ВМ: Награда? - Иван Солин

К главному на КПП я подошел вместе со скорбной ушастой, которую вел держа за локоток. Обращаюсь к нему:

— Тащ капитан, беда!

— Где? — подобрался молодой воин, уже тонущий в огромных синих очах нашей Эллемирель позывной Любава.

— Вот, спешит к бабушке. Немая она, — ущипнув готовую уже открыть рот «внученьку».

— К-какую(сглотнув) бабушку? Куда?

— Туда, — указываю рукой в сторону, куда лежал наш путь. — Если сегодня не домчим, то ВСЁ. Нужно срочно.

Что ВСЁ, капитан не стал уточнять. Но поправив свою православную реплику пэтрол кэп'а, принял мужественную позу и решительно заявил:

— Сопровождение нужно?

Пипец как легко! Неужто это ушастое сокровище мне и к золотому запасу страны путь откроет?

— Справимся, — не менее мужественно отвечаю. И шепчу моей «отмычке». — Улыбнись поласковее нашему спасителю.

Да не так же нужно было(едва не хватаясь за голову). Он же ж еще дееспособным нам нужен.

— Так, немая — в машину. Капитан, мы спешим! Ау, проснись родной. Время-время. Цигиль-цигиль…

Ну, кажись, чутка отпустило беднягу:

— А? Да, сейчас… Зойлин, ко мне!

Но я уже не слушал, а вскочив в подъехавшее авто с Адой и Эль, решительно командую:

— Трогай!

Так мы и миновали это препятствие. Сила Любви, фули. Надо Любке шоколадку купить, что ли.

Спустя час, уже в сумерках, мы въехали в какой-то небольшой населенный пункт. В окнах — почему-то нигде не было света. Магазины и прочее — не работали. Странно это.

Хм(напряжённо). Покинутый поселок, что ли?

Но вскоре мы обратили внимание на подворье с большой подсвеченной вывеской, которая информировала о постое.

Оставив авто на стоянке со множеством автотранспорта, втроём направляемся к воротам, из-за которых доносятся голоса, музыка и даже запахи еды.

Стучу.

Залаяла собака.

— Кто там?

Блин, корчма какая-то.

— Хозяин, отворяй! Сиятельный Я — изволил стать к тебе на постой, — так себе хохмлю из-за раздражения, верного моего спутника в последнее время.

— Мест нет! — отвечают.

— Ты чё, урод, не понял, КТО к тебе приехал? Мне нужно…

В воротах открылась небольшая дверка и оттуда высунулась бородатая рожа.

Блин, натуральный корчмарь.

— Правда — мест нет. Серьезно вам говорю. Все на ночь у меня ведь теперь собираются. Так что реально некуда мне вас пустить. Вон, разве что, к Ку́рчиной сходите, через три двора. Она всегда дома остается. Пустит, думаю, вас. И не шумите! — прервал уже готовое сорваться у меня возражение. — А то военных позову. Они тоже у меня.

И захлопнул.

Да что за хрень? Словно не в 21 веке, а как в…

— Ой, и у нас такая песенка есть, — прервала мои возмущения эльфийка.

— Какая, нахрен, песенка? А? Чё ему заплатить? — прислушался к раздающейся музыке, доносящийся изнутри. — Чеканной монетой? Эмм… Какая дурацкая песня! Ладно. Пойдем к этой Куркиной или Курчиной.

Опять стучусь.

Опять собака.

— Кто там?

— На постой. Игроки. Сильные. Обижать не будем. Защитим. Много не съедим. Не пьющие, не курящие. — более не хохмлю, но сразу выдал весь расклад, чтобы элементарно убедить, полагаю, одинокую женщину все-таки приютить нас.

Не охота мне силой вламываться к невинным людям. Но я уже готов. Подустал за сегодня.

— Сейчас открою, — а после того как перед нами отворилась почти такая же дверка, из нее высунулась немолодая полная тетка в цветастой косынке. — А вы точно Игроки?

— Точно-точно, Солоха. Что-то у вас тут средневековье прям какое-то. Черти по ночам не залетают? — всё ж не удержал я своего раздражения, вылившегося в дурацкие шутки.

— Вампиры у нас по ночам захаживают, — устало и мрачно ответила женщина, не поддержав моих шутеек.

Ну а уже внутри, за обильным ужином в народном стиле, я выспрашивал Ильиничну об обстановке. Ада тем временем с кислой рожей ковыряла вареники. Но это она не из-за угощения, а из-за ушастой. Точнее, из-за непрекращающейся трескотни на непонятном языке чем-то восторженной Эльки. Та как раз таки отдавала дань явствам, беззаботно уминая уже третью добавку.

И куда оно в нее лезет? И, вообще, разви эльфы не должны быть вегетарианцами? А то эльфийская трапеза, где к вареникам со шкварками ещё и соленое сало с чесноком, а также поджаренная кровяная колбаса под писят-грамм какой-то пряной настойки да с солёным хрустящим огурчиком, ну и потом абрикосовое варенье с чаем на десерт — как-то это, эм, чересчур уж фэнтезийно, не?

Ну а я, как и сказал, вел неспешную беседу с нашей хозяйкой. И ситуация тут неприятная. Дело в том, что такие вот населенные пункты не представляют особого интереса для лисьей оккупационной администрации. Ведь в таких нет ни производств, в том числе и аграрного, ни объектов инфраструктуры. То есть тут лишь то, без чего страна спокойно проживет. Так что подобные места, получается, были отданы на откуп вампирам.

Тут, конечно, есть небольшой гарнизон военных. Ага, которые сейчас заливают спиртным страх на «Постоялом дворе». Это, к слову, его юридическое название. Но что одна бронемашина и отделение бойцов могут противопоставить страшным кровососущим тварям? И дело тут даже не в отваге, а в том, что каждый инструмент для своих целей.

Армейцев-то учили, если вообще учили, воевать против подобных им. И вся их техника, вооружение и тактика заточены умами военных теоретиков и опытом былых войн вовсе не против вампиров. Так что, образно говоря, кувалдой, безусловно, можно гвозди забивать, но лучше воспользоваться шуруповертом и саморезами. Тем более, они под размер, и ничего не треснет от гвоздей-двухсоток.

Лисы, правда, периодически присылают отряды Игроков, при неслабой огневой поддержке силовиков, но для уничтожения обнаруженных сил кровососов. Ну а постоянно находящиеся здесь на дежурстве вояки со своим бэтэром, пожалуй, лишь только устроив какую-нибудь хитроумную засаду смогут хоть как-то нанести урон коварным клыкастым.

Вот, в общем, и прячутся «защитники» в самом большом в поселке подворье, куда на ночь стекаются вся молодежь и большинство сельчан. Вампиры-то охоту именно на молодежь и устраивают. Уже восемь человек утащили за неполный месяц.

Вот такая невеселая тут картина вырисовывается.

— Не переживай, Ильинична, пока мы тут, вжарим любую тварь, что полезет.

— Да что — я? Я-то уж пожила свое, а вот дети наши как? Вон, у соседки дочку Риточку утащили, — промокнув глаза отвечала женщина. — А ей и 14 еще не было.

Мда. Не очень хоро…

Шум с улицы прервал мои невеселые размышления. Грохот, стрельба, крик.

— Ушастая, сидишь тут. Страшила, за мной.

Давно я Аду так не называл. Видимо, привычка. Раз экстренная боевая ситуация, то Страшила — на выход, а милая Ада — для лулзов.

Выйдя во двор, я ощутил будто бы мощный