Чародей выходит на охоту - Сергей Борисович Рюмин

к полуночи, когда все домашние будут спать. Софа поведала, что там телевизор, шкафы с книгами, большой железный шкаф с оружием, черный диван, пустой письменный стол и небольшой сейф, вмурованный в стену и спрятанный за книжным шкафом. В сейфе, кроме нескольких пачек денег, с её слов, ничего не было. В принципе, я большего и не ожидал. Человек в бега собрался, зачем ему дома оставлять что-то ценное.

Алик, как только я показался в доме после медитации, попрощался со мной, пообещав приехать утром. На мой удивленный взгляд он пояснил, что на постоянной основе в доме живут только члены семьи да дежурная смена из трех охранников, водителя и одной поварихи-официантки. Все остальные ходят сюда, как на работу: утром приходят, вечером уходят. Охранников я разогнал. Таким образом, в доме на ночь остались только две жены главбасмача, водитель да повариха-официантка, что приносила мне кофе.

Водитель ночевал во дворе, в гараже. Я зашел к нему. Он дремал на самодельном топчане. При виде меня он вскочил, вытянулся, словно рядовой первого года службы перед офицером в армии.

— В девять часов поедем в милицию, — сообщил я ему. — Будь готов ехать в это время.

Он виновато развел руками, словно переживая, что меня огорчил:

— Господин, я меняюсь в восемь часов. С вами поедет мой сменщик.

Он виновато пожал плечами и поклонился.

— Тогда передай ему, как он появится, что поедем утром в милицию.

Я развернулся и направился к выходу. Он меня остановил вопросом:

— Какую машину приготовить?

Я огляделся. Ближе к нам стояла серая «волга», в следующем отсеке «уазик», подальше — «нива».

— На «ниве», — сообщил я. — Лучше всего на «ниве». В гости к товарищу Юсупову поедем! А то как-то неудобно: он на плов приглашал, я сюда…

Не сомневаюсь, что он передаст своему сменщику информацию, что меня в усадьбу привёз сам начальник уголовного розыска Ферганы, подполковник милиции, большой друг хозяина, который приглашал гостя на плов.

Поужинал я на кухне, чем вызвал немалое удивление у официантки-поварихи. На ужин она мне предложила лепешки с мясом и чай. Оказывается, хозяин установил что-то вроде такого порядка: на ужин едят мало, зато на завтрак и обед питаются от пуза. То-то я удивился, когда меня в обед накормили так, что я еле дышал.

В общем, к полуночи все дома спали. Один я валялся на кровати, уткнувшись в экран телевизора. Софа метнулась по дому, вернулась, доложила, что все спят, кроме Фатимы, третьей жены Анвар-бея.

— Телевизор смотрит, — доложила девочка-призрак. — И всё время плачет.

Плачет? Надо же? Неужели в этом доме кто-то всё-таки любил этого монстра? Или была другая причина?

— Я думая, ждать не стоит, — сказал я. — Пойдем. Ты посмотришь, посторожишь.

— О’кей! — ответила Софа и пропала. Где ж она успела нахвататься этих англицизмов?

Осторожно ступая, я подошел к двери кабинета, посмотрел на дверь магическим зрением, отметил два замка, их «язычки», входящие в пазы дверных откосов. Заметил проводку изнутри — сигнализацию. Похоже, два магнита: один на двери, один на откосе. При открывании магниты разъединяются, размыкаются, сигнализация срабатывает. Магнит на откосе двери при разъединении замыкал собой эти самые два проводка.

Мысленно поблагодарил Перуна за его дар способность работать с металлами. И неожиданно в голове кто-то громоподобно хохотнул и рокотнул:

— На здоровье, волхв Антон!

Я на мгновение опешил, потом довольно улыбнулся. Жив батько Перун, жив, курилка!

— А то ж! — громыхнуло в голове.

Провода сигнализации я просто-напросто расплавил. Хотел один, но получилось, что оба. Не рассчитал. Порадовался, что не замкнул.

С язычками замков получилось еще проще. Я их довел до тестообразного мягкого состояния и осторожно потянул дверь на себя. Металл потянулся, как жвачка изо рта.

Прислушался. Вокруг царила тишина. Я замял мягкие язычки — один и второй — замков в дверной косяк, прямо в механизм, шагнул в кабинет и закрыл за собой дверь. Изнутри на двери обнаружился массивный засов, который я не замедлил задвинуть за собой. Теперь меня точно никто не потревожит.

Отсутствие света мне при использовании магического зрения не мешало абсолютно. О чём я сообщил призраку Софы на её наивный вопрос, почему я не включил свет?

Хотя, в принципе, можно было включить: оба окна кабинета были наглухо завешены очень плотными темными шторами.

Все стену напротив массивного письменного стола занимал книжный шкаф с шестью стеклянными дверцами. Полки оказались забиты книгами. Но какими? Сплошь классики марксизма-ленинизма! От Карла Маркса до ПСС товарища Ленина! Плюс работы «современников» — Леонида Ильича, учебников по истории КПСС, философские словари. Венцом книгосборничества была Большая Советская энциклопедия с Советскими энциклопедическими словарями. Ай, да басмач! Ай, да хлопкороб! Только для чего он хранил их именно здесь, куда не пускал, со слов Алика, никого вообще? Неужели читал сам? Политпросвещался, так сказать. Увы, этого уже никогда не узнать. Я ведь даже душу его развоплотил, чтобы исключить возможность перерождения.

Для очистки совести посмотрел содержимое ящиков письменного стола. Пусто. Анвар-бей не оставил ни единой бумажки, что и следовало ожидать.

В железном шкафу-сейфе, в стойках хранилось оружие: несколько пистолетов ПМ, револьверов, четыре помповых ружья с пистолетными рукоятями, два автомата «Калашникова». Всё оружие аккуратно закреплено на стойках. Пустые магазины к пистолетам лежат рядом, магазины к автоматам уложены по четыре в два брезентовых подсумка. Боеприпасы в коробках лежали внизу. Всё, как в армии, один-в-один! Я вспомнил про два автомата: один был в Хороге, другой у развоплощенного охранника-палача (сейчас вместе с пистолетами и ружьем находится у меня в комнате — ха-ха! — под кроватью). Плюс еще снайперская винтовка СВД, которую я оставил в Хороге у погранцов. Неплохой арсенал.

Надо отметить, что шкаф-сейф я не открывал. Воспользовался магическим зрением, для которого тонкое железо не оказалось преградой.

А вот чтобы открыть сейф, точнее, сначала определить, где он спрятан, потом добраться до него, пришлось обратиться к помощи Софочки. Она показала, где находится потайной рычаг, отодвигающий полки с книгами. Далее — перунов дар мне в помощь. Дверь достаточно простенького сейфа я открыл, так же размягчив язычок запирающего замка.

В сейфе я обнаружил четыре пачки новых денежных купюр в банковской упаковке: две сторублевых и две пятидесятирублевых. Отдельно лежала тонкая зеленая ученическая тетрадь в 18 листов в клетку, которую Софа не заметила.

Деньги я бросил на стол. Приберу, как компенсацию за моральный ущерб. Не оставлять же их здесь этим… Перебьются.