"Фантастика 2026-181. Компиляция. Книги 1-28 - Маргарита Блинова

Тьма задохнулась от возмущения, чем я и воспользовалась. Наклонилась, подхватила с пола два комплекта формы и под прикрытием щита Кристена отступила в ванную.

Едва дверь тихо щелкнула, оставляя нас вдвоем, Кристен встряхнул руками. Я с сожалением проследила за тем, как гаснет голубоватое мерцание доспехов.

— Все твои родственники такие… необыч- ные?

«Это ты еще не познакомился с мамой», — подумалось мне. Но я не стала рисковать и пугать сурового северянина раньше времени.

Потом. Сюрпризом будет.

— Не переживай, — нервно улыбнулась я, протягивая Кристену его одежду. — Папа у меня очень хороший.

Ага. Должен же хоть кто-то уравновешивать остальных членов нашей не совсем адекватной семейки.

Кристен понимающе кивнул, забрал одежду и отвернулся. Я быстро стянула с себя пижаму, впопыхах натянула форму и пятерней пригладила волосы. Как раз вовремя: в дверь ванной требовательно постучали.

Я решительно выдохнула и шагнула, но была перехвачена твердой рукой. Кристен прижался к моей спине и обнял. Прикрыв глаза от удовольствия, я жадно впитала всю нежность, с которой он провел губами по моей шее, мягко чмокнул меня в висок и с явной неохотой выпустил.

Обошел, быстро открыл дверь и проверил комнату. Судя по собранности и напряженным мышцам спины, Кристен был готов увидеть в моей спальне все что угодно, начиная от тьмы до плотоядного монстра. Вид бледного от усталости Дариана Кай-Танаша, магистра темных искусств, привел его в некоторое недоумение.

— Господин ректор?.. — не до конца поверил он своим глазам.

— Адепт Арктанхау. — Дариан сдержанно кивнул и скрестил руки на груди. — Я бы хотел, чтобы магические нюансы моего превращения не покинули стен этой комнаты.

— Рассчитываю на взаимное молчание относительно моих способностей.

Братец замер, подумал немного и произнес:

— Что ж… это честно. Но я бы хотел обсудить увиденное здесь в моем кабинете, позже.

— Только если король Севера даст на это свое согласие.

У брата дернулся уголок губ, видимо, представил, как это самое согласие будет просить. Кристен обернулся ко мне и тихо уточнил:

— Мне остаться?

Я робко улыбнулась, в очередной раз очарованная его заботой и вниманием, переплела наши пальцы и сжала.

— Все в порядке. Иди. Встретимся на занятиях.

Кристен подарил мне улыбку в ответ, кинул суровый взгляд в сторону не менее мрачного Дариана и вышел из комнаты. Эхо его шагов в коридоре еще не успокоилось, а брат решительно выпалил:

— Этот парень… Он тебе не подходит.

Скопировав его позу — руки сложены перед собой, ноги на ширине плеч, плечи прямо, подбородок выше, — я холодно отчеканила:

— Начнем с того, что тебя это не касается. Начнем и, пожалуй, закончим. Я взрослая свободная девушка и давно вышла из того возраста, когда мне требовался старший брат. Можешь снять с себя обязанности защищать меня от хулиганов и опрометчивой влюбленности не в того парня…

Я запнулась и внезапно почувствовала горечь и обиду.

— Дариан… Как это вышло?

Тот недоверчиво прищурил глаза. Видимо, от меня ожидали скандала, но никак не печально поджатых уголков губ.

— Ты о чем?

Я опустила руки, подошла и привалилась к подоконнику рядом с ним. Несколько секунд следила за тем, как Дариан крутит массивное кольцо на большом пальце. Он делал так всякий раз, когда сильно нервничал.

Полоска черного металла — отличительный знак дома Танаш — тускло мерцала в рассеянном свете. Будь я чуть более сломленной и сговорчивой, сумей прогнуться под странные порядки демонов и принять чувства Хет-Танаша, сейчас мой собственный, украшало бы точно такое же.

Тяжело вздохнув, я покачала головой, с печалью вспоминая прошлое. Наше общее с Дарианом детство.

— Ты был единственным, кому я доверяла. Единственным, кого я могла назвать своим лучшим другом. А потом… — Я повернулась и в упор посмотрела на него. — В какой момент мы перестали быть братом и сестрой?

Дариан застыл на краткий миг, а после моргнул, и тьма сбежала и забилась глубоко внутрь, покинув даже его глаза.

— Прости, сестреныш, просто… — выдохнул он, сгорбился и уставился в пространство перед собой. —  Просто я быстрее стал взрослым и свободным. — Его голос звучал отстраненно. — Я так внезапно обрел свою силу, и все закрутилось. Меня вдохновляло то, с каким уважением на меня начали смотреть окружающие. Мне невероятным образом льстило, как быстро и легко я двигаюсь, приручая тьму. Я обрел славу и тщеславие. И… я забыл обо всех обещаниях, что дал тебе в детстве.

Брат поднял руку, обнял меня за плечи и притянул к своему боку.

— Может, мы больше не так близки, как раньше, но ты все еще моя сестра, Риана. И ничто в мире этого не изменит.

Закрыв глаза, я прижалась щекой к жесткой ткани его формы. Вспомнила, как маленькой бежала к брату с разбитыми коленками, и он дул на мои раны, мазал зеленкой, а после воровал конфеты с кухни, чтобы подсластить мне боль от падения. Вспомнила, как мы часами мастерили кукольный домик и как Дариан в тысячный раз читал мне сказку о храбром мышонке.

Куда все это ушло?

— Ладно. — Я решительно отстранилась, вытерла мокрые глаза и щеки и посмотрела на брата. — Зачем ты пришел на самом деле?

Лицо Дариана моментально изменилось. Он стал серьезнее, старше и печальнее. А еще он взял меня за руку, как делают все, кто принес плохие новости, в попытке поддержать, и мои внутренности сжались от дурного предчувствия.

— У нас вспышка неизвестной болезни среди звездокрылов. Несколько часов назад умер один из завров. Тебя переводят в карантин.

* * *

Весь последний час я нервно металась по инфекционному боксу. Тигр в клетке и тот суетился меньше, чем я за эти шестьдесят минут.

Дариан в своей излюбленной манере ограничился только парочкой сухих фраз, после чего отвел меня в лекарское крыло и сдал тамошним обитателям «на опыты». Молчаливые эскулапы сцедили у пациентки пару мензурок крови, переодели в больничную пижаму, выдали градусник и заперли в боксе.

И никто! Никто не захотел рассказать, что на самом деле случилось.

Даже не знаю, что убивало меня сильнее: новость о гибели одного из завров или отсутствие подробностей. А еще я почему-то была уверена, что пострадал именно Мясник, и беспокойно гнала эту