"Шолох". Компиляция. Книги 1-7 - Антонина Крейн

– Я? – с некоторым изумлением переспросил Морган.

Официант осторожно кивнул.

– Вы намекаете на то, что я не могу позволить себе такое блюдо?

Зеленые, как весенние луга, глаза Гарвуса нехорошо сузились. Кажется, в глубине души у него уже разверзлась пропасть, полная раскаленной вулканической лавы, но милый доктор все еще сохранял свою фирменную внешнюю холодность.

Райки (если вышивка на кармане рубашки не врет, то именно так звали нашего официанта) понял, что допустил страшную ошибку, и вежливо склонил голову.

– Прошу прощения, сэр. Итак, ваш заказ. – он повторил все пункты. И, поскольку Морган продолжал буравить его испепеляющим взглядом, поспешно добавил: – Аперитив за счет ресторана! Подарок дорогим гостям.

Мы с Берти уже едва сдерживались от хохота. Стоило официанту отойти, как Голден-Халла от души хлопнул Моргана по плечу.

– Поздравляю, дружище! Добро пожаловать в новую социальную прослойку. Ты, пожалуйста, не касайся локтями стола: смотри, какая тут белая скатерть, еще испачкаешь.

– Я действительно настолько плохо выгляжу? – игнорируя шуточки Берти (что явно означало крайнюю степень его взволнованности), Морган придирчиво осмотрел свою одежду.

Я вынуждена была признать:

– Ну, не только ты.

И действительно: все втроем мы были весьма потрепанными. Еще бы! Пару дней назад мы участвовали в жестокой магической битве, а из подобных обстоятельств просто невозможно выйти лучезарным красавчиком в отглаженном наряде. И пусть после боя мы как следует отдохнули в Долине Колокольчиков, раны на нас не успели до конца зажить, а одежда, хоть и выстиранная, теперь была местами заштопанной.

Точнее. У меня-то были сменные вещи в моем путешественническом саквояже, и я вполне могла бы переодеться. Но вот у Моргана подобного запаса не имелось, и я из чувства солидарности осталась в той же рубахе и узких брюках. Берти рассудил таким же образом.

Вот и оказалось, что мы приехали во Врата Солнца в достаточно подозрительном и, я бы даже сказала, пожеванном виде. И если еще полчаса назад это не казалось проблемой, то теперь слова официанта Райки заставили каждого из нас подумать, что неплохо было бы принарядиться.

– После еды пойду по магазинам, – мрачно объявил Морган.

– Я тоже хочу! – встрепенулась я.

– Еще чего, – возмутился Гарвус, слегка задрав подбородок (он привык надменно смотреть на полные студентов амфитеатры). – Мне не нужна компания.

– Морган, ну пожалуйста! – я сделала жалобные глаза. – Ты всегда так красиво одеваешься, у тебя такой замечательный вкус. Позволь приобщиться к таинству твоих покупок?

Если что, я не лукавила, говоря это. Гарвус и впрямь знал толк в одежде, и ему была не чужда некоторая доля самоиронии: правда, только в домашних облачениях (вроде майки с крустом или джемпера с вышивкой «Смерть, не сейчас: я работаю»). Нет, безусловно, у всех шолоховцев стиль в крови (возьмите одного только Полынь! Или меня саму.), а Морган – почти шолоховец, но мне все же хотелось посмотреть на то, с каким выражением лица он ходит по магазинам.

Наверняка он ужасно придирчив.

Берти, естественно, поддержал мое желание.

– Морган, лучше добровольно согласись пойти вместе с нами! Иначе мы просто будем внаглую за тобой следить. Я сыщик, Тинави – Ловчая, с навыками тайного наблюдения у нас все замечательно. Но ведь ты будешь знать, что мы за тобой ходим. И беситься. Тебе это точно нужно?

– С кем. Я. Общаюсь, – процедил Морган и накинулся на едва принесенный ему стейк с таким остервенением, что официант Райки, кажется, вновь засомневался в платежеспособности клиента – только бродяги бывают настолько голодными!..

Впрочем, после обеда он подобрел. Или, скорее, немного размяк и смирился с тем, что еще полсуток ему придется выдерживать нашу компанию: завтра мы разъедемся по разным сторонам света.

– Только ведите себя прилично, – строго поджал губы Морган.

Я закивала головой так энергично, что она чуть не оторвалась, а Берти молитвенно сложил руки и, веселясь, коснулся ими лба.

– Клянусь, ты не пожалеешь!

Согласно карте, в крохотном городке Врата Солнца было пять магазинов готового платья. Один из них носил гордое название «Эту ночь вы не забудете» и специализировался на вечерней моде. Рассудив, что это не очень практично, но очень весело, мы решили заглянуть в него на десерт, если у нас останутся силы.

Я достаточно редко ходила обновлять гардероб с кем-то за компанию – мне всегда казалось, что это логичнее делать в одиночестве: в своем темпе, выбирая, сомневаясь и раздумывая так долго, как захочется. Впрочем, наши походы по магазинам с Кадией всегда были чем-то очень веселым (скорее дурашливым, чем полезным: после них в моем шкафу нередко оказывалось прах знает что, но яркое), а совместные вылазки с Дахху непременно превращались в философские диалоги, в результате которых мы быстро забивали на вопрос одежды и шли пить какао.

Как вскоре выяснилось, совместные покупки с Берти и Морганом чудно сочетали в себе элементы шутовства и садизма.

– Слушай, – сказал Голден-Халла, задумчиво глядя на то, как Гарвус бродит между вешалками. – Я тут заметил одну вещь. Ты дольше всего смотришь вот на такие вещи. – он указал на обтягивающую удлиненную тунику из плотной рубиновой ткани и с прихотливым дизайном: к одному плечу одеяния крепилась декоративная ткань, наискось пересекающая грудь, а рукава были расшиты серебряными нитями и украшены пуговицами из камня, похожего на оникс.

– Но берешь в примерочную совсем другие, – рука Берти простерлась в сторону строгой черной майки с высоким воротом.

– Одежда в первую очередь должна быть уместной, Голден-Халла, – фыркнул Морган. – Куда мне идти в этом облачении? Оно больше подходит вельможам подводной Рамблы. Я же живу в шале среди гор, если ты забыл. Или ты предлагаешь мне заявиться в таком виде в Соловьиную песню?

– Патти одобрит!

– Делать мне нечего, наряжаться ради госпожи Вареши, – закатил глаза Гарвус.

То, как маниакально Берти пытался свести своего друга с булочницей, могло бы удивить человека, который плохо знал этих двоих. Но я довольно быстро выяснила, что со стороны Голден-Халлы это просто было безопасным и забавным способом бесить и тем самым бодрить Моргана. А главное – подспудно внушать доктору мысль о том, что он не так одинок, как это может выглядеть со стороны.

Ведь Морган медленно и плохо привыкает к людям. А то, что Берти то и дело упоминает Патти в шутливых перепалках, как бы ускоряет этот процесс, пусть даже реально Гарвус и Вареши практически не общаются. Это схоже с ситуацией, вследствие которой фанаты тех и других популярных актеров начинают считать их друзьями: просто потому, что много знают о них благодаря газетам. Знаменитости как бы включены в контекст жизни горожан, которым это дарит частичку тепла (а актеров, пожалуй, иногда удивляет). Вот и тут: для Моргана Патти из-за болтовни Берти о ней становится чуть-чуть более «своей» – на капельку, капелюсеньку. А в обществе «своих» мизантроп Гарвус все-таки явно чувствует себя лучше, чем в тотальной изоляции, к которой так маниакально стремится. Нет, ясное дело, душой компании ему становиться не стоит. Но чувствовать, что где-то относительно недалеко есть дружелюбно расположенное к нему существо – полезно.

Короче, такими шутками Берти в своей манере манипулирует и заботится, заботится и манипулирует.

Я полюбовалась туникой с ониксами и обернулась к Моргану:

– Может, все-таки примеришь? Действительно ведь красиво.

– Да мне некуда. – начал было повторять он, но я замахала руками:

– Просто попробуй, Гарвус! Пожалуйста!

Подошедшая к нам сотрудница магазина закивала:

– Вам наверняка подойдет.

– Ну или хотя бы посмеемся, – пожал плечами Голден-Халла.

То, что на него насело трое человек сразу, стало для Моргана неприятным сюрпризом. Сопя, он с гордо поднятым носом пошел в примерочную.

А когда через пару минут отодвинул шторку, все мы восторженно заахали.

– Огонь! Огнище! – я показала большой палец. – И я бы не сказала, что она слишком нарядная, знаешь ли. В Шолохе каждый второй так ходит, как минимум, в Верхнем Закатном Квартале. Уверена, в Соловьиной песне в этой тунике ты будешь чувствовать себя совершенно комфортно.

– Только со штанами провал, – цокнул языком