Доспех духа 1-11 - Фалько

— Много, — проворчал Василий.

В это самое время на дом Матчиных упал яркий столб огня, накрывший полуразрушенное здание. Света от него хватило, чтобы осветить лицо несчастного мастера, с которым столкнулся Григорий. Это был глава небольшой семьи, входивший в род Дашковых. Василий с ним встречался, когда Воронцов планировал нападение на Разумовского.

— Надо добраться до телефона и связаться с Петром Сергеевичем, — сказал Василий. — Они переходят границы дозволенного.

— Тогда надо сделать так, чтобы они пожалели об этом раньше, чем до них доберется великий мастер, — серьезно сказал Григорий, продемонстрировав самодельную дубинку. — Я сейчас разберусь с парочкой, перекрывшей дорогу на северо-восток. В крайнем случае уведу их на запад, чтобы вы смогли проскочить…

В дом Матчиных врезался еще один воздушный таран, с оглушительным грохотом окончательно развалив оставшиеся стены и крышу. Темное небо прочертила яркая молния, ударившая в то место, от раската грома которой задрожали стекла в доме, недалеко от которого прятались беглецы.

Хлопнув по плечу Василия, Григорий побежал вдоль кирпичного забора к северному углу участка. С той стороны мелькали неосторожные лучи фонариков, рядом с которыми он и перескочил через забор. Если на разборки к Матчину приехали клановые мастера, не имевшие реального боевого опыта и не ожидающие серьезного сопротивления, Василий мог им только посочувствовать. Чувствуя за собой численное преимущество, такие теряют бдительность, нередко вместе с жизнью. Но то, что все это приведет к большим потерям и расколу среди сторонников Воронцова, Василий нисколько не сомневался. Для любого рода, даже для такого крупного, как Дашковы, потеря одного мастера — серьезный удар. А если в эту ночь их погибнет больше, то ее надолго запомнят.

Рядом с Василием на землю упала длинная железная стрела с тяжелым оперением. Она слегка дрогнула и как стрелка компаса повернулась на северо-восток.

— Я вас подсажу, — тихо сказал Василий, поворачиваясь к девушкам, — но вы подождите, пока я не окажусь с той стороны.

— А Кузьма? — с тревогой в голосе спросила младшая из сестер.

— Я бы переживал не за него, а за тех, кто все это затеял…

Глава 8

Преодолеть пять участков с высокими заборами, глубокой ночью, в дождь, когда вокруг не горел ни один фонарь, для Василия не представляло никакой сложности. Будь он один, то давно бы скрылся, но с девушками уйти далеко не получилось. Младшая княжна умудрилась подвернуть ногу, спрыгивая с очередного высокого забора, а старшая глубоко порезала ладонь об острый край жестяного карниза. Ко всему прочему в район продолжали стягиваться люди князя и его союзников. На дороге все чаще мелькал свет фонариков, а буквально в сотне метрах на севере дважды сверкнула молния. Яркие вспышки не порождали гром, а значит, это был кто-то из мастеров второй ступени.

Молнии немного помогли, выхватив из темноты гараж, куда вломился Василий. Пропустив внутрь девушек, он прикрыл дверь и щелкнул фонариком, позаимствованным у Дашкова. Помещение не имело окон, а почти все внутреннее пространство занимал большой серебристый внедорожник. Младшая из сестер доковыляла до табуретки у стены с инструментом и, морщась от боли, уселась, вытягивая ногу.

— Руку покажи, — Василий взял за руку Елизавету. Порез у девушки пересекал ладонь и неприятно кровоточил. — Сейчас поправим. Не смотри, и болеть меньше будет.

Аптечка нашлась в бардачке машины и на то, чтобы обработать и перевязать руку, ушло несколько минут.

— Нога сильно болит? — Василий осторожно ощупал коленку младшей, заохавшей от боли, стоило слегка надавить. — Просто растяжение.

— А на машине уехать можно? — спросила Мария, показывая на внедорожник.

— Боюсь, что так просто сделать это не получится, — сказал Василий, доставая из кармана комбинезона сотовый телефон. Он немного промок, но не смертельно и даже включался. На месте значка сети горел перечеркнутый кружок. — Глушат капитально. Это что-то военное, простым смертным недоступное… Нам бы только до Геннадия Сергеевича дозвониться, и он порядок тут быстро наведет. Давай приглушим фонарик. И надо подумать, как идти дальше. Задерживаться на одном месте… Тсс…

Василий показал жестом, чтобы княжна выключила фонарик, затем в два шага оказался у двери. Ему почудилось, что с той стороны мелькнула сила, причем очень близко. Резко открыв дверь, он шагнул на улицу, собираясь схватить притаившегося у двери мастера, но немного не рассчитал расстояние. Высокая фигура в черном оказалась проворнее. Скользнув вперед, Василий нанес короткий удар в голову и встретил жесткий блок.

— Вася, не шуми, — раздался знакомый голос. — Свои. Не признал?

— Никита? — узнал Василий мужа сестры.

— Кто же еще? — хмыкнул тот. — Я тут вас спасать приехал.

— Ага, — удивленно произнес Василий. — А как нашел?

— Видел, как вы через забор сигали. Хотел сразу вмешаться, но там твой друг с дубиной неплохо справился.

Василий кивнул на дверь, откуда появился. Мужчины прошли в гараж, где стало уже тесновато. Снова включили фонарик и можно было увидеть, что Никита одет в военный комбинезон черного цвета и такую же маску с узкой прорезью для глаз.

— Что там насчет нашего спасения? — спросил Василий, на всякий случай встав между Никитой и княжнами.

— Если честно, я плохо понимаю, что происходит, — признался Никита. — Меня двадцать минут назад только разбудили, сказали, что вы с Кузьмой в какую-то беду попали, и надо вас вытаскивать как можно быстрее. Что с вами должны быть…

Он вытянул шею, оценивающе посмотрев на девушек.

— Должны быть княжны Романовы, — закончил он.

— Кто разбудил? — терпеливо спросил Василий.

— Да генерал этот, горластый… Рудный, что ли.

— Руднев. Дмитрий Леонидович.

— Он самый, — кивнул Никита. — Лучше бы я в Америку смотался… Ладно, не время об этом сейчас. Кузьма где? Только не говори, что он в том доме, который с землей сравняли и продолжают утрамбовывать.

— Там, — тяжелым голосом подтвердил Василий.

— Х… хреново.

— Ты скажи, если там, — он показал пальцем наверх, — знают, что происходит, они что-нибудь делать собираются? Кого-нибудь еще с тобой прислали?

— Мне показалось, что не собираются, — в излюбленной манере хмыкнул Никита. Василий терпеть не мог эту его привычку, но сдержался. — Чувство такое, как будто ждут, пока само все не рассосется.

— Никита, говори яснее, чтобы я тебя понимал. В другой ситуации я бы тоже посмеялся, но сейчас не время.

— Я толком и говорю, — насупился Никита. — Меня только что разбудили, вручили комбез и в машину посадили. Хорошо, что я этот район Москвы знаю, не пришлось плутать. Съезд на Питерское шоссе двумя фурами перекрыли и гаишника поставили с жезлом, чтобы посторонних отгонял.