"Фантастика 2026-182". Компиляция. Книги 1-31 - Татьяна Петровна Крылова

из торговцев на шесть декад вперед. Но это мелочь по сравнению с тем, какой ажиотаж создала лапша быстрого приготовления. Год! Очередь на год вперед! Причем, ценник управляющие торговыми домами двух семейств ломили двойной, а в некоторых случаях и тройной.

Одногруппницы меня уже успели обрадовать, что полная окупаемость завода вышла на полтора года, что было почти в два раза быстрее первоначальных расчетов. Потрясающие показатели. Глядя на них, Флоры и де Лорены спешно начали готовиться к закладке второго завода. Уже выбрали площадку и аккумулировали средства для его строительства, которое планировали начать через три-четыре декады. При этом на уже имеющемся предприятии начали реализовывать вторую и третью очередь строительства, призванные удвоить его производительность.

Нам с Содером в новом деле выделили точно такие же доли, как и в первом, не требуя с нас каких-либо средств. Это было приятно, а потому мы благосклонно отнеслись к просьбе торговых домов уважаемых семейств вернуться к обсуждению тех дополнительных идей, о которым упоминали в ходе переговоров относительно первого завода. Тут нас ждала еще одна приятная неожиданность — Саманта довела до нашего сведения, что в их реализации страстно желают принять участие де Варгасы и де Ларанги.

Этот факт открыл перед нами не только новые перспективы, но и четкое осознание того, что вскоре у нас появятся новые могущественные покровители. Наше положение в этом мире стало более устойчивым. Запустим еще пару совместных дел, и уже навряд ли кто-то посмеет нас тронуть.

Тут в памяти всплыла Клафелинщица и я невольно поморщился, вспомнив последнее недоразумение с ее участием.

— Над чем думаешь? — между мной и Хромым на песок завалился Содер.

— О Клафелинщице, — признался я, чем вызвал у американца изумление.

Он оперся на локоть и уставился на меня так, как будто я только что признался ему в любви.

— В смысле? Только не говори, что втюрился в нее!

Я с трудом сдержался, чтобы не перекреститься.

— А что тут такого? — решив подколоть друга, я изобразил непонимание. — Женщина она красивая. Умная, образованная. Многие бы мечтали ее получить в жены.

Содер на несколько секунд потерял дар речи.

— Ты совсем мазохист? У нее уже в привычку вошло нас с тобой прессовать, а ты в жены ее захотел? Стокгольмский синдром? Лучше давай я тебя сразу убью, чтоб ты не мучился.

Над плечом американца появилась любопытствующая физиономия Хромого. Наш разговор вызвал у него столь сильный интерес, что он отвлекся от созерцания девушек в мини-бикини.

— Да шучу я, шучу, — успокоил я друга. — Просто подумал, что проблем она много нам создает. У нас с тобой уже дела есть, покровители со всех сторон. Последних скоро еще больше будет. А деканша продолжает нас гонять в хвост и в гриву, как помойных котов. Неправильно это.

— Это да, — успокоился Содер и откинулся на песок. — С этим что-то надо делать.

Хромой пару раз кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Парни, это, конечно, не мое дело, — почесал он густую щетину, — но вы не думали, что причина в вас?

— В нас?

— Да. Насколько я понял, это же вы ее везде подставляете? Вот она на вас и злиться.

— Мы не виноваты, что она сует нос в наши дела! — запротестовал Содер. — Вот возьмем крайний случай. Кто ее заставлял идти в беседку к Тину?

— Никто, — с готовностью ответил я на его вопрос.

— Во-о-от, — протянул Содер. — Кто ее в этой беседке лапал за все места? Мы?

— Нет.

— Так почему же крайними оказались я и Гарет? Да, мы составили план и все подготовили, но мы же не виноваты, что она вмешалась. По сути, виновата она сама!

— А получили мы, — я болезненно поморщился, едва ли не физически ощутив удары огненным хлыстом, которыми нас тогда наградила Клафелинщица.

Хромой вздохнул и на мгновение поднял глаза к небу.

— Вроде вы здоровые лбы, — изрек он, — а рассуждаете, как дети. Ладно, отпустим. Лучше скажите, вы перед ней извинились?

Я поперхнулся.

— Ты что, издеваешься? — нахмурился Содер. — Мы к ней на глаза попадаться боимся, а ты про извинения спрашиваешь. Она убьет нас раньше, чем мы успеем что-то сказать.

— Да, да, — согласился я с его словами. — Убьет, и причины подхода не уточнит. Смерти нашей захотел, Хромой?

Хромой осуждающе покачал головой.

— Ясно. Тогда извинения ей принесет Сиплый.

— Это как? — не поняли мы.

— Отнесет ей ящик ажуйского и на словах передаст ей ваши самые искренние извинения.

Я задохнулся от такого предложения.

— Ящик ажуйского??? Ты в своем уме?

— Это же целое состояние! — добавил Содер.

— Десять бутылок. Сто двадцать золотых. Да, это много. Но невеликая цена за ваши жизни, — степенно рассудил Хромой. — Все. Можете не спорить. Я решил. Завтра сможете ей безбоязненно показываться на глаза. К тому же… — Хромой сделал многозначительную паузу. — К тому же она очень помогла нам с оформлением клуба. Забыли?

Я смутился. Если честно, то в этом Хромой был совершенно прав. В этом деле помощь Клафелинщицы и остальных магов была поистине бесценной. Клафелимиди не ограничилась одним лишь огненным фонтаном, добавив к декорациям будущего клуба еще немало сногсшибательных элементов.

— Как-то я не вспомнил, — промямлил Содер.

— Я тоже, — уныло откликнулся я.

— То-то же, — Хромой сел. — Поэтому нужно еще отдельно отблагодарить ее золотом. Остальных магов тоже.

— Подожди, — возразил я. — Они это делали в знак благодарности за свое спасение.

— Вы спасли двух, а участие в оформлении клуба принимали четверо. Заплатим тем, кого вы не спасали, и в следующий раз, если будем открывать еще один клуб, обратимся к ним. Предложим сделать работу за деньги.

— Они не согласятся, — уверенно сказал Содер. — Из принципа.

— Главное, они помогли с первым, зная, что его владельцами являемся мы с вами. Дальше будет решать количество предложенных золотых. Любой принцип стоит денег. Иногда больше, а чаще — меньше.

Мне нечего было возразить. Безграмотный бандит, опираясь исключительно на свой жизненный опыт, точно сформулировал одну из важнейших аксиом моего родного мира — за деньги можно купить все. Или почти все.

— Ну, может быть, — Содер тоже не нашел, что возразить.

— Точняк вам говорю. Кстати, на вашем месте я бы боялся не вашей училки, а кое-кого другого. Вернее, другую. Симпатичную такую, клыкастую.

При упоминании о Лее мое настроение сразу опустилось на несколько порядков. Все заботы разом отошли на второй план. Померкли мысли о наших стремительно развивающихся предприятиях, проблемах с открытием клуба. Испарились размышления о помощи Хромому в подготовке к борьбе за Яль. В мозгах остался лишь образ вампирши.

— Умеешь же ты настроение испортить, — услышав со