Нано Попаданец в магические миры. Начало - Алексей Курганов

эту задачу, и оставлять позади себя это нельзя, — Иго поднял шарик света повыше, и он осветил трубы, громоздкие, сложенные из обтёсанного камня и торчащие из стены. Вода была лишь на голову ниже уровня труб. — Когда вода побежит по старому руслу, Город падёт. Её нужно остановить.

— Но разве это возможно? — Я был в недоумении. — Проще найти тех, кто качает сюда воду, и остановить приток.

— Не всё так просто, — Иго указал на множество дырок в стене, из которых лениво лилась вода. — Черви невольно помогают нашим врагам, и это уже не остановить.

Из глубины пещеры раздался рев, и глухие шлепки — кто-то шел по нашим следам.

Глава 27

— Скорее! Нам нужно попасть на акведук! — голос Иго дрожал от напряжения, выдавая его нетерпение и страх. И, честно говоря, у нас не было ни малейшего желания задерживаться в этом месте. Предчувствие кричало об опасности, подгоняя вперед.

Старый Акведук… Когда-то он был жизненно важной артерией горы, несущей драгоценную воду от самого сердца к самым отдаленным уголкам. Он питал жизнь, дарил прохладу и служил символом инженерного гения. Теперь же он стоял, пересохший и забытый, словно старый воин, ушедший на покой. Но даже в своем увядании он хранил память о былом величии, словно ждал того момента, когда его каменные стены вновь напитаются влагой, а полноводное журчание разгонит установившуюся тишину, вернув ему прежнюю славу. Искусство строителей акведука было видно во всем — в каждом камне, в каждой детали. Изящные барельефы, рассказывающие истории давно минувших дней, стройные ноги колонн, гордо поддерживающие своды, склонившиеся лебединой шеей столбы освещения, ныне потухшие, но когда-то озарявшие путь. Время, казалось, было не властно над ними, лишь чья-то злая воля могла нарушить его целостность, осквернить это место. Что, к сожалению, и произошло в недалеком прошлом.

Часть пролета рухнула в озеро, образовав зияющую пропасть, ставшую непреодолимым препятствием на нашем пути. Это выглядело так, словно какая-то злая сила жевала и кусала Акведук — край был весь изломан и перечерчен длинными, уродливыми бороздами, словно когтями гигантского зверя. До края обрывающегося акведука было не менее десяти метров, расстояние, которое невозможно преодолеть обычным прыжком.

Но у Лина всегда были свои, неординарные решения. По его команде, прямо в воздухе стали появляться стеклянные шестигранные цилиндры, размером с предплечье. Они плавно парили в воздухе, словно повинуясь невидимой руке, и, смыкаясь друг с другом, стали выстраиваться в ровную полоску, чуть шире стопы. Эта полоска росла и удлинялась, словно мост, сотканный из воздуха и стекла, пока не соединила туннель с уцелевшей частью Акведука.

Брок, всегда осторожный и практичный, для уверенности слегка наступил на построенный мост. Стеклянные цилиндры прогнулись под его весом, скользя вдоль граней, но вес держали. Убедившись в надежности конструкции, Брок, уже не осторожничая, побежал по мосту и, достигнув его противоположного конца, жестом предложил нам последовать его примеру.

Лин толкнул меня в спину, подгоняя вперед. Я побежал по призрачному мосту, стараясь, лишний раз, не смотреть вниз — ноги предательски дрожали, а прогибающаяся поверхность не добавляла уверенности. Каждый шаг казался вечностью, а хрупкость конструкции пугала. Уже на другой стороне я выдохнул с облегчением, наблюдая, как следом за мной по мосту пробежали Лин и Иго. И вовремя!

Из туннеля выскользнула аморфная Фигура, вытянутой рукой едва не схватив Иго, лишь скользнув лапой по его развивающемуся капюшону. Фигура озадаченно остановилась у края моста, словно не понимая, как мы смогли преодолеть пропасть.

Она напоминала пародию на человека, искаженное отражение в кривом зеркале. Вся, состоя из жидкости, которая струилась и текла, постоянно меняя свою форму. Черты лица, калейдоскопом сменяли друг друга, казалось, на нас смотрит множество лиц, каждое из которых выражало разные эмоции — от любопытства до злобы. Существо словно попыталось небрежно скопировать все, что видело, но результат получился чудовищным. Слишком маленькая голова, непропорциональная телу, длинные, тонкие, как плети, руки, крупное тело с гипертрофированными мышцами, а ног вообще не было. Тело перетекало в толстый хвост, который, как мы поняли, являлся продолжением ручья, из которого оно родилось.

Тело, состоящее из жидкости, обманчиво производило впечатление мягкости и податливости, но стоило увидеть, как пальцы, касаясь стен, оставляют на них глубокие борозды, и это чувство мгновенно пропадало. В его прикосновении чувствовалась неимоверная сила, способная разрушить камень.

Сжавшись в тугую спираль, фигура, распрямившись, стремительно устремилась по призрачному туннелю, заливая его сочащейся жидкостью своего тела. Она двигалась с невероятной скоростью, и вот она уже почти достигла нас, напряженных и готовых к бою. Если бы не звонкий голос Лина, активировавшего защитный протокол.

Цилиндры, основа моста, задвигались, и, словно выпущенные стрелы, устремились вверх, протыкая и разрывая все, что было на их пути. Во все стороны полетели брызги и части тела нашего врага. Потеряв конечности, он рухнул вниз, потеряв опору под ногами, и пронзённый шестигранниками, застрявшими в его теле. Потеряв свой хвост и лишившись поддержки материнского организма, он, падая, терял форму и превращался в обычную, безобидную жидкость, растворяясь в водах озера.

Мы, не сговариваясь, побежали вперед, туда, прочь от туннеля, туда, где свет летящих огоньков открывал все новые и новые пролеты акведука, словно маня нас в безопасное место. Нам нужно было уйти как можно дальше от этого кошмара, прежде чем появится что-то еще.

Вокруг стояла плотная, давящая тишина, нарушаемая лишь приглушенным топотом наших ног. Шарики света, словно живые искры, кружились вокруг нас и древнего Акведука, двигаясь по замысловатым, непредсказуемым траекториям. Они напоминали рой светлячков, танцующих вокруг тлеющего костра в ночной мгле. Иногда, словно играя, они пролетали совсем низко, скользя под массивным Акведуком, между его каменными опорами, и на мгновение освещали спокойную, зеркальную гладь воды, отражая в ней призрачным светом.

Сам акведук представлял собой величественное сооружение, словно застывшее во времени. Он стрелой тянулся вдаль, шириной более трёх метров. Высокие боковые стенки, возвышающиеся над ложем, и покатый пол, в разрезе придавали ему форму чаши. Голые боковые стенки, с равномерным интервалом примерно в сто шагов, венчались каменными мачтами. На закрученных полукругом вершинах мачт располагались шары, в которых без труда угадывались когда-то яркие фонари. Они, словно безмолвные стражи, выныривали из окружающей темноты, склоняясь в безмолвном приветствии, но ныне были потухшими, погруженными в вечный сон. Они отсчитывали наш путь, как неумолимый метроном, отмеряя секунды, и расстояния.

Уже более пары десятков раз нам попадались эти каменные ориентиры, и во мне робко затеплилась надежда. Мне уже казалось, что мы достаточно отдалились