Терра. Часть 1 - Маргарита Боулес

– Роксана? – попытался понять, не нужно ли ей чего-то.

– Хочу подремать, – вельда отвернулась от меня, кутаясь в плед.

Велиал

– Аиррэль, – догнал я его уже в коридоре после того, как мы закончили с вельдой. – Не пора бы тебе смягчиться?

Он просто меня проигнорировал.

– Я помог, как ты и просил. Явился, как ты и просил, пока Мелисса осталась непонятно где и надеюсь, что с ней ничего не случится рядом с Люцифером, а ты… молчишь? Молчишь?! Не хочешь сказать спасибо?

Аиррэль продолжал «час тишины».

– Аир… ну давай закопаем топор раздора, а?

– Где ты видел Люцифера?

– Не видел. На базаре. Вроде он там был.

– Ясно.

– Ясно?

– Да. Ясно, что тебе пора бы вернуться за Мелиссой.

Сдержал порыв его ударить за предположения, о которых он не сказал вслух, но подумал. Я беззвучно исчез, намереваясь вернуться и отметелить его в другой раз, а дома застал неприятную картину…

Рубиновый город

Лучше бы я не слышал этого разговора, лучше бы появился чуть позже.

Скольких трудов ушло у меня на то, чтобы оставаться в тенях. Зато теперь я отлично понимал Лиссу, все ее сцены ревности и неконтролируемых вспышек агрессии. Помнится, пару раз она даже пыталась меня убить.

Мелисса стояла посредине рубиновой залы и хмурилась, пока Люцифер застегивал на ее шее колье с алой бусиной в форме капли крови.

– А теперь уходи, Люцифер. Я люблю его. Прекрати преследовать меня.

– Когда любят, не трахаются так охуенно и проникновенно с самоотдачей, Лиссенок. Мне потребовалось время, чтобы осознать, как ОЧЕНЬ СИЛЬНО я тебе нравлюсь.

– Ты о себе слишком высокого мнения – или обо мне. Нас на мгновение объединили похоть и секс. Без обязательств и дальнейших отношений.

– Он настолько наивен, чтобы в этом увериться? А ты, Лиссенок? – Дьявол коснулся пальцем ее подбородка, заставляя чуть приподнять голову, чтобы она посмотрела в его глаза. Я мысленно выдирал ему конечности, дробил кости в мелкую крошку, сдирал кожу и перья, потрошил, потом обратно вбивал в его тело все оперение, поджигал – и по новой.

Сейчас мне хотелось выйти и убить его, но я не смог пошевелиться. Окаменел. Признаюсь, я не доверял Мелиссе до конца – но знал, что Люцифер ее не тронет, не сделает больно. Поэтому спрятался в проходе, чтобы они не почуяли меня, не желал видеть их вместе и смежил веки, подслушивая разговор.

– Ты и я – не получится. Я выберу его. Выбрала. И не хочу потерять.

– Что ж, может, и выбрала, только пахнешь возбуждением, твой язык тела говорит о том, что сейчас ты хочешь меня. Я нравлюсь тебе – больше, чем нравлюсь.

– Ты вообще меня слышишь?!

– Любишь его, понял. Только я не сдамся, Лиссенок. – Раздались тяжелые шаги. – И поверь, умею убеждать. Ева тоже долго сопротивлялась…

Громкий хлопок, похожий на удар. Я нахмурился и различил приглушенные стоны от поцелуев, хриплые и мерзкие.

Черт бы его побрал!

– Люцифер! Пошел вон! – дикий рев Мелиссы сотряс стены, за ним последовал удар, еще один, какая-то возня.

– Ярость лучше безразличия. Буду ждать тебя на Пике Времен, Лиссенок. И только попробуй уничтожить мой подарок! – бросил он ей угрозу, и через мгновение все стихло. Следом раздался стук каблуков, грузный вздох и мат:

– Сука! Сука! Люцифер! – Она схватилась в ярости за колье и попыталась его сорвать. Опустила руки и одним движением смела все с туалетного столика. – Ошибка! Чертова ошибка!

Я вышел из тени, снял с себя укрытие. Мелисса судорожно терла ладонью губы, потом пятна с ладоней, носилась по комнате, искала зеркало и пыталась убрать улики. Я молча наблюдал за этой сценой. Лисса заметила меня в отражении зеркала, когда я возник позади нее на приличном расстоянии.

– Готовишься к вечерней аудиенции на Пике Времен? Получается, тебя не ждать? – Лениво поправил запонки, замечая смазанную помаду и панику в ее взгляде. С ревностью я не знал, как справиться – у меня уже закипела кровь, забурлила огненным потоком и понеслась по телу кипятком. Впервые она с ноги вошла в мою жизнь, перевернула привычное мироустройство, сорвала с петель громадные створы и распахнула врата в Ад. В такие моменты я был хуже самого дьявола и понимал, что сейчас скажу Мелиссе много ласковых, того, чего произносить не следует.

– Быстро же мы вернулись к свободным отношениям. Мне начать искать себе увлечение на ночь?

– Только попробуй! – прошипела она и развернулась на каблуках, сняла одну туфлю и запулила ей в меня. – Сволочь! – И вторая повторила за первой, а следом и нож. – Ревнивый дурак!

Я отбил ее «посылочки» и поймал руку с серпом, которым она хотела запулить в меня.

– Ты задержалась на базаре.

– Слепой ревнивец! Еще и глухой, видимо! – Она попыталась проколоть меня лезвием. Я скрутил ее запястья, увел за спину руки и навис, рассматривая лицо с размазанным макияжем.

– Люцифер появился пару минут назад и потребовал, чтобы я приняла его подарок, который не взяла ранее на базаре, и отдала подвеску его жене. Его задел мой отказ.

– Ты ответила на его поцелуй.

– Не я поцеловала его!

– И все же ответила, – я отпустил ее и протянул платок. Мелисса оттолкнула мою руку, и шелк сорвался с моих пальцев, упав на пол алым пятном, таким же кровавым, как дыры в моей душе.

– Мне нужно навестить Скай и брата, дабы убедиться, что он не сделает глупость и не попытается продать свою душу твоему любовничку, а смертная не решится на какую-нибудь хрень в тон мужу. Вернусь вечером, – бросил мимолетный взгляд в ее сторону. – Определись со своим выбором. Пик Времен – наша конечная точка разрыва.

Я устал вывозить наши ссоры, отношения, которые зашли в тупик, а может, никогда вовсе не начинались и не были нормальными изначально. На чужом несчастье счастья не построишь, а я пытался и поступил подло в прошлом, наверное, это расплата. Именно поэтому я не мог убить Люцифера, хоть и злился на его выходки, не мог, потому что кое-что сделал вечность назад, и совестливая петля на моей шее затягивалась все сильнее, а на сопротивление сил не осталось.

Перед моментом телепортации услышал ее странный возглас:

– Стой! Талли…

Велиал

Я ступил в Призрачный слой. Тревога за Мелиссу и за Скай скоро сделает из меня дергающегося демона. Пора признать, что я чертовски устал и от своих обязанностей, и от планов, и поистине искрометных идей. Столько лет пытаться достичь невозможного,