без него и без Чернявого самые близкие и родные люди становились в Эфире крайне беззащитны перед лицом опасностей. Разве они сами справятся с возможным столкновением массивов? Или отобьются от нового десанта мстительных тварей? И кто обеспечит их мясом? А нужными в хозяйстве стволами бамбука? Вот и получалось: действовать надо, а знакомого, доброжелательного шабена ни на близком, ни на дальнем горизонте не наблюдается. Так почему бы не воспользоваться сравнительно и условно знакомым Райзеком?

Не захочет помочь? Так для этого есть разные методы убеждения, вплоть до самого крайнего, уже высказанного вслух очаровательной Алексой.

Поэтому лохматик стал весьма подробно выспрашивать о великом шабене. А тот оказался персоной весьма сложной и противоречивой.

– Если в двух словах, – пустился в объяснения один из торговцев, – то предсказать действия великого Бавэла никто не возьмется даже в одинаковых ситуациях. Он может учудить что угодно. Слишком уж экстравагантная особа. Да и мнения о нем существ из его ближайшего окружения разнятся кардинально. Одни говорят о нем как о сатрапе, убийце и подлой твари, другие восторгаются его великолепным чувством юмора, добротой и небывалой щедростью. Одни говорят, что он душа любой компании или застолья, другие твердят, что с таким коварным типом лучше вообще не сталкиваться.

– Взять, к примеру, сегодняшние торги, – продолжал лавочник. – Мало того, что Райзек на них безбожно опоздал, что является признаком крайнего неуважения к собравшимся негоциантам, так он еще и вел себя нервно, вызывающе, грубил кому ни попадя и все время порывался куда-то бежать. Словно у него в замке пожар случился. Так и умчался, ни с кем не попрощавшись и не ответив на вопросы покупателей. А ведь предварительно было объявлено, что на торги будет выставлено еще несколько оригинальных слотов собранного в иных мирах оружия, одежд из уникальных кож и прочих поделок. Ничего этого не было выставлено, и торги завершились скомканно, в атмосфере общего раздражения и напряженности. Да и продажа по заоблачным ценам «вечного» камня, которого не хватило всем желающим, не добавила покупателям добродушия. Господина Бавэла проклинали, мягко говоря, все: и те, кто купил, и те, кому ничего не досталось.

Про великого шабена было рассказано очень много. И стало ясно, что начинать против него какие-то военные действия крайне неосмотрительно и чревато для иномирцев. Они здесь никто, и звать их никак, да и союзников они в реализации своих планов не отыщут.

К такому общему мнению пришли Алекса и Дмитрий, когда стали подводить итоги завершающегося ужина.

– Чтобы открутить этому маньяку голову, надо иметь очень длинные и весьма мохнатые руки, – несколько туманно констатировала девушка. Парень в тон ей добавил:

– Или напрочь взорвать его замок…

– С замком у вас точно ничего не получится, – сочувствующе заулыбался Тискан. – Он защищен древней магией на веки вечные. Кроме того, для его охраны и обороны имеются когорты воинов и стражников.

И тут мохнатик неожиданно встрял в дебаты со своим давно наболевшим вопросом:

– А такие существа, как я, в вашем городе живут?

– Есть несколько особей, хотя они и очень редко встречаются. Но вот где они живут и чем занимаются, сказать не можем, ибо не в курсе. Об этом можете поинтересоваться в муниципалитете при собственной регистрации. По правилам, такие сведения не разглашаются без специального согласия горожанина, но если попросите да подбросите клерку несколько серебрушек «на пряники к чаю», то он вам подскажет адреса.

К тому моменту что Тискан, что его брат уже еле языками ворочали. Да и в самом ресторане их компания оставалась последней. Все уже давно спали, а засидевшихся клиентов не выпроводили только по причине большого уважения к торговцам.

Но все равно пришлось прощаться. А чтобы как-то порадовать новых знакомых, отблагодарить их за ужин и за массу полезнейшей информации, мило улыбающаяся Алекса пообещала при расставании:

– У нас там еще кое-чего по карманам завалялось, так что мы обязательно к вам завтра вновь наведаемся с рабочим визитом. Тем более что мне и парней приодеть надо, чтобы было с ними не стыдно хоть к самому мэру явиться.

Торговцы ушли донельзя довольные. Их сегодняшняя предусмотрительность, щедрость и оперативность еще и завтра окупятся сторицей.

Глава 30

Командовать буду… я?

На этаже проживания, перед тем как расстаться, на Дмитрия что-то нашло. И вроде ничего не предвещало умственного ступора, только и взялся за ручку дамы, подержался на прощание и… долго не мог ее выпустить из своих лапищ. И ведь знал, что такого быть не может! Видел не раз, как отец брал мать за ладошку, поглаживал ее, иногда целовал или прикладывал к щеке, затем беззаботно отстранялся от нее и отправлялся по своим делам.

И не краснел при этом как рак. И в жар его не бросало. И не заикался почему-то.

Но Дим с трудом владел собой. Он чувствовал себя словно резко заболевшим, да еще и безнадежно. Хотел что-то рассказать и не мог ничего путного придумать. Все знания из головы исчезли, уверенности в себе – как не бывало. Ну и в глаза девушки почему-то никак не мог взглянуть прямо и открыто. Очень боялся увидеть там смех или открытое презрение.

Справилась с ситуацией сама Алекса.

– Раз уже все обговорили, пора спать! – приказным тоном заявила она. – Что ты дрожишь от усталости, что у меня глаза слипаются. Поэтому откладываем оставшиеся проблемы на завтра. Спокойной ночи!

Второй ручкой она решительно ударила по рукам парня и выдернула плененные им пальчики. Но тут его наконец-то прорвало:

– А помнишь… э-э-э… как мы с тобой в пещере лежали, обнявшись?

– Это еще ничего не значит, – ни капельки не смутилась она. – Это был хитрый тактический прием против коварного врага.

– И когда ты стояла там… голая…

– А это вообще верх бестактности напоминать даме о ее вынужденном позоре! – вскипела красавица. Развернулась резко и вошла в свой номер. Еще и дверью так значительно хлопнула.

Он только и успел выкрикнуть в уменьшающуюся щель:

– Ты была так прекрасна!

Услышала. Потому что тут же отозвалась, явно прижавшись с той стороны:

– Когда одетая – то уже страшной становлюсь?

– Как ты можешь?! Ты и в одежде для меня прекрасней всех на свете! – прорвалось первое пылкое заверение.

– Да? – сомневался голосок из-за двери. – А ты иных-то видел в своей жизни? Цветы дарил? Серенады пел? Вот когда побываем на балу среди сотен иных прекрасных дам и ты останешься при том же мнении обо мне, тогда и поговорим на эту тему.

Сильно озадаченный Дим отправился к себе.