"Фантастика 2026-1" Компиляция. Книги 1-22 - Станислав Кемпф

дарами поклонилась. Ее он лучше всех слушал. Знала тетка верный подход. Через нее-то в Щеглицы удачливость и пришла. Кто чего попросит – сразу сбывалось… Здоровье ли, урожай, богатство…

Нойда прищурился:

– Скажи-ка, чародейка, в чем была тайна тетки Мизги? Почему камень ее выделял, зачем слушал?

– Сказано, умела просить…

– А почему глаза опустила?

Дарьяна мешкала с ответом.

– Тогда сам скажу, – голос саами кололся иглами льда. – Повезло вам, что камень вскрылся в землях словен, которые своих звериных предков забыли, толком чтить разучились. В землях, где обычаи старины еще живы, быстро угадали бы, чего хочет камень… Как его правильно кормить…

Молодая ведунья задрожала.

– Он много-то не хотел ведь, – тихо сказала она. – С каждого просящего всего-то капельку крови…

– И люди давали?

– С охотой! Капля за желанного жениха или исцеление от болезни, неужто жалеть?

– Понимала ли, что творишь? Да о чем спрашиваю…

– Выручай, лопарь, – попросила ведунья с непривычным смирением. – Разлакомился Мизгирь, взялся пить жизнь из щеглов. Раньше малыми каплями слизывал, а теперь в три горла хлебает! А еще в сны мои лезет. Такое кажет… Страшно мне, лопарь, боюсь я его…

– И правильно, – пробормотал нойда, подходя ближе и вглядываясь в ухмыляющийся лик. – А почему вы его Мизгирем зовете?

– А кто же он? Вон, видишь лапы паучьи? – И указала на крючковатые лучи вокруг многоглазого лика.

Нойда пристально смотрел на древний камень. Тот глумливо скалился в ответ, глядя черными дырками глаз. Саами вдруг понял, что он может сделать.

Он вздохнул, расправляя плечи. Кровь забурлила в его жилах. У Дарьяны перехватило дыхание – она всем нутром ощутила, как воздух сгустился вокруг северного ведуна.

– Отойди подальше, – приказал он.

Подошел к камню – и засунул руку прямо в усмехающийся каменный рот.

Дарьяна затаила дыхание. Вот сейчас лопарь останется без руки!

Но шаман спокойно – по крайней мере, с виду – продолжал шарить где-то внутри камня, погрузив руку в каменную пасть чуть не по плечо.

Камень дрогнул, земля качнулась под ногами. Дарьяну окатила волна жара. Она едва сдержала крик – камень начинал медленно рдеть, становясь все ярче. Он раскалялся!

Нойда не обратил на жар ни малейшего внимания. Лицо его было сосредоточенным и спокойным. Внезапно он сделал резкое движение, словно что-то схватил.

Жар исчез так, как настоящий жар исчезнуть не может. Погаснув, камень начал стремительно покрываться белым колючим инеем.

– Так себе морок-то, – пробормотал саами, пытаясь вытащить что-то из камня.

Последний рывок – и нойда выдернул на солнечный свет что-то скорченное, дергающееся и скулящее.

– Я не хотел плохого! – раздавались писклявые вопли. – Я просто люблю людей! Они такие живые, такие теплые…

– Такие вкусные, да? – спросил нойда, вертя в воздухе свою добычу.

Косматое, тонконогое существо больше всего напоминало саамского чакли. И было, похоже, таким же недобрым и вороватым.

– Кто ты? – грозно спросил саами, встряхивая уродца. – Назови свое имя!

Житель камня зашипел, защелкал зубами…

– Я одолел тебя в бою, твоя жизнь принадлежит мне. Называй!

– Смиеракатта! – выпалил тот и немедленно принялся рыдать.

– Странное имя для чакли… Зачем залез в древний камень? Как тебя занесло в земли словен?

– Я не залезал! Это мой камень!

– Что-то не похоже…

– Я был богом! Не смейся, я не вру! Целое племя мне поклонялось! Давным-давно, даже раньше, чем начали славить солнечного бога… А потом пришла великая вода и сделалось море! Мое племя потонуло, а я успел спрятаться в священном камне… Долго, долго лежал на дне… Потом в земле… Чуть не помер от голода, пока море не отступило!

Смиеракатта всхлипнул. Нойда молча слушал его.

– Пришли новые люди. Споткнулись о камень, отчистили от грязи и мха, начали носить дары. Лепешки, кринки с молоком, яркие ленточки… Не знают, что по нраву богам! Но я понял, что худо-бедно могу прожить… Исполнял мелкие желания, по чуть-чуть таскал жизненной силы…

– Так ты дух-воришка, – усмехнулся нойда. – И не можешь покинуть это место, верно? Ты привязан к камню?

– В том-то и дело! – взвыл Смиеракатта. – Недавно я ощутил зов, мучительный зов! Как будто из прошлого, из времен, когда у меня была сила… Я потерял покой! Меня тянет на север…

– Не синеглазая ли богиня зовет тебя? – спросил нойда, переменившись в лице.

– Нет, змей… Огромный змей! Он плывет сквозь толщи морских вод, и духи стремятся на его зов. Это сводит меня с ума!

«Змей… – мысленно повторил нойда. – Север… Не Змеево ли море?»

– Если раньше ты воровал понемногу, только чтобы выжить, – произнес он вслух, – то потом начал без стеснения жрать жизни… Теперь понимаю. Тебе надо оторваться от камня!

Смиеракатта покаянно кивнул.

– А тут и молодая ведьма подвернулась – вон та, – бывший бог указал на Дарьяну.

Та переминалась в сторонке, настороженно прислушиваясь к непонятному ей разговору.

– Старая-то была поумнее… Догадалась камень кровушкой кормить. Лишь под конец заподозрила, что тоже платит жизнью, да поздно…

– Сколько же ты у людей жизни отначивал за выполнение просьбы?

– Всего-то половину жизненного срока, – потупился Смиеракатта. – Зато я и взамен давал щедро! Больше жертва – больше корысть! Расположение бога, даже утратившего силу, многого стоит, шаман!

– Ну да, – мрачно заметил нойда. – Ты хотел накопить сил и покинуть эти края. Тебе нет дела до скорой смерти всех, кто приносил тебе свои горести. Так с верными не поступают, Смиеракатта… Ну и что же мне с тобой делать…

– Чего ты хочешь? – встрепенулся божок. – Серебра? Доброй славы? Красивую женщину? Вон ведьма стоит – хочешь ее? Или, может, помочь тебе вернуться домой?!

Нойда призадумался.

– А ведь есть у меня желание! Знаешь, чего я в самом деле хочу? Мне как раз нужен новый сайво-разведчик…

Смиеракатта соображал быстро. Он рванулся прочь, но шаман оказался быстрее. Железные пальцы схватили уродца за горло, и…

Дарьяна ахнула. Она увидела в руках лопаря розового, нежного младенца. Тот всхлипывал, хрипел, краснел личиком…

«Не убивай!» – чуть не вскрикнула она.

Но шаман широко ухмыльнулся и крепче сжал детскую шейку. Раздался треск. Младенец дернулся, обмяк…

И снова начал меняться.

– Ты в моей власти, крадущий жизни, – приговаривал нойда. – Принимай-ка свой истинный облик да полезай в колотушку…

Тело младенца быстро уменьшалось, съеживаясь, как береста в огне, пока не исчезло совсем. Тогда нойда разжал пальцы. На ладони у него чернел большой паук. Перебирая длинными мохнатыми лапами, он пробежал по рукаву кожаной рубахи нойды и прыгнул прямо в колотушку, торчащую за поясом.

«Это еще что за дерьма кусок? – раздался яростный вопль Вархо. – Сперва лось, теперь еще и паук?!»

– Радуйся своему новому товарищу, – процедил нойда.

Затем повернулся к Дарьяне.