Чужак-2: Рейнджер. Боевик-универсал. Мэтр - Игорь Дравин

что это меняет? Я же выжил. Поговорка права. От ненависти до любви один шаг. От великой ненависти до… Не хочу об этом думать. А я тут и воскрес. Блин! Знал бы – умер понарошку, и плевать на метку иуды. Пережил бы под чутким руководством мангуста.

– Пережил бы?

Не знаю. А когда она узнала, что я был готов рискнуть своей душой, это добило девчонку. Алиана, ты ведь так насмехалась над героями! Какой я рыцарь в сверкающих доспехах? Какой я герой? Я просто старался сделать так, чтобы ты выжила. Чтобы я выжил, и, как дополнительный бонус, у тебя оказалась бы в прелестных ручках корона короля. Главное – это выжить. Это стиль жизни охотников. Все! Зачем ты стала так меня воспринимать? Ты же принцесса. Блин! Что с туристами? Вернее, что с туристами мужского пола?

– А что с ними?

А то ты не видишь моими глазами? Все, как один, столпились у палисада и смотрят на восходящий диск Хиона. Блин. Они ни разу не видели рассвета? Зато мне их спины видны очень хорошо.

– А тут есть выпускной вечер, ночь и утро?

Нет, конечно. Чувствую, что по пришествии данной компании в королевство Мелор даже Ронк будет утверждать, что его племяшка ни разу и ни с кем. Он лично над ней все ночи дежурил с обнаженным мечом и все попытки пресекал. Конечно, если папенька Алианы будет об этом спрашивать.

– Чьи попытки?

Да черт его знает. То ли мои, то ли девчонки. Опять блин: теперь и граф будет лгать. Я уже не говорю об остальных. С егерями все понятно. Ничего не видели, не слышали и так далее. Пат улыбнется и пошлет всех к Создателю, а если не поймут, то пошлет и подальше, чтобы поняли наверняка. Изар – так вообще. В последнее время он мне совсем не нравится. Вернее, не нравится его реакция на происходящее. Все туристы, а он самый первый, считают, что бросают меня. Считают, что бросают своего боевого друга на произвол судьбы. Бросают того, кто их спас, кто перевел миссию туристов из разряда невыполнимой в замечательную шутку. Они домой, а я в бой. В тот бой, который туристы должны были закончить вместе со мной. Это они так думают. Блин, «Я», что делать?

– Может, прекратить себе врать? Ты видишь смысл в этом?

Нет, и не хочу думать о том, что ты произнес. Я не вру себе. Я ввожу себя в заблуждение. Наверно.

– Ронк, – начал я, – готовься принять командование отрядом.

– Принял, Далв, – ответил мне двоюродный брат короля.

– Выдвигаемся? – спросил Гил Добряк.

– Конечно, – кивнул я и сел на Пушка.

– Открыть ворота, – заорал Гил и дал отмашку двадцатке рейнджеров.

Вот мангуст свинью мне подсунул. Ничего не сказал о том, кто является временным комендантом седьмого поселка. От кого зависит сейчас здесь все. Мангуст – скотина. Мы начали проезжать сквозь открывшиеся ворота. Теперь пара километров – и мы у крепости Алых. Там телепорт, и все. Все. Алиана отправится домой. Ее отец наденет корону – хм, какая это корона, это тонкий обруч – и выздоровеет. Что он будет делать потом, меня не интересует.

– А что будет делать она?

Заткнись.

– Далв, – начал Гил, – с тобой все в порядке?

– Со мной все отлично, – с трудом раздвинул я губы. – Едем к Алым.

Со мной все отлично, а мангуст – скотина. Когда я вчера увидел Гила, когда он увидел меня, въезжающего в ворота, то я едва успел ему представиться теперешним именем. Впрочем, это все равно не избавило меня от ломания, заметьте, моих ребер этим медведем. Как Гил крыл меня матом. Потом крыл. Когда мы оказались в корчме казненного посредника, которую Гил переоборудовал под свой штаб. Ломал мне ребра потом, когда мы остались в одной комнате наедине. Я хмыкнул: такого интима точно не ожидал. А потом я еще был и зверски отруган. Гил меня искал в Белгоре, как только услышал о произошедшем с волчицами. Как только узнал о произошедшем с одной магиней жизни. Узнал о смерти той, кого я не могу называть теперь даже мысленно по имени. Жаль, что у него с ней ничего не получилось. Наверняка тогда она была бы жива. Гил узнал, что я уехал из Белгора, и все. Потом была небольшая попойка, а потом я пошел в комнату принцессы. А потом мы не смыкали глаз до утра. Как она была нежна и нетерпелива. Как я был настойчив. Грусть, страсть, сожаление, желание взять последние мгновения счастья – вот что царило в комнате Алианы. Я зарывался лицом в ее волосы, и мы говорили о пустяках. Через некоторое время опять говорили обо всем, только не о нас.

– Не надоело?

Заткнись! Дай мне проводить девчонку. Немного еще осталось, а потом я отправлюсь резать своих старых друзей. Мангуст опять дал мне амулет связи. Мангуст – скотина. У него этих игрушек было две. Стоп. А может, у него их больше? Надо узнать, надо его раскрутить. Он мне должен. Так вот, караван до сих пор не обнаружен. Я успею, я найду своих друзей с Бароса и начну их убивать. Может, это мне поможет?

– Не думаю.

Поможет. Я уверен в этом.

– Далв, – девчонка пришпорила свою лошадь и оказалась рядом со мной. – Послушай меня, Вольный Ветер.

– Как ты меня назвала? – спросил я.

– Вольный Ветер, – слабо улыбнулась бледная девчонка, – ведь это твое настоящее имя. Ты делаешь только то, что хочешь делать. Ты полностью свободен в своих поступках. Ты делаешь только то, что велят тебе твоя честь и твой долг. Сегодня ты один, а завтра другой. Сегодня ты в одном месте, а завтра – Проклятый знает где. Ветер, не забывай меня, прошу тебя об этом. У тебя было много женщин. Я думаю, что будет еще больше, но если однажды легкий и ласковый ветерок проникнет в мой замок, если кто-то проникнет в мою спальню, я буду этому только рада. Я буду ждать этого, я буду ждать нашей следующей встречи. Прошу, не забывай меня.

– Не забуду, – улыбнулся я.

Блин. Кажется, с течением времени ничто не устаканится. Девчонка может сорваться в любую секунду. Почему? Почему она так себя ведет? Почему она испытывает ко мне настолько противоречивые чувства? Я уже ничего не понимаю. Гвардеец и Четвертый, я хреновый ученик. Вся ваша наука не может помочь одному болвану разобраться в чувствах одной девчонки.

– Когда начнете работу, лодыри? – заорал Гил.

Так, мы уже приехали к небольшой крепости Алых.

– Заезжайте, кому надо, – крикнули