Ро Анна де Ан. Битва в Волчьем ущелье - Виктор Постоенко

Император был очень добр со мной, сказал, что я красивая. Он знает кто я. И чья я дочь. И даже обнял меня, назвав девочкой. Императрица напоила чаем со вкусными пирожными, расспрашивала о тебе, потом мы там переоделись в одеяние ее служанок.

Позже за нами пришел министр Хан и мы понесли с его слугами какие-то вещи из дворца. А в городе на одной из улиц нас ждали люди герцога и два паланкина. Вот и все. Думаю, никто ничего не заподозрил".

После завтрака, когда я работала с документами, и писала ответы на вопросы герцога и Императора - его письмо было в запечатанном пакете - пришла Рейна. Я не стала отвлекаться, посадила ее за стол, и дала ей книги с гравюрами из коллекции Луизы.

И она добросовестно их листала не отрываясь, пока я писала ответ и запечатывала письмо. Госпоже Анфине писать не стала, да и что мне ей писать.

В своем письме она благодарила меня за дочь, а также сообщила все, что она узнала о движениях среди аристократов, особенно собиравшейся у нее в Доме Роз молодежи. И как всегда обстоятельно, списком.

Я переписала часть ее письма, и вместе со списком приложила к письму военному министру. И попросила его поощрить ее приличной денежной суммой, объяснив для чего ей приходится тратить большие деньги.

Ни он, ни я, ни даже мой протеже Венар, не могли ей помочь, не вызвав у противника насторожённости. Анфина отлично это понимала, о чем и упомянула несколько раз в письме.

Раздался стук в дверь, вошла встревоженная Кэтрин

- Госпожа, в бухту входят два западных корабля, так доложил часовой с донжона.

Этого мне еще не хватало. Фрегат скорее всего только с дежурной вахтой на борту, до вечера все по домам. Батареи только в проекте, «Роон» еще не вернулся от островов.

Распорядилась поднять по тревоге наш гарнизон, который был вооружен ружьями, и приказала Орсису выдвинуть его в порт, но на территорию не входить и ждать команды. А также отправила гонца в усадьбу Борхуна, где оставался третий полк, который пойдет к Эттилю со мной. Пусть на всякий случай подтянутся к городу.

В порт поехали все верхом. Оказывается, вчера Орсис подобрал лошадь и для Венды, а Нора отдала ей свой синий мундир, который она первым получила еще у кавалеристов Борхуна. Лицо по совету бабушки Венда на этот раз закрывать не стала.

И со своим шрамом смотрелась очень строгой и опасной. И клинок, притороченный к седлу у ее левой ноги, говорил о том, что помещен туда не спроста. С пригорка перед портом рассмотрела в трубу оба корабля.

- Выдыхайте, опасность отменяется, первый корабль — это бриг Águila Negra Sagrada, «Святой черный орел», капитаном там Диего де Гарсия де Суарес, а второй корабль он ведет на буксире. И кораблик этот кажется мне поврежденным. Спускаемся в порт. Нора, пошли гонца кавалеристам, пусть возвращаются назад. И гарнизон вернуть в замок. Здесь с нами останутся только гвардейцы.

Мы спешились и стояли на причале, ожидая, когда пристанет корабельная шлюпка. Кстати обратила внимание, что фрегат, стоя на якоре, как-то развернулся боком и внимательно смотрел орудийными портами на обоих гостей. Вахта не спит, надо сказать Франсуа, что бы поощрили вахтенного офицера.

Улыбающийся кастилец, одетый в черный, расшитый серебром камзол, приближался быстрой походкой, придерживая у бока шпагу.

" Ваше Высочество, я выполнил свою часть соглашения, доставил вам 2500 ружей, 200 кавалерийских пистолетов и четыре 12 фунтовые пушки. И даже больше.

Вот эта двенадцати пушечная трехмачтовая пиратская шхуна «Рысь» была нами атакована и захвачена, когда находилась в неприятном положении после настигшего ее шторма.

Пираты оборонялись отчаянно, никто из них не выжил. Да мы в любом случае отправили бы их прогуляться по рее. Ваше Высочество, она ваша, конечно за определённую сумму" – хитро закончил капитан. Сказать, что я обрадовалась – значит ничего не сказать.

- Капитан, мои люди сейчас с Вашего позволения проверят груз, а своих моряков я пошлю осмотреть, в каком состоянии шхуна. Кстати, насколько я помню, в седле вы сидите отлично. Потому приглашаю на обед в замок. Там и обговорим все детали. Но данного тогда Вам слова я не меняю. Я имею ввиду озвученную мною цену.

Так как герцогиня уехала в гости к госпоже Ойле, то я сама организовывала обед. За столом сидели я, Рейна, Нанке. Напротив капитана я посадила обоих красоток, Элисию и Ило, что бы они постоянно смущали его разум. Одна ультрамариновыми глазами, а вторая кокетливой улыбкой.

Которая у нее получалась на удивление хорошо. После обеда поднялись ко мне в кабинет. Я предварительно насчитала ему за ружья 7500 слитков серебра, 400 слитков за пистолеты и 40 слитков золота за 4 пушки. За шхуну он заявил цену в 25 000 долларов.

- Это каких, дон Диего. Серебряных моргановских или бумажных континенталов, или ваших песо? – я щегольнула знанием финансовой обстановки на американском континенте. Наугад, то, что помнилось из прошлой жизни во время изучения войн 17-18 веков.

- Это почти тонна серебра, нигде ничего не лопнет? Удивлены? Я умею быстро считать в уме, есть такие навыки. А вот 10 000 долларов я вам за нее заплачу. Так что решайте. Если нет, можете ее увести и продать в Америке. Думаю, там больше заплатят, не так ли?

Тут я пнула его в больное место, тем более что у меня уже были кое какие подозрения по поводу принадлежности шхуны. Я только ждала доклад Артура Ростона, посланного мною осмотреть приз. Он был боцманом в королевском флоте, и в судовом хозяйстве разбирался прекрасно.

Пока капитан молчал и обдумывал мое предложение, вошла Кэтрин и доложила, что как раз прибыли с докладами майор Паурс и лейтенант Ростон. Я извинилась перед гостем, и вышла в приемную.

Паурс доложил, что все ружья в прекрасном состоянии, он смотрел выборочно из нескольких ящиков из разных углов трюма. В любом случае при выгрузке каждый ящик будем вскрывать, и смотреть на предмет комплектности.

И да, все бриттские, «Браун Бесс». Пушки не новые, но в хорошем состоянии. Зарядных ящиков нет, но есть передки для перевозки.

- Ну что, майор, вызывайте своих людей для разгрузки. Повозки возьмите в лагере Борхуна, там должно остаться 50 повозок. А завтра приступайте к вооружению батальона. Вы теперь главный в лагере после ухода всех.

Ростон доложил, что шхуна в хорошем состоянии, ремонта примерно всего на неделю. Пробоин в корпусе не обнаружено, как и течи. Двенадцать двенадцати фунтовых пушек, приличные запасы к ним, кроме того на баке и на юте стоят